Марта Шилдз - Поверить в счастье

Черт побери.

Джейк заерзал в кресле: видно, не так уж он утомился.

Он допил виски, встал и поставил стакан на шкафчик, служащий баром. Потом поднялся наверх. Джейк зажег свет в комнате, которую занимал больше месяца, и пошел заглянуть в детскую. Он каждый вечер целовал сынишку на ночь. А если был в отъезде, то желал ему спокойной ночи по телефону.

Джейк оставался верен своей привычке, даже если Сэмми спал и не мог оценить его знак внимания. Джейка это успокаивало; он чувствовал, что на каком-то подсознательном уровне мальчик знает, что папа с ним и любит его.

Дверь в темную комнату открылась беззвучно. Света, падающего из спальни Джейка, хватило, чтобы осветить путь к кровати. Сэмми был тщательно укрыт и спал на боку, лицом к окну.

В такое время мальчика пушкой не разбудишь. Джейк присел на краешек кровати, затем наклонился и нежно поцеловал сына в щеку.

— Я люблю тебя, Сэмми, — прошептал он.

— Он знает.

Застигнутый врасплох, Джейк повернулся на звук. Когда глаза привыкли к темноте, он заметил темную фигуру по другую сторону кровати.

— Ровена. — В темноте его голос казался особенно чувственным. — Почему ты сидишь тут без света?

— Я здесь недавно, — ответила девушка после заметной паузы. — Сэмми проснулся, и я прочитала ему еще одну сказку.

Хорошо, что она не прячется в своей спальне. Обрадованный Джейк протянул руку и включил ночник. Ему хотелось взглянуть на нее.

Ровена сидела в кресле-качалке в длинном голубом платье в цветочек, которое Джейк видел на ней раньше. Ему приходилось видеть ее и в брюках, и они лишь подчеркивали ее женственность, влекущую его, словно нектар пчелу.

— Я думал, ты уже легла.

— Нет.

— И много хлопот тебе доставил Сэмми?

Губы у нее изогнулись в усталой улыбке.

— Дети — всегда хлопоты. Да нет, ничего особенного. Он милый мальчик. Я понимаю, почему ты им гордишься.

На мгновение у Джейка даже перехватило дыхание. Похвала Ровены значила для него, пожалуй, больше, чем все удачно совершенные сделки.

— Спасибо.

Она взяла с колен книгу, явно собираясь встать.

Желая задержать ее хоть на мгновение, Джейк торопливо спросил:

— Какую сказку ты ему читала?

Ровена протянула книжку. Он прикоснулся к потрепанной обложке.

— «Принцесса и дракон». Это ведь не его книга?

— Нет, я привезла ее с собой. Мама читала мне ее в детстве. Я думала, Сэмми она понравится, потому что там описывается битва между драконом и злым королем.

Джейк полистал украшенные картинками страницы.

— Звучит устрашающе.

— Ничего особенного, все как в других сказках.

Он открыл последнюю страницу.

— «И жили они долго и счастливо», — прочитал он.

— Естественно.

В тоне Ровены было столько насмешки, что Джейк с удивлением повернулся к ней.

— Ты не веришь, что люди могут жить долго и счастливо?

Она взглянула на него с сожалением.

— Сентиментальность хороша только для детских сказок. Мы-то знаем, что в жизни счастливых финалов не бывает.

Это было открытием. Неужели она действительно так цинична? Откуда такие мысли у столь молодой женщины?

— Правда?

Она нахмурилась.

— И не говори, будто ты, именно ты, веришь в сказки со счастливым концом.

— А почему бы мне не верить в них?

— Ты же разведен.

— Ну и что?

— А твой отец три раза разводился!

— Ты так хорошо нас изучила?

Ровена пропустила его замечание мимо ушей.

— И после этого ты веришь в сказки?

Джейк взглянул на сына.

— Он помог мне поверить.

— Сэмми?

Джейк кивнул и снова посмотрел на нее.

— Может, я и не нашел своего счастья, но верю, что оно существует. Я должен верить. Ради Сэмми.

— Вера ничего не меняет.

— Может, и нет, но надо же стараться. А если не веришь, то никогда ничего не добьешься.

Ровена взглянула на него как на инопланетянина.

— Что ты подразумеваешь под «стараться»? Счастье или есть, или его нет. Любовь или есть, или ее нет. Но чаще всего ее нет. Люди путают любовь с плотским желанием.

Джейк покачал головой.

— Это потому, что они ленятся. Любовь — тяжкий труд. Я знаю. С тех пор как я ушел из юридической фирмы, чтобы быть с Сэмми, мне пришлось работать больше, чем над любым торговым соглашением.

Она лишь рукой махнула.

— Детей легко любить. Особенно своих.

Джейк криво усмехнулся.

— Ты не видела его, когда он капризничает. Когда устанет, разозлится и все вокруг начинает его раздражать. Погоди немного, побудешь тут подольше и убедишься сама.

— И что же в таком случае случилось с твоим браком? Ты плохо старался?

У нее ум как у адвоката.

— Чтобы сохранить брак, стараться нужно обоим.

— А твоя жена, естественно, оказалась слишком ленивой.

Джейк повел плечом.

— Как я сказал, нужны двое.

— То есть?..

— То есть я свой вклад сделал.

Ровена откинулась на спинку качалки.

— А теперь ищешь безоблачное счастье.

— Нет, я создаю это счастье… для Сэмми. — Джейк легонько погладил сынишку по спине. — Он его заслужил. А я, как отец, обязан сделать все возможное. Я хочу, чтобы он был счастлив.

Она нахмурилась еще больше.

— Значит, ты ищешь ему…

Сэмми забормотал во сне и повернулся на другой бок.

— Мы ему мешаем. — В голосе Ровены чувствовалось облегчение. — Мне тоже пора ложиться, чтобы встать вместе с ним завтра утром.

Она поправила одеяло и нежно поцеловала мальчика в щеку. Джейк не мог не заметить, насколько различны чувства, которые Ровена испытывает (или, во всяком случае, демонстрирует) к Сэмми и к нему.

Хотелось бы знать, в чем причина…

Ровена взглянула на него, и Джейк заметил горечь в ее взгляде. Она пережила какое-то глубокое разочарование. Так ведут себя люди, которые искренне во что-то верили, а их вера оказалась втоптанной в грязь.

Ровена натянуто улыбнулась.

— Спокойной ночи, мистер Стэнбери.

Джейк удивленно вскинул брови.

— Спокойной ночи, мисс Уайлд.

Она замялась, словно хотела еще что-то сказать, но только сухо кивнула и выскользнула из комнаты.

Джейк повернулся, чтобы выключить ночник, и его взгляд упал на книгу на кровати. Джейк внимательно всмотрелся в картинку. Если не считать ярко-рыжих волос, принцесса была поразительно похожа на Ровену… и даже глаза у нее были карие.

— Что за дракон разбил твое сердце? — спросил Джейк.

Ответа не было.

ГЛАВА ПЯТАЯ

На следующее утро, когда Джейк работал, зазвонил телефон.