Елизавета Горская - Милая любовь (СИ)

и расти до меня, Темный. Поговорим об этом, когда ты повзрослеешь. А пока -

адьос. Подружку твою играть я не собираюсь!

Грудь Темного бурно вздымалась, глаза сверкали - он был явно взбешен. Я

должна была уйти в тот же самый момент, бежать, куда глаза глядят - Темный в

ярости был непредсказуем, я знала это по собственному опыту. Но меня словно

приковали цепями к этому месту - я лишь стояла, гордо вздернув подбородок,

испепеляя его гневным взглядом, и ждала, что будет дальше. Спасаться бегством

было для меня унизительным. Уж я справлюсь с этим невоздержанным

подростком в теле зрелого мужчины, мускулистого и сильного. Так я думала, пока

не оказалась заброшенной ему на плечо, колотящей в воздухе руками и ногами.

Кричать было двойне унизительным. Поэтому я лишь скрипела зубами и что есть

силы пыталась вырваться из его стального захвата. Но все мои усилия были

тщетны. Своему возмущению я дала волю лишь в машине, оказавшись

распростертой на заднем сиденье.

- Ты что это себе позволяешь?! - завопила я, когда обнаружила, что все двери в

автомобиле заблокированы. - Выпусти меня немедленно! Иначе я вызову

полицию!

- У тебя есть особая инопланетная связь? - ухмыльнулся Темный, поворачивая

ключ в замке зажигания. - Так как айфон твой у меня.

- Ах ты гавнюк! - вцепилась я ему в волосы. - Да как ты смеешь!

- Угомонись, идиотка! - зарычал Темный, одной рукой пытаясь рулить, а другой -

грубо оттолкнув меня от себя. - Возьми себя, черт возьми, в руки! Или я за себя не

отвечаю.

- Что я тебе сделала? Почему ты так со мной?

- Ты действительно хочешь об этом поговорить? - зло усмехнулся Темный. - А кто

всячески меня избегал? Играл в кошки-мышки со мной, словно я чертов идиот и

ничего не понимаю? Ты же любишь меня, а рассталась со мной, потому что мать

твоя на тебя надавила. У меня мозгов, конечно, поменьше, чем у тебя, но я знаю

сколько будет дважды два...

- Ничего ты не знаешь! - закричала я. - Я ненавижу тебя! Вот почему мы

расстались! Ты - подлый соблазнитель. Думаешь почему я предложила роль

предполагаемого возлюбленного тебе? Да потому, что любой другой уважающий

себя и других парень на твоем месте послал бы меня куда подальше. Только ты

готов играть чужими чувствами! Тебе плевать на эти самые чувства! Ведь это

своего рода победа - переспать с дочерью директрисы, пусть она и не в твоем вкусе

и выглядит как мышь серая...

На последних словах я больно ударилась носом об спинку кресла. Машина резко

затормозила, а у меня перед глазами заплясали звездочки.

- Кто учил тебя водить? - заорала я, схватившись за нос. - Я же не пристегнута!

Темный резко развернулся и, грубо схватив меня за плечо, приблизил свое

перекошенное от злобы лицо.

- Еще раз из твоего гребаного рта вылетит что-нибудь подобное, и я за себя не

ручаюсь. Ты меня знаешь - я слов на ветер не бросаю.

Я сжала челюсти, так что заскрипели зубы.

- Ты меня поняла? - угрожающе прорычал он. - Ни слова.

- Не-на-ви-жу! - упрямо процедила я и тут же пожалела о своих словах.

Темный выскочил из машины, распахнул дверь и выволок меня наружу. Я

закричала, но он тут же зажал мне рот ладонью, а затем накрыл его губами.

Пытавшиеся оттолкнуть его руки он грубо завел мне за спину, в результате чего я

оказалась в своеобразной клетке. Задыхаясь под натиском жадных губ Темного, я

ломала голову, как бы деликатнее с ним расправиться. Неожиданно я

почувствовала, как терзающие меня губы стали нежными и ласкающими, в голове

образовалась каша - я в одно мгновение потеряла способность здраво мыслить.

- Темный, - насмешливо произнесла я, когда его губы скользнули ниже и стали

покрывать поцелуями шею, - разве это наказание? Ты лишний раз доказываешь

мою правоту. Ты кобель, Темный. Кобелем и по...

- Заткнись! - прорычал он в мои губы, вновь накрывая их своими. - Дура ты,

Милка, раз думаешь, что мне от тебя нужен только секс, - хрипло пробормотал он,

прерывая поцелуй. - Я же жить без тебя не могу... С ума схожу, когда тебя нет

рядом... Извелся уже весь, гадая, как сделать тебя вновь своей... К учителю этому

твоему ревную безумно... Мила, вернись ко мне. Мне больше никто не нужен,

кроме тебя...

- Эй, да у тебя горячка, наверное. Ты бредишь, да? Что за вздор ты несешь?

- Я люблю тебя, Мила, - встряхнул меня за плечи Темный. - Я хочу... быть с

тобой...

- А знаешь, чего хочу я? Чтобы ты и все, тебе подобные, оставили меня в покое!

Мне никто не нужен! Ни ты, ни учитель, к которому ты меня приревновал. Никто!

- Хорошо, - неожиданно серьезно произнес Темный. - Пусть будет по-твоему. Я

оставлю тебя в покое. И пальцем больше не трону. Но наступит время - и ты сама

приползешь ко мне. На коленях.

- И ты примешь меня? - насмешливо вздернула я бровь.

- А это будет зависеть от того, буду ли я еще любить тебя...

Разговор с Темным не выходил у меня из головы все утро.

Он это серьезно? Неужели Темный на самом деле меня любит? Как-то с трудом

верилось, что ценности этого альфонса в раз переменились. Ведь какая ему от меня

выгода? Алла Викторовна из-за меня отличником его не сделает и диплом

красный не подарит и на прогулы его глаза не закроет. Да и денег у меня нет. И

внешностью моей он не очарован, в чем сам чистосердечно признался накануне.

Чем больше я об этом думала, тем меньше понимала Темного. С чего вдруг он

воспылал ко мне такой всепоглощающей любовью? Да еще секс ему не нужен. Это

уж совсем в голове не укладывалось. Может проверить? Устроить ему спектакль -

бедрами перед его носом повилять, ресницами похлопать. Почему бы и нет? Давно

я по-настоящему не веселилась. А тут - обвести вокруг пальца самого Темного!

Идея эта меня заворожила. Над ее осуществлением я ломала голову всю

геометрию, затем английский, а после уроков отправилась в бутик женской

одежды - за новыми шмотками.

Темный сказал, что я одеваюсь как пацанка. Прямо, обидно, но справедливо.

Дилеммы "что сегодня надеть?" передо мной никогда не стояло. Одевала первое

попавшееся под руку - в основном, это были джинсы-бойфренды, рубашки какие-

нибудь, футболки. Юбок в моем гардеробе не наблюдалось лет с десяти. Одно-