Тайная малышка от Генерального. Встреча через время - Дари Дэй

первым уселся напротив художницы – пожилой женщины в платке и очках, с вьющимися седыми волосами. Она одарила нас радушной улыбкой и быстро заправила мольберт, взглянув из-под толстых стёкол очков.

– Вот сюда сядьте, да. И дочку посередине посадите, – давала художница указания. Я покраснела, заметив, что она приняла нас за семью, а Марк, кажется, не обратил на это внимания, но улыбка его странным образом стала ещё шире.

Пока женщина рисовала, Соня вертелась, болтала, рассказывала, что у нас был настоящий «волшебный день», и что её желание уже почти что сбылось.

– Какое? – спросил Марк ненароком.

– Секрет! – блеснула та хитрым взглядом. – А то не сбудется!

Портрет получился восхитительным, как и сегодняшний день. Марк оплатил доставку и отправил подарок курьером на мой адрес, а художнице оставил щедрые чаевые.

И мы отправились дальше, попав в самый центр уличного концерта. Неизвестная группа играла весёлую латинскую музыку, барабаны гремели, заливались гитары. Люди смеялись, танцевали и даже подпевали незнакомым словам. Соня сразу вцепилась Абрамову в руку.

– Потанцуем? Ну потанцуем?…

И он… действительно начал пританцовывать с ней, исполняя прихоть моей маленькой дочки. Было смешно и немного глупо. Ровно до тех пор, пока Марк не заставил меня присоединиться к их танцу, и я, заливаясь краской смущения до самых волос, принялась нелепо топтаться на месте, не попадая в такт музыки.

Но в тот момент я чувствовала себя такой живой. Настоящей…

Увидев невдалеке небольшое кафе с фонариками и гирляндами, мы отправились в его сторону, чтобы поужинать.

– А десерты там вкусные? – уточнила моя привереда, носясь вокруг нас с Марком, будто ей на спину прицепили пропеллер.

– У тебя и так энергии – хоть отбавляй, – засмеялась я тихо.

– Ну мамочка! – закапризничала дочка. – Ну я хочу тортик! Шоколадный! Дядя Марк, скажи ей!

– Я не смогу ей отказать, – Марк склонился ко мне, доверительно шепнув это на ухо, и случайно коснулся щеки. А в нос резко ударил его аромат. Свежий мужской парфюм, который Марк не менял уже несколько лет, будоражил. Рождал на дне памяти осколки наших жарких ночей… Заставлял щеки заливаться смущением.

– Да, – откашлялась я, – она из тебя и так уже верёвки вьёт, – засмеялась неловко. А Марк невозмутимо ответил:

– Я совершенно не против.

Я удивлённо на него посмотрела, медленно шагая вперёд.

– Я всегда думал, что не лажу с детьми, – увидев мой взгляд, пояснил. – Но в твою дочку я влюбился с первого взгляда. – А затем он резко остановился и посмотрел на меня совершенно серьёзно. – Как и в тебя когда-то влюбился с первого взгляда, Кать…

Мои ноги приросли к прогретому солнцем асфальту дорожки. А взгляд не мог оторваться от его тёплых глаз.

– Марк…

Но он не дал мне продолжить. Наверное, посчитал, что не место сейчас для таких разговоров.

– Идём, – ласково мне улыбнулся. – Сонь?… – обернулся, ища её взглядом.

Мы оба окаменели в момент.

– Соня?… – прошептала я одними губами.

Но её нигде не было.

Спряталась? Она любит… Она же у меня озорница, прятки любит больше всего…

Огляделась. Начала звать её всё громче и громче. Бегала глазами по толпе.

– Соня! Ну хватит, выходи! Это уже не смешно!

Марк насторожился.

А мой голос начал подрагивать.

– Подожди здесь, я пройду вдоль торговых рядов.

– Марк, – голос сорвался. – Её… нет. Но она ведь только что была рядом!

– Катя, спокойно. Мы найдём её, слышишь? Она не могла уйти далеко.

Но паника уже наступала, душа терзалась.

– Нет… Нет-нет-нет. Она же такая маленькая!… Её могли увести!

– КАТЯ. – Марк положил руки на мои плечи и заглянул в глаза. – Всё будет в порядке, – сказал почти по слогам. – Я тебе обещаю.

Мы разделились. Я металась между людьми, хватая за руки прохожих:

– Вы не видели маленькую девочку? В белом платье, с кудрявыми волосами?

– Нет…

– Нет, извините…

– Я только что видел девочку, она бежала в ту сторону, к киоскам! – поделился подросток.

Я сорвалась с места, а сердце громко стучало в висках.

«Пожалуйста, пусть ничего не случится… Пусть она просто заигралась… Пусть она спряталась… Только бы не…»

Но в душе уже зарождалась настоящая чёрная бездна, поглощая собой остатки здравого смысла.

Моя девочка исчезла. Её нигде не было. И я боялась представить самое страшное.

~Глава 16~

– СОНЯ! – кричала я, бегая по набережной с таким отчаянием, что у людей на лицах проступал ужас. Марк метался у торговых киосков, проверяя каждую щель. Он уже говорил с кем-то по телефону – коротко, чётко, с каменным лицом и руками, жёстко сжатыми в кулаки.

– Она только что была с нами рядом… Мы ведь всего на секунду с неё спустили глаза… – всё повторяла я, как заведённая, будто кто-то мог мне объяснить, куда делась моя дочь. – Всего на секунду!… И она исчезла…

– Мы её найдём, – твёрдо сказал Марк, подхватывая меня под локоть, когда я чуть не споткнулась. – Я обещал.

И говорил он так, что мне не оставалось ничего, кроме как слепо поверить.

Прошло всего две минуты, и набережная начала меняться прямо у меня на глазах. Где-то завыла сирена, кто-то выкрикнул в рацию: «объявляю тревогу, розыск ребёнка». Люди в форме стекались со всех сторон, вырастая как будто из-под земли.

Через десять минут набережная Южного напоминала подготовку к военной операции. Полиция оцепила зону, начали обходить киоски и лавки. МЧС, и… о чёрт… даже ОМОН. Собака, натренированная на поиск детей, обнюхивала игрушку, оставленную Соней, а над морем гудело два больших дрона.

Я стояла и смотрела, как мир рушится у меня на глазах.

– Никого не выпускают… – зачем-то заметила, глядя, как люди паникуют. Никому не позволяют уйти. Проверяют документы и проводят опрос.

– Ничего, потерпят, – сцепив зубы, ответил Абрамов. – Это нужно, чтоб найти Соню.

Я взглянула на Марка, и впервые за долгие годы ощутила, что не одна. За все эти годы я привыкла решать сама все проблемы, тащить всё на своих плечах. Мне не на кого было их переложить. Но сегодня Марк в очередной раз доказывал, что на него можно целиком положиться.

– Марк… – прошептала я глухо. – Спасибо,