Сын моего сына - Марина Вуд

— Даниила взять, значит. Хорошо. Тогда еще и Семена с собой возьмёшь.

Я намеренно делаю акцент на последних словах.

— Слышал? Чтобы доставил девушку до места встречи и обратно в целости и сохранности. — обращаюсь к водителю и тот отвечает коротким кивком головы.

Она снова замолкает. В машине воцаряется тишина. Лишь слабое дыхание ребенка, спящего рядом, разрывает напряжённую атмосферу.

Я не буду больше давить — пусть думает. Слова не всегда нужны. Иногда лучший способ заставить человека сделать правильный выбор — это дать ему самому понять, что других вариантов у него в жизни нет.

Смотрю на Даню и Гелю практически всю дорогу и пытаюсь нашу с ними представить дальнейшую жизнь. В машине стоит полная тишина, но это не спокойствие, это затишье перед бурей. Всё ещё впереди, и я понимаю, что в этой игре не только она должна адаптироваться к моим правилам, но и я — к ней и её сыну.

Взгляд снова падает на пацана. Мелкий пока ещё не осознаёт, что происходит вокруг, и слава богу. Ему пока не нужно знать обо всех этих играх взрослых. Его время придёт позже, и моя задача — подготовить его к этому. Подготовить, как и Ангелину. Только вот с ней всё сложнее будет. Ангелина думает, что сможет как-то вернуться к прошлой жизни. Что может быть лучше без меня. Но правда в том, что лучше не будет. У неё нет другого выхода, кроме как принять мою помощь. Мои мысли переключаются на будущее. Что будет дальше? Смогу ли я сделать так, чтобы она, Даня, да и вся эта ситуация вписались в мою жизнь без лишних эмоций? С Гелей всё непредсказуемо. Но в этом и есть свой интерес. Я всегда любил сложные задачи.

Мы подъезжаем к дому, и машина замедляет ход. Я поворачиваюсь к Ангелине.

— Завтра поедешь в город с Семеном, — говорю тихо, но твёрдо. — Не делай глупостей. Жизнь может быть проще, если не будешь делать лишних и никому не нужных телодвижений.

Она снова ничего не отвечает. Только тяжело выдыхает и, не глядя на меня, открывает дверь, стараясь не разбудить ребенка.

Я остаюсь сидеть в машине ещё минуту, наблюдая, как она берет его на руки и поднимается по ступенькам к дому. Смотрю на её силуэт в полумраке. Затем выхожу из машины и иду следом. Ангелина осторожно несёт на руках Даню. Догоняю их, открываю дверь и придерживаю, пропуская её вперед. Геля заходит внутрь.

— Спать уложи его, — говорю спокойно. — И поговорим.

Она кивает, избегая моего взгляда, и направляется в спальню. Я захожу в дом, прислушиваясь к её шагам.

Проходит несколько минут, и она возвращается, слегка заторможенная, но с ясными глазами. В них больше нет того упрямства, что было в машине. Я жестом приглашаю её сесть на диван. Сам же остаюсь стоять.

— Вот тебе деньги, — кладу перед ней на стеклянный столик пластиковую карту цвета золота.

Она молчит, и я чувствую, что внутри у неё назревает буря. Устала, но не сдаётся.

— Это что? — вскидывает на меня взгляд.

— Деньги.

Я смотрю, как Ангелина сдвигает брови, устремив на карту взгляд. Золото пластика, казалось бы, должно было развеять её тревогу, но вместо этого вызывает неясное раздражение.

— Деньги? — переспрашивает она, недоверчиво покачав головой.

— Деньги, — киваю. — Ты же в город поедешь, кофе выпить захочешь, в ресторане перекусить… платить ты чем будешь? Натурой они не берут, — отвечаю спокойно, присаживаясь на кресло, напротив.

— Мне не нужны ваши деньги. У меня есть свои…

Я поджимаю губы, глядя на неё сверху вниз.

Девушкам молчит, упрямо уставившись на карту. Вижу, как её пальцы невольно сжимаются в кулаки. Пытается удержать контроль над ситуацией, но слишком устала, чтобы вступать в полноценный спор.

— Свои ты можешь оставить себе, — перебиваю и резко встаю, опрокидывая спинку кресла. Звук глухо раздаётся в комнате. Она вздрагивает, но смотрит на меня всё так же упрямо.

Я поворачиваюсь к ней спиной и прохожу пару шагов к окну, пытаясь подавить раздражение. За окном темнеет, но свет уличных фонарей тускло освещает двор, создавая ощущение замкнутости.

— Разговор окончен, — произношу тихо, но твёрдо, всё ещё не оборачиваясь.

Я чувствую, как её взгляд сверлит мне спину, но не смотрю на неё. Пауза затягивается, воздух в комнате словно становится густым от невысказанных слов. Она хочет что-то сказать, но вместо этого встает, осторожно поднимается с дивана и тихо произносит:

— Спасибо.

— Пожалуйста, — рявкаю в ответ и слышу, как её шаги постепенно затихают в коридоре.

7

Ангелина

Водитель подъехал в обед, как и договаривались. Мы с Даней были уже собраны и ждали его на крыльце.

— Привет, — говорит он с улыбкой, открывая для меня дверь машины, — готовы?

Я молча киваю и, усадив Даню на заднее сиденье, сама устраиваюсь на переднем. Семен, энергичный и явно в хорошем настроении, весело щёлкает ремнем безопасности и заводит машину.

— А хорошо сегодня, да? — спрашивает он спустя несколько минут, когда мы уже выезжали на дорогу. — Солнце светит… Хорошо…

Я не могу игнорировать его жизнерадостность. Он был совсем не таким как Тимур. Безмятежный, улыбающийся.

— Учитывая, что конец августа и скоро начнется сезон дождей, то погода нас действительно балует, — вежливо отвечаю я.

Семен, кажется, решает, что это приглашение к разговору.

— Знаете, а я люблю осень. Особенно, когда пахнет прелыми листьями, а за окном идет дождь и шефу никуда ехать не надо… — усмехается.

Я наблюдаю, как Семен улыбается, и его позитивное настроение начинает влиять на моё настроение. Сначала это кажется просто дружелюбным разговором, но его взгляд и лёгкий флирт начинают давить на моё восприятие.

Неужели он действительно пытается завести разговор и флиртовать? Уж слишком очевидно, как его глаза скользят по мне, когда он говорит о любимом времени года, о музыке, которую слушает… Может, я просто слишком мнительна, но его внимание начинает настораживать.

Тем не менее я не могу не заметить, что его внимание приятно. Семен искренен, и его лёгкий подход кажется немного утешительным в этом хаосе.

— Ангелина, не знаю вашего отчества, а можно я перейду на «ты»? У нас разница в возрасте не такая большая…

— Я не против, — смущенно отвечаю я. — Тем более,