Тайная малышка от Генерального. Встреча через время - Дари Дэй

всего несколько рядов белых стульев. На них – только самые близкие: пара друзей, сотрудники Марка, моя соседка с сыном, пара наших общих знакомых. Всё почти по-семейному.

Но главное – рядом они. Моя Соня в нежном платье цвета шампанского, с венком из живых цветов на светлых кудряшках. И Марк в лёгкой льняной рубашке с закатанными рукавами и светлых брюках. Он тоже босой, как и я. И ладонь его не отпускает мою.

Мой будущий муж смотрел на меня с такой непередаваемой нежностью, что внутри всё дрожало.

Служитель произнёс заветные слова. Мы держались за руки, а тёплые волны тихонько ласкали босые ноги.

– Прошу ответить вас, Екатерина. Согласны ли вы взять в мужья Марка?…

– Согласна.

– Прошу ответить вас, Марк. Согласны ли взять в жёны Екатерину?…

– Согласен.

Он не колебался ни мига. Как и я.

– Я объявляю вас мужем и женой!…

Марк наклонился, оставив на моих губах поцелуй. Сначала осторожный и трепетный. А потом – уверенный, твёрдый. Будто ничего на свете больше не могло помешать нам быть вместе.

Весь мир растворился. Остались лишь я, он и… наша счастливая дочка, которая уже крутила вокруг нас свои танцы, а затем забралась к отцу на руки.

Гости умилялись, шептались, кто-то украдкой вытирал слёзы счастья, кто-то хлопал в ладоши.

А мы трое подняли с берега камешки…

– А мой камушек опять похож на сердечко! – счастливо щурилась Сонька.

Я улыбнулась и поцеловала дочку в макушку. Марк притянул меня ближе. Крепче прижал.

Так мы и стояли втроём, сжимая в руках гладкие белые камешки и смотря, как солнце садится за горизонт.

Семья – пять букв. Но чтобы собрать их в нужное слово, потребовалось пять долгих лет.

– Загадываем?… – Марк посмотрел на меня и на нашу с ним дочку.

– Да! – решительно тряхнула та волосами.

Мы все вместе зажмурились, бросили камешки, а через миг они скрылись в воде.

Соня хлопнула в ладоши, нетерпеливо подпрыгивая на руках у отца:

– А я братика загадала! – не выдержав, поделилась она.

Марк чуть запрокинул голову и рассмеялся. Затем посмотрел на меня с тёплой улыбкой:

– А я… сына.

Я смущённо опустила глаза. А потом медленно положила руку на свой всё ещё плоский живот.

Марк сразу притих. Его глаза распахнулись, как у ребёнка, который только что услышал самую важную новость за всю свою жизнь.

– Кать?… – шумно сглотнул.

Я кивнула, глядя на него со счастливой улыбкой.

– Похоже, мы все снова загадали одно и то же желание…

На глаза навернулись счастливые слёзы.

– Мам?… – наша принцесска тоже ждала, и я не имела больше права молчать.

– Ваше желание уже исполнилось, любимые, – спрятала я счастливую улыбку, – осталось всего-то шесть месяцев…

В глазах Абрамова, этого сильного и строгого мужчины, засверкали настоящие слёзы. Он крепко прижал дочку к себе, а на меня смотрел так, будто больше жизни любил…

Рывком притянул меня к ближе. Прижал к груди голову. А там, под его рёбрами, бешено колотилось счастливое сердце. И моё стучало с ним в унисон.

– Это всё, – прошептал. – Всё, что мне надо. Вы трое. Навсегда.

– Навсегда и дальше… – улыбаясь, ответила я.

Конец.