Бывший-босс. Ты мой папа? (СИ) - Саяна Горская

возводя его стеной между нами. Упорно делая вид, что ничего не произошло, принимаюсь жевать картошку и рыбу.

Мы молча едим.

Мой телефон звонит. Макар берёт его, и я тут же замечаю фотографию Оксаны на заставке.

— Подруга твоя без тебя жить не может? — Криво усмехается он.

Я быстро хватаю телефон.

— Это вообще не твоё…

— Не моё собачье дело, — закатывает глаза.

С угрозой зыркнув на Макара, удаляюсь в ванную, плотно закрывая за собой дверь. Включаю воду, прислоняюсь спиной к стене.

— Привет! — Беру трубку.

— Мамочка, мамочка! — Раздаётся взволнованный и радостный голос Ксюши.

— Солнышко моё, я так по тебе соскучилась! Как ты, моя хорошая? Всё в порядке?

— Угу! Оксана сварила мне макароны с сыром, и я всё съела! Ну почти. Чуть-чуть оставила мышке, если она вдруг ночью проберётся к нам в дом!

— Вот это ты умничка!

— Ага! А ещё Оксана мне разрешила мультики смотреть перед сном. Я посмотрела уже один про панду, которая ничего не хочет. Она прям как я утром, когда ты мне говоришь «вставай!», а я: «не хочу!»

Ксюха строит умильную мордочку.

Смеюсь, сжимая телефон в пальцах ещё крепче, будто это поможет удержать её голос рядом.

— Ты точно хорошо себя чувствуешь?

— Точно, мам. Всё хорошо. Только… Скучаю очень. Ты скоро приедешь?

— Очень скоро, солнышко.

— А ты мне привезёшь косметику для принцесс?

— Конечно, как и обещала.

— Мамочка, а ты тоже скучаешь?

Я закрываю глаза, чтобы не расплакаться.

— Очень сильно, солнышко. Очень.

— Но ты же работаешь?

— Да, работаю.

— Тогда ладно, — соглашается она, — я не буду тебя отвлекать. Я просто хотела сказать, что люблю тебя! Я тебя обнимаю через телефон!

— Я тебя тоже. Очень-очень крепко обнимаю.

На секунду замираю с закрытыми глазами, просто слушая, как дочка дышит в трубку. Как будто сердце перестаёт болеть.

— Спокойной ночи, моя радость.

— Спокойной ночи, мамочка. Я тебя люблю!

— И я тебя. До луны и обратно. Передай трубку Оксане, пожалуйста.

Слышу шорохи. Ксюша что-то бормочет на бегу.

— Окса-а-ана! Мамочка тебя зовёт!

На другой стороне раздаётся смешок, потом голос Оксаны. Её лицо появляется на экране.

— Да, Лид, привет. Всё в порядке. Ксюха молодец у тебя, такая умничка. Очень самостоятельная — сама зубы почистила, сама пижаму выбрала, даже мультик выключила, не выклянчивала ещё одну серию. Ну просто образец примерного поведения.

— Спасибо тебе, Оксан. Без тебя я бы не справилась.

— Ну что ты, не преувеличивай. У нас тут девичник! Всё спокойно. А у тебя как? Макар этот твой… Как он?

— Да ничего, нормально, — тихо вздыхаю. — Мы работаем.

— Угу, «работаете». Ясно. Ну ты держись там. Только не вздумай влюбляться по второму кругу, ладно?

— Без паники, — фыркаю. — Всё под контролем.

— Слушай, у меня тут вопрос, — Оксана понижает голос до заговорщического. — Я тут познакомилась с одним мужчиной… Он меня сегодня в магазине поймал — представляешь, помог донести пакеты до дома и, между делом, на свидание пригласил.

— Ну ты даёшь! И что, пойдёшь?

— Вот думаю. Как раз на вечер, когда ты должна вернуться, договорились. Ты ведь не задержишься?

— Нет, не должна.

— Ну и отлично! Потому что мужик ничего такой вроде. Ремонтом занимается, руки — ого-го. И из нужного места. А у меня, между прочим, ванная стоит голая с прошлого года, всё руки не доходили. Ну это же грех — отпустить такого, да?

— Не отпускай, — хохочу. — Я успею, обещаю.

— Вот и чудесно. Ладно, не буду тебя отвлекать. Отдыхай, и… держи себя в руках, ясно?

— Принято. Целую.

Скидываю звонок, глубоко дышу.

Держись, Лида.

Резко открываю дверь. Макар тут же отскакивает в сторону.

— Ты что, подслушиваешь⁈

— Нет, — он даже руки поднимает в оборонительном жесте, — я просто хотел в туалет и ждал, пока ты выйдешь.

Подозрительно прищуриваюсь, но промолчав, возвращаюсь к кровати. Макар следует за мной, и мы снова оказываемся в номере, наполненном тишиной и чем-то ещё… Чем-то, что отчётливо висит в воздухе между нами.

* * *

Дорогие, у моей коллеги стартанула эмоциональная новиночка про бывших!

Алла Ларина

Вернуть семья. Москва-Владивосток… и обратно

— Ты же говорила… что никакого ребёнка не было! — он смотрит на девочку с такими же глазами, как у него.

— Его и не было! — отрезаю уверенно, хотя всё внутри сжимается от боли и не зажившего до конца шрама на сердце… шрама от предательства.

— Неужели⁈ — в меня впивается яростный взгляд. — А сколько тогда лет твоей дочери?

— Это совершенно не ваше дело! Будьте добры покинуть моё купе! — берусь за дверь, но моя девочка, соскользнув с полки, встаёт передо мной, внимательно разглядывая… своего отца.

— Сколько тебе лет, малышка? — он присаживается перед ней на корточки.

— Мне пять, — она наклоняет голову, улыбается, не обращая внимания на то, что мужчина судорожно вдыхает. — А вы кто?

— Я начальник этого поезда.

— Значит, это вы везёте нас к маминому жениху, да?

Ловлю на себе взгляд человека, ставшего моей самой большой любовью… и уничтожившего её. И понимаю, что, кажется, у меня проблемы.

Глава 16

К сегодняшней вылазке в горы я подготовилась лучше. Кроссовки плотно облегают ноги, и теперь никакие холмы мне не страшны. Мы с Макаром снова поднимаемся к будущей территории отеля. Солнце уже высоко, воздух свежий и прохладный, пахнет соснами и чем-то ещё — терпким, диким, настоящим.

— Я осмотрю склон, посмотрю, где можно провести дорогу, — говорит Макар.

— А я тогда сделаю несколько снимков, — достаю телефон.

Макар кивает и уходит вверх, а я иду в другую сторону, обходя территорию по периметру.

Простор завораживает: холмы, уходящие вдаль, зелёные долины, и только шум ветра нарушает тишину. Я щурюсь, настраивая фокус камеры, и вдруг замечаю впереди движение.

Дедушка.

Невысокого роста, сутулый, но с крепкими, загрубевшими руками. На нём потёртая куртка, штаны, заправленные в высокие сапоги, и кепка, съехавшая набок, будто про неё самозабвенно забыли ещё утром. В уголке губ — сигарета.

Он не спешит. Идёт неторопливо, с тем деревенским спокойствием, которому невольно доверяешь. Лицо в морщинах, но глаза живые,