Уинифред Леннокс - Полночное признание

Джейн внимательно посмотрела ей в лицо и решительно потребовала:

– Ну-ка, рассказывай, дорогуша. Это что за новости? Еще пять минут назад передо мною была счастливая женщина, и вот… Ты подозреваешь, что Франко тебе изменяет?

Джулия в ужасе уставилась на подругу.

– Нет, конечно, нет!

– Тогда в чем дело?

– Ах, Джейн, ты не понимаешь. – Джулия глубоко вздохнула. – Раньше мне казалось, что между нами нет противоречий, мы одинаково воспринимаем мир, это было чудесно. А теперь я вижу – все не так… Наверное, мы и любовь понимаем по-разному. Знаешь, я хочу быть рядом с Франко всегда, каждую минуту, не разлучаться никогда. А его, по-моему, вполне устраивает, чтобы все оставалось по-прежнему. Он, по существу, живет своей жизнью, а я – своей.

– Одним словом, ты хочешь выйти за него замуж, а он или не созрел для этого, или делает вид, что не понимает, – спокойно резюмировала Джейн.

Джулия покраснела.

– Возможно, ты права. Не знаю, я совсем запуталась. Мне кажется, мы с Франко отдаляемся друг от друга.

– Так поговори с ним об этом! Я знаю, ты не любишь выяснять отношения, боишься показаться навязчивой, но нельзя же пускать такие вещи на самотек! По-моему, у вас с Франко обычные для молодых пар психологические проблемы, которые следует решать сообща. Если вы, конечно, и дальше собираетесь быть вместе.

Последние слова подруги заставили Джулию задуматься. В самом деле, если она не представляет себе жизнь без Франко, то почему не признается ему в этом? И она дала себе слово непременно поговорить с возлюбленным.

Они по-прежнему использовали любую возможность встретиться. Но, может быть, именно из-за лихорадочной нерегулярности этих свиданий, придававшей им остроту, Джулии и не хотелось тратить время на объяснения. Стоило им теперь оказаться в коттедже Франко, они сразу же запирали дверь и отправлялись в постель. Их ночи были полны страстных ласк, а на рассвете ей надо было подниматься и мчаться в Оксфорд. Когда у Франко выпадал редкий выходной, они, следуя старой привычке, катались верхом или гуляли, обследуя местные достопримечательности. Но таких дней было до обидного мало. Ничего, утешала себя Джулия, скоро каникулы.

Пришло Рождество с его обычной праздничной суетой. Памятуя о том, что это все-таки семейный праздник, Джулия приняла участие в ужине, на котором присутствовали Лесли, Джордж с семьей и Майкл. Странное это было общество. Весь вечер дядюшка Джордж изучал ее с каким-то повышенным интересом, а тетушка Маргарет, обычно надменная, на сей раз была исключительно любезна. Но больше всех Джулию удивил Майкл. Когда пришел черед подарков, он вручил Джулии букет цветов и загадочно обронил:

– Извини, кузина, мой подарок несколько громоздок, потому я почел за лучшее отправить его тебе домой. Счастливого Рождества, дорогая! – Он нежно поцеловал ее в щеку.

Явившись домой, Джулия обнаружила в гостиной большой плоский пакет, развернув который увидела исключительной красоты пейзаж, исполненный в яркой, экспрессивной манере. Широкий изгиб гор окаймлял морской залив, рыжие, освещенные солнцем утесы обрывались в море; внизу, у темных скал, пенился прибой. Суровая красота северной природы завораживала. Налюбовавшись, Джулия набрала номер Майкла.

– Ты что, ограбил какой-нибудь музей?

В трубке послышался смех.

– Успокойся, картину я купил. Это работа одного моего приятеля. Он странный малый, но талантливый. Пейзажи ему иногда удаются. Или тебе так не показалось?

– Твой приятель, похоже, гений, а ты… ты… – Джулия не могла найти слов. Противоречивые чувства одолевали ее. – Ты сумасшедший, Майкл. Пройдет немного времени, и этот пейзаж будет стоить бешеных денег – или я ничего не понимаю в живописи!

– Не горячись, дорогая, – спокойно ответил он. – Просто, увидев его, я подумал, что он тебе понравится. Я не ошибся?

– Нет, но…

– Ну и отлично! Только, пожалуйста, не говори мне, что я не должен делать тебе такие подарки. Давай оставим все эти дурацкие банальности. У тебя ведь скоро и день рождения?

– Так, может быть, заодно подаришь мне сигнализацию? Без нее я не решусь повесить эту картину дома.

– Ладно, сигнализация за мной, – покладисто согласился Майкл. – Уж я-то не брошу тебя на произвол судьбы!

На следующий день Джулия, захватив подарок Майкла, приехала к матери.

– Я бы хотела повесить это здесь, тут надежнее, чем у меня, – сказала она, распаковывая картину. – Не знаю, с чего это Майкл вдруг расщедрился.

– Ты многого о нем не знаешь, – обронила Лесли. – О сохранности не беспокойся. Вот квитанция. Позвони в эту фирму, они приедут и все сделают – повесят, проведут сигнализацию и так далее. Все уже оплачено.

Джулия взглянула на подпись Майкла, потом на сумму.

– Твой племянник совсем рехнулся! – в сердцах сказала она. – Я же просто пошутила.

Но оправдываться было поздно. Картина заняла почетное место в гостиной, а Джулия и Франко улетели встречать Новый год в Итальянские Альпы.

Неделя долгожданных каникул прошла для Джулии как сладкий сон. Забыв о проблемах, она тонула в блаженстве. Наконец-то они с Франко вдвоем, и ничто не отвлекало их друг от друга. Казалось, они совсем одни в этой чудесной горной долине, в удивительной тишине, среди сверкающих снегов. Они катались на горных лыжах, поднимались на ледники, любуясь их слепящим блеском, а по вечерам любили друг друга у пылающего камина.

В один из первых дней нового года влюбленные навестили сэра Уильяма, который уже два месяца жил на вилле близ Санкт-Морица и любезно пригласил их приехать. Они провели там два прекрасных дня, наслаждаясь изысканной кухней лучших ресторанов и прочими бесчисленными радостями знаменитого зимнего курорта. Здоровье сэра Уильяма явно улучшилось. Он был бодр, весел и полон планов, чему Джулия весьма обрадовалась. Давно она не чувствовала себя столь безмятежно счастливой. И даже после возвращения в Англию какое-то время ощущение счастья не покидало ее.

Но очень скоро будни напомнили о себе неприятными сюрпризами – в новом году работы у Франко значительно прибавилось. Его таланты оценили по достоинству и завалили заказами. Джулия утешала себя тем, что из-за занятости у Франко не останется времени на флирт с разными блондинками, но, с другой стороны, у него почти не оставалось времени и для нее. Она и сама все чаще не имела возможности сесть вечером в автобус и поехать к Франко, а должна была сидеть за компьютером, доводя до ума очередную главу диссертации.

Однажды, около полуночи обнаружив его за подгонкой деталей мозаичного панно, она не удержалась:

– Тебе не кажется, что дальше так продолжаться не может?