Карла Неггерс - Заветное желание

— Мм. — Он сидел чуть в стороне, положив одну руку на спинку дивана, и смотрел ей прямо в глаза. За всю свою жизнь он в первый раз не мог понять, почему собирается сказать то, что хочет сказать. Он встречал и более хитрых женщин, выслушивал и худшие признания, чем то, какое собиралась сделать она. А за неприятности, причиненные ему, она заслуживала наказания. «Но не слишком серьезного», — подумал он, злясь на себя. Лиззи полна энергии, доброты и жизни, ну и, может быть, бредовых идей, и он совершенно не хочет разбивать ее надежды.

— Вы выступили в роли вашего ассистента вчера утром, — отрывисто сказал, он. — Великая Элизабет Гест не может заниматься замерами, а Челси еще только летела из Канзаса. Вы надели рыжий парик и притворились, что вы — это она. Вы никак не ожидали встретить меня и уж тем более не могли представить, что у меня наметанный глаз.

Он заметил, как тень облегчения пробежала по ее липу. Силы и энергия вновь вернулись к ней. Печальное выражение исчезло, она была готова лгать снова.

— Вы имеете в виду… — начала она, но, почувствовав угрызения совести, на мгновение запнулась и, воодушевленная, продолжила: — Вы хотите сказать, что все знали?

— Я догадывался, но пока не увидел Челси, не был уверен.

— И ничего не сказали?

Он придвинулся, не в силах оставаться в отдалении. От нее исходил легкий аромат нежных духов.

— Вы же сами говорили, что у вас «несколько нетрадиционные методы».

— Это так. Лорейн Кунин никогда бы так не поступила.

При этой мысли Майкл засмеялся:

— Я думаю, да. А комбинезон был ваш?

— Да, остался с колледжа.

Ох, она с облегчением вздохнула: как хорошо, что можно снова без стеснения врать. Майкл замечательный, и если бы не его привлекательность, она бы его поцеловала.

— Я боялась, что он не полезет, — застенчиво произнесла она.

— Я заметил, что он прекрасно на вас сидел.

— Да, пожалуй. — И она кашлянула, ругая себя за дружеский тон и легкость в общении, чего не могла позволить себе Элизабет Гест. — Хорошо, что вы все поняли. Как вы думаете, мы сможем сохранить это в секрете?

— Конечно, — ответил Вольф, думая, однако, о том, какой бы найти способ отомстить.

Лиззи серьезно на него посмотрела.

— Хотите, я пойду на уступки по контракту?

Вольф кашлянул, чтобы скрыть смех удивления. Ничего странного, что она разорилась. Надо будет преподать ей несколько уроков по ведению переговоров.

— Почему бы для начала не взглянуть на контракт?

— О, конечно. — Она поднялась и направилась за своей сумочкой.

Вольф не отрываясь следил за ее стройной фигурой. Даже ее лодыжки сводили его с ума. Ему нравилась ее легкая пружинистая походка. Он постарался сосредоточиться на денежном вопросе, но мысленно возвращался к ней. Майкл попробовал представить себе, как ее руки обовьются вокруг его шеи. Губы их сольются в поцелуе, а ее ноги сплетутся с его ногами. Оставив ее после вечеринки, он совершил ошибку, потому что теперь ему не хотелось отпускать ее. Она вручила ему контракт и специально села на стул рядом с диваном. Вольф мысленно улыбнулся: значит, не один он чувствовал искры, проскакивающие между ними. Все его тело горело от желания, какого он никогда прежде не испытывал. Помоги им Господь! Но его это чувство радовало.

— Там все объяснено.

— Я имею об этом некоторое представление.

К его удивлению, она весело засмеялась, и этот смех вызвал у него воспоминания о хороших друзьях, о любовных приключениях, о романтике.

— Да, я догадываюсь. Просто я все время забываю, что вы агент.

— Это, во-первых, — сказал он мягким голосом. — А вот кем я еще стану…

Глаза его расширились на мгновение, и смех этой женщины стих. Но она быстро оправилась и с улыбкой ответила:

— Клиентом, которому крайне необходимо обновить офис.

Контракт был составлен неплохо: он защищал в основном ее интересы и в меньшей степени — его. Майкл прикинул, во что ему обойдется отделка офиса. Но когда он снова посмотрел на нее, сидящую на краешке стула, такую обнадеженную и прекрасную, он ощутил сильное покалывание от неутолимого желания и признался себе, что ради нее готов расстаться с частью денег. А кроме того, он сообразил, что Лорейн Кунин взяла бы с него вдвое больше, не доставив и доли удовольствия.

Закончив читать, Майкл достал ручку и сделал то, чего до нынешнего момента не хотел делать: подписал контракт, не изменив ни слова. Лиззи наблюдала за ним, потирая коленки. Затем он оторвал от чековой книжки чек и вместе с контрактом вручил Лиззи.

— Поужинаем?

Она покачала головой.

— У меня есть фрукты, салат с молодым сыром, хорошее вино — так, немного посидим, соглашайтесь!

— Я и думать не могу о еде после такого количества съеденного. — Она ни к чему не притрагивалась, это он знал наверняка. Она просто не могла есть, потому что он только что дал ей двадцать тысяч. «Может, она считает, что я простофиля?» — подумал он. Но он прекрасно во всем разбирался: контракт имел правовую силу, и если Элизабет Гест, то есть Лиззи Олсон, не выполнит всех условий, он разденет ее до нитки.

— Майкл, что с вами?

— Все хорошо.

— А я, пожалуй, выпила немного лишнего. Надо идти домой. — И она неуверенно поднялась, держа в руке контракт и чек. — Спасибо вам за чудный вечер, за все. Мне будет приятно с вами работать.

Неохотно, превозмогая себя, Майкл помог ей одеться. Лиззи качнулась, и он вежливо поддержал ее. И не успели они еще сами понять, что происходит, как губы их встретились, а тела сомкнулись. Ощутив жар его тела и невероятное возбуждение от поцелуев, Лиззи охнула. Почувствовав, как в нем и в ней самой пробудилось желание, она страстно ответила на поцелуй, четко осознавая, что делает, и не жалея об этом. Руки Майкла скользнули ей под пальто и остановились на ягодицах. Он крепко прижал ее к себе.

Невероятно сильная волна желания прокатилась по ее телу, и она обвила Майкла руками, а затем обняла его голову и стала нежно перебирать его густые седые волосы. Кто бы мог поверить: она, Лиззи Олсон, здесь, в Нью-Йорке, обнимает врага своей юности — Майкла Вольфа!

Когда Майкл попытался дотронуться до ее волос, она быстро отстранилась, вспомнив про парик, грим и накладные ногти. Майкл целовал не ее. На ее месте была Элизабет Гест — вот кого он желал!

Пробормотав что-то на прощание, она ушла. А Вольф еще минут пять после ее ухода проклинал и себя и ее. От злости он пнул стул. Кой черт ее дернул?! Сначала она с таким желанием отвечает и вдруг ни с того ни с сего срывается и убегает!

Он еще раз выругался. Да что такое вообще с ним происходит?! Он же поклялся не дотрагиваться до нее! Он намеревался поддерживать только деловые отношения. Он собирался опекать ее и помочь ей добраться до Канзаса как можно быстрее.