Маргарет Уэй - Голубоглазый ангел

— Скорее всего, опустошает магазины, — едко произнес Холт. — Разве ты не хочешь встретиться с сестрой? Она определенно привезет тебе какую-нибудь ерунду в подарок.

Лоис бросила салфетку на стол.

— Я ненавижу тебя, Холт! — крикнула она.

Вино развязало ей язык.

— Твоя ненависть мне приятнее, чем твоя любовь.

— Холт! — Катерин с упреком посмотрела на внука.

— Слушай, я не хочу расстраивать тебя, Лоис, — продолжил он, — но мне кажется, мы уже договорились о том, что тебе лучше уехать домой. Я уверен, тебе захочется вернуться сюда на Рождество.

— Заткнись! — завопила Лоис и вскочила на ноги, указывая пальцем на Мариссу. — Это все из-за нее? Я потратила столько сил на Джорджию, а меня никто не поблагодарил. Попомни мои слова, Холт, эта штучка все только испортит.

— Нашу новую гувернантку зовут Марисса, — напомнил Холт, — и я намерен предоставить ей полную свободу действий. Ты расстраиваешь бабушку своим поведением, Лоис, я этого не потерплю. Мне нравится обедать в ее обществе.

— Извините меня, миссис Макмастер, — поспешно сказала Лоис, будто получив пощечину. — Не знаю, что на меня нашло.

— Ты очень встревожена, — тихо произнесла Катерин. — Возможно, тебе, в самом деле, нужно уехать в город. Мы очень признательны тебе за то, как ты заботилась о Джорджии. Присядь, дорогая, мне не нравится видеть тебя расстроенной. Ты также можешь, ненароком, обидеть Мариссу, которая этого не заслужила.

Лоис горько рассмеялась.

— Вы готовы простить меня?

— Да, Лоис.

Лоис отшвырнула стул и направилась к двери.

— Как ты можешь ей доверять? — повернувшись, спросила она Холта, который смотрел на нее в упор. — Неужели ты, в самом деле, хочешь, чтобы особа вроде нее обучала Джорджию и жила в твоем доме? Ты не думал о том, что следует проверить, кто она? Могу поспорить, ей есть что скрывать.

Раздражение Лоис передалось Мариссе. Она, на краткий миг, закрыла глаза.

— У меня нет проблем с полицией, мисс Олдридж, если вы об этом. Я не сделала ничего предосудительного в своей жизни и уже предоставила мистеру Макмастеру отличные рекомендации. Я способна обучить вашу племянницу.

— И не только ее. — Холт откинулся на спинку стула. — Она могла бы и тебя кое-чему научить, Лоис.

— Я не хочу ничему у нее учиться! — крикнула Лоис и вышла.

Наступило молчание. Сидящие за столом слушали удаляющийся стук каблуков Лоис.

— Боже, — простонала Катерин. — Лоис уже два или три года не закатывала таких истерик. Она, в самом деле, чувствует себя отвергнутой. Не слишком ли ты был с ней суров, дорогой?

— Суров? — Холт стиснул зубы. — Она жаждала только одного: расстроить тебя и обидеть Мариссу.

— Вы хотите, чтобы я ушла? — быстро спросила Марисса, посмотрев сначала на Катерин, потом на Холта.

— Зачем вам уходить? — удивился Холт. — Ужин еще не закончился.

— Останьтесь, дорогая, — попросила Катерин, слегка похлопав Мариссу по руке. — Я надеюсь, мы не станем звать Лоис?

— Не вижу смысла, — кратко ответил Холт. — К утру она образумится. Она расстроила тебя, бабушка?

— Не очень, дорогой, но я хочу взять передышку. Думаю, Лоис, в самом деле, лучше уехать в Сидней.

— Разве я не предложил то же самое? — Холт поднялся на ноги. — Пойдем, родная, я помогу тебе.

Марисса и представить себе не могла, что Холт может быть таким нежным.

— Благодарю вас, дорогая. — Катерин посмотрела в глаза Мариссы. — Постарайтесь простить Лоис. Мне неприятно это говорить, но ваше присутствие заставило ее показать свое истинное лицо. Хотя она, действительно, пыталась поладить с Джорджи.

— Давайте больше не будем о ней, — нетерпеливо заметил Холт. — Мне отнести тебя наверх, бабушка?

— Твой дедушка носил меня на руках.

Катерин подмигнула Холту.

— Я тоже смогу!

Холт подхватил Катерин на руки и, попросив Мариссу задержаться, начал пониматься по лестнице.

Спустя мгновение в обеденный зал из кухни вошла Олли, которая, скорее всего, слышала весь разговор.

— Что здесь произошло? — спросила она шепотом.

Марисса глубоко вздохнула.

— Холт предложил отвезти Лоис в Сидней.

— Держу пари, ей это не понравилось.

— Еще бы!

— Надеюсь, миссис Макмастер не слишком расстроилась? — Олли сунула руки в карманы передника. — Она с большим трудом вышла к ужину, желая быть рядом с вами, дорогая.

Марисса почувствовала себя лучше от этих слов.

— Мне она тоже нравится, — воскликнула девушка. — Жаль, что у меня нет такой бабушки!

— А где ваши бабушки? — спросила Олли, зная, что у Мариссы были трудные детство и юность.

— Моя бабушка по материнской линии после гибели мамы сильно изменилась. Она очень переживала, потеряв дочь. Сейчас ее уже нет в живых. Бабушка по отцу вела, слишком, активный образ жизни, поэтому ей было не до меня. Брат моего отца, дядя Брайан, и его жена Элиссон приютили меня на время. Поступив в университет, я переехала в общежитие.

— Дядя Брайан и тетя Элиссон плохо относились к вам?

Марисса посмотрела в добрые, проницательные глаза Олли.

— Дядя Брайан хорошо ко мне относился, а тетя Элиссон… она пыталась быть благосклонной.

— А ваш отец? — поспешно спросила Олли.

К горлу Мариссы подступили слезы.

— Извините, Олли, я еще не готова об этом говорить. Слишком много грустных воспоминаний…

— Я понимаю, дорогая. — Олли уже начала ругать себя за бестактность. Посмотрев на тарелку Мариссы, она щелкнула языком. — Ваша еда уже остыла. Хотите, я принесу вам что-нибудь другое?

— Нет, не нужно. Вы прекрасно готовите, Олли. Возможно, когда у вас будет время, вы поделитесь со мной опытом? Меня никто не учил готовить. Тетя Элли разрешала мне только убирать в кухне и мыть посуду, ибо сама ненавидела эти занятия. Кстати, Люси была такой же.

Олли присела на стул и наклонилась к Мариссе.

— А кто такая Люси?

— Моя кузина, она на два года старше меня.

— Разве вы не ладили?

— Мы сразу же не сошлись характерами, — сказала Марисса. — Наверное, в этом только моя вина. В то время я очень переживала из-за смерти матери и постоянно плакала.

— В вашем поведении не было ничего необычного, дорогая, — мягко произнесла Олли. Марисса опустила голову.

— Я не вела себя подобно Джорджи, желая скрыть боль в душе. Я не кричала, не ругалась, не дралась с Люси, но моя тетя, часто, называла меня эгоистичным, неблагодарным ребенком.

— Похоже, ваша тетя, просто, невыносима! — с негодованием сказала Олли.

Марисса рассмеялась.

— Вы правы. Именно из-за нее Люси не хотела общаться со мной. Теперь я думаю, что мы обе от этого страдали. Однако, хватит о них! Что-то я сегодня разоткровенничалась!