Олег Суворов - Очаровательна, но упряма

Я проводил ее до дома, и мы расстались, причем Алина по моей просьбе пожелала мне счастливого пути по-итальянски:

— Buon viaggio!

Как чудесно звучал изумительный итальянский язык в любимых устах любимой девушки!

На следующее утро мой друг Никита отвез меня на своих «Жигулях» в «Шереметьево-2», и уже здесь, в ожидании посадки, я начал пить — пока только пиво.

Волнение было слишком велико, тем более, что Никита вскоре уехал, а я остался вместе со своими спутниками: худенькой некрасивой женщиной по имени Марина — владелицей туристической фирмы, и молодой супружеской парой — ее сотрудниками. Естественно, что в самолете я продолжал «снимать стресс», налегая на сухое американское вино в до обидного маленьких бутылочках.

Все свои впечатления, вплоть до мельчайших деталей, я немедленно заносил в блокнот — собирал материал для будущего романа. И этих впечатлений становилось все больше и больше…

Мы прилетели в Римини, вышли из здания аэропорта и подошли к микроавтобусу, возле которого нас ждал водитель-итальянец.

Первое слово, произнесенное мной по-итальянски на итальянской земле было «lа farfalla» — бабочка. Именно бабочка сидела на капоте микроавтобуса, а итальянец осторожно снял ее и отпустил.

Первое по-настоящему итальянское впечатление я получил от придорожной забегаловки, у которой мы остановились через два часа езды. «Подумать только, — не уставал поражаться я, — это я, Олег Суворов, нахожусь в Италии среди настоящих живых итальянцев и пью пиво!»

Конечным пунктом нашего путешествия был прибрежный городок Торторетто, раскинувшийся вдоль шоссе на Адриатическом побережье. Хозяйка гостиницы, приветливая пожилая итальянка, охотно поменяла мне доллары на лиры, и сразу же после ужина мы вчетвером отправились гулять по городу. Впрочем, мои спутники скоро вернулись обратно в гостиницу — завтра им предстояло рано вставать и ехать покупать машину. Отправить в Рим они меня обещали днем, сразу после своего возвращения.

Итак, я остался один, прошел весь городок, заходя в каждый третий бар и спрашивая неизменное «una birra». Лишь утомившись окончательно, я вернулся в гостиницу и почти сразу заснул.

Проснулся я поздно, часов в одиннадцать. Приняв душ, побрившись и одевшись, я спустился вниз, вежливо поздоровался с хозяйкой и поинтересовался, когда должна вернуться Марина. Оказалось, в час дня.

Прямо из холла гостиницы, не выходя на улицу, я перешел в кафе.

— Добрый день, — приветствовал меня скучавший за стойкой молодой итальянец.

— Добрый, — машинально отвечал я. — Вы говорите по-русски?

Он улыбнулся, отрицательно покачал головой, и мы перешли на итальянский.

— Хотите позавтракать?

— Да, пожалуй.

Я вышел на улицу и сел за столик. Через минуту передо мной появилась плюшка, крошечный пакетик с джемом и чашка кофе. Я вяло пожевал плюшку, отпил пару глотков, а затем встал с места и вернулся в кафе.

— Дайте-ка мне лучше пивка, — сказал я парню.

— Какого желаете?

— Начнем с «хайнекена», а дальше видно будет.

Черт возьми, для меня все было настолько интересным, что я смотрел во все глаза и слушал во все уши. Вот напротив кафе притормозила роскошная тачка — у нас на таких ездят банкиры, — из которой вышла симпатичная молодая итальянка и направилась к ближайшему дому. А вот за соседний столик присаживается компания из трех итальянцев и начинает бурно обсуждать какие-то деловые бумаги, разложив их на столе. Один из них — молодой красавец, по виду типичный мафиози, — подходит ко мне и, вежливо улыбаясь, просит прикурить.

Все это, конечно, ерунда, но это были первые впечатления, поэтому они до сих пор отчетливо сохранились в моей памяти.

Перепробовав пять сортов пива, я вновь вернулся к стойке и поинтересовался у Джованни — за то время, что он меня обслуживал, мы уже успели познакомиться, — что пьют в Италии?

— Аква, — сказал какой-то итальянец, стоявший рядом, после чего все присутствующие заулыбались.

— Ну нет, — заявил я и, запинаясь и подыскивая слова, попытался выдать сложную фразу: — Вода хороша для уток, а не для людей.

Судя по улыбкам, меня все-таки поняли.

Настало два часа дня, а Марины все не было. Мне надоело торчать на одном месте, и я вновь отправился гулять по городу, периодически «дозаправляясь» пивом. В один из таких моментов я зашел в кафе с огромной террасой, с которой можно было выйти прямо на пляж. Погода прохладная, поэтому и на побережье, и в кафе было совершенно пусто. Сначала я взял бокал пива и пошел было на террасу, но вскоре заскучал и вернулся к стойке.

Молодая, полная и некрасивая официантка сидела за столиком и что-то читала. Я подсел и вежливо поинтересовался, нельзя ли с ней поговорить, поскольку «мне очень нравится итальянский язык». Она охотно согласилась, и мы начали болтать.

Оказалось, что она студентка, учится на ветеринара, живет в соседнем городке, а здесь только подрабатывает. При этом у нее есть жених, который регулярно возит ее с работы домой.

— А я русский писатель, — не преминул похвастаться я. — И в Москве у меня есть любимая девушка. А сейчас я поеду в Рим…

Вернувшись в гостиницу, я обнаружил, что Марины по-прежнему нет, зато хозяйка предложила мне пообедать. Стоило мне сесть за стол, как в ресторан вошли трое моих спутников.

— Ну и как? — первым делом поинтересовался я. — Когда я наконец поеду в Рим?

— Сразу после обеда, — пообещала Марина. — Правда, машину мы сегодня купить не смогли, поэтому придется отправить тебя с одним из моих знакомых…

Едва пообедав, я побежал в номер, лихорадочно собрал вещи и бросился вниз. Действительно, у входа стоял весьма симпатичный «пежо», за рулем которого сидел лысоватый коротышка лет сорока пяти. Наскоро попрощавшись с Мариной и ее спутниками, я сел в машину, и мы тронулись с места.

Если посмотреть на карту, то легко увидеть: чтобы доехать из Торторетто в Рим, надо пересечь поперек весь Аппенинский полуостров. Этот путь, хотя и занимает около четырех-пяти часов, но на хорошей машине да по отличным дорогам совсем необременителен. Поэтому, когда мы приехали в Рим, я еще был как огурчик.

Однако стоило нам оказаться в гостинице, как меня настигло серьезное потрясение. Во-первых, номер был не оплачен, хотя и заказан почему-то аж на пять дней; во-вторых, мой «водила» вдруг вздумал предъявить мне счет на 200 тысяч лир!

За гостиницу я, скрепя сердце, заплатил, но платить водителю отказался, заявив:

— Сам разбирайся с этой Мариной! — помянув владелицу турфирмы непечатным русским словом.

Затем я поднялся в номер, повалялся на постели, покурил, немного успокоился и собрался с мыслями. Было около восьми вечера, и сознание того, что я нахожусь в Вечном городе, совсем рядом с его знаменитыми памятниками побуждало к немедленным действиям. Впрочем, памятники лучше отложить на завтра, а сегодня…