Элли Десмонд - С любимыми не расставайтесь

Подумав об этом, Бетси печально вздохнула и двинулась к оставленному на дороге олдсмобилю.

Усевшись за баранку и тронувшись вперед, она принялась пристально вглядываться в бегущую под колесами дорогу, ища подложенные Ником грабли. Их все не было и не было. Бетси уже засомневалась, правильно ли поняла сказанное, действительно ли на дороге должны лежать грабли? И вдруг на последнем повороте, после которого оставался прямой участок пути до поместья, впереди что-то тускло блеснуло. Бетси сначала решила, что это впечатанная в асфальт слюда или нечто подобное. Потом, снизив скорость и подъехав ближе, увидела небольшой холмик рыхлой, подсохшей на солнце земли — все точь-в-точь, как говорил Ник.

Остановившись и выйдя из автомобиля, Бетси подошла к ловушке. Грабли состояли из одной металлической части, без рукоятки, и лежали остриями кверху — Бетси увидела это, слегка сдвинув землю ногой. Уложены они были так, что по ним обязательно должно было пройти правое колесо. Так бы оно наверняка и случилось, если бы Бетси случайно не подслушала разговор Ника с Клатчером.

Радуясь, что по этому, ведущему к воротам поместья отрезку дороги мало кто ездит, она подняла грабли, отряхнула и отнесла в свой автомобиль. Возможно, эта улика еще пригодится в дальнейшем, как средство воздействия на разговорчивость Ника.

Впрочем, Бетси допускала и обратное — что о граблях вообще не придется упоминать, чтобы дополнительно не травмировать ребенка, которому и без того приходится несладко.

Подобные мысли продолжали вертеться в мозгу Бетси, когда она подъехала к воротам поместья. Тут ей вновь пришлось покинуть олдсмобиль. Она приблизилась к находившемуся на воротах замку с намерением нажать на нужные кнопки, однако не успела дотронуться до них, как решетчатые створки разошлись в стороны, словно приглашая ее на территорию поместья.

Что такое? — удивилась Бетси. Кто это открыл мне ворота? Неужели Ник? Ведь Томас, вероятно, еще не в том состоянии, чтобы встать с постели. Но тогда кто? Может, Ник сменил гнев на милость? Вряд ли. Скорее затеял новую игру, увидев, что я успешно прошла полосу препятствий…

Бетси вернулась в автомобиль и проехала в ворота, которые медленно закрылись за ней. Наблюдая за этим процессом в зеркало заднего вида, Бетси вдруг сообразила, у кого сейчас в руках может находиться пульт дистанционного управления — у горничной Кейти, которая по утрам приезжала сюда из Роузвилла на работу.

Тут напрашивался вопрос, почему Томас не позвонил вчера Кейти, если она все равно курсирует между поместьем и Роузвиллом. Однако Бетси заранее знала ответ: во-первых, Кейти не приходится Томасу родственницей, а во-вторых, он постеснялся бы нагружать на нее дополнительную работу в виде заботы о себе самом и Нике, которого Джим оставил на его попечение.

Подъехав к крепкому каменному дому, Бетси почувствовала, что в ее душе шевельнулась ностальгия. Это основательное в форме прямоугольника здание будто нарочно строилось для большой дружной семьи. В юности Бетси нередко фантазировала, как чудесно было бы ей поселиться здесь вместе с Джимом, чтобы затем стать матерью его детей, которые назовут поместье Рокки-Брук родным домом.

Мечты, мечты… Все они давно в прошлом.

Минуя парадный подъезд, Бетси увидела, что дверь заперта. Если кто-то и выходил на крыльцо, чтобы открыть ворота с помощью пульта дистанционного управления, то уже зашел обратно.

Бетси обогнула на автомобиле правое крыло и остановилась у задней части дома. Здесь, как всегда в ясную погоду — то есть почти постоянно, — дверь черного хода была открыта настежь. Через минуту на звук захлопнувшейся автомобильной дверцы из сумрачного коридора выскочил Клатчер. Пес не лаял, следовательно, каким-то образом узнал, что прибыл кто-то из своих. Сейчас он увидел, кто именно, и с радостным визгом бросился к Бетси, норовя лизнуть ее в лицо и приветственно виляя тем, что заводчик оставил ему когда-то в качестве хвоста. В ответ Бетси потрепала Клатчера по голове.

— Бетси! Как хорошо, что ты приехала, — прозвучало рядом.

При звуках этого голоса она удивленно подняла голову: из открытого окна выглядывал Томас!

— Ты уже встал с постели?! — с беспокойством вырвалось у нее.

Он слегка пожал плечами, сверкнув на солнце окруженной венчиком седых кудрей плешью.

— Ну да. Ведь тебе известно, как я не люблю валяться…

— Боже правый! Ты хотя бы знаешь, как напугал меня вчера?! Приезжаю, а ты лежишь на полу без движения!

Томас немного смущенно улыбнулся.

— Прости, детка, я не хотел.

Уголки рта Бетси тоже невольно поползли вверх.

— Да уж конечно, кто этого захочет! — Она вновь посерьезнела. — Значит, тебе уже лучше?

Томас задумался, словно прислушиваясь к себе.

— Можно сказать и так. То есть по сравнению со вчерашним, конечно, лучше. Правда, голова кружится, но, надеюсь, это пройдет. — Затем, словно спохватившись, он произнес: — Что же мы так разговариваем! Заходи в дом.

Клатчер тоже направился к порогу и там, остановившись, оглянулся — мол, идем, что же ты стоишь!

Бетси прерывисто вздохнула. Второй раз за сутки она входила в дом, где ей вообще не следовало показываться.

Томас встретил ее в коридоре и медленно повел в гостиную. По дороге они продолжали беседовать.

— Значит, ты была здесь вчера? — спросил Томас.

Он шел, опираясь на палку, которую — Бетси это знала — терпеть не мог.

— Ну да, — кивнула она. — Попыталась привести тебя в чувство с помощью нашатырного спирта, но когда это не удалось, вызвала доктора Паттерсона.

— Да, я видел у себя на столе пилюли с его фамилией, написанной на наклейках, поэтому понял, что он посещал меня.

— Доктор Паттерсон сделал тебе уколы и велел обращаться в случае чего.

— Спасибо, — усмехнулся Томас. — Надеюсь, не понадобится. Сам не знаю, что это со мной вчера приключилось.

— Гипертонический криз — так назвал это доктор Паттерсон.

Томас вновь двинул плечами.

— Как ни назови, приятного было мало. Когда я почувствовал, что со мной неладно, решил позвонить тебе — уж извини, ничего лучшего мне на ум не пришло. Фейт далеко, а ты все-таки поближе.

— Незачем извиняться, — улыбнулась Бетси, открывая перед Томасом дверь гостиной. — Всегда зови меня, если возникает необходимость.

С губ Томаса слетел вздох.

— Я бы тебя не потревожил, если бы речь шла лишь обо мне. Но у нас сейчас живет Ник, которого оставили здесь Летти и Эндрю. Впрочем, я тебе об этом рассказывал… Именно Ник меня и беспокоил. Ты ведь знаешь, у него есть некоторые проблемы. В случае чего он, наверное, даже не смог бы обратиться за помощью. — На миг умолкнув, Томас добавил: — Правда, в будние дни у нас бывает Кейти, но мне неловко обращаться к ней с просьбой позаботиться о Нике. У Кейти и без того дел полно. Дом большой, работы много…