Элизабет Стюарт - Где обитает любовь

— Я причинил тебе боль по незнанию, но в любви нашей больше не будет места боли, а только лишь одно наслаждение. Я был нетерпелив и не успел пробудить в тебе ответное желание.

— Неправда, я тоже хотела тебя, но ты казался мне таким чужим… весь день с самого утра. Я боялась тебя.

— Но теперь я тебе не чужой?

— Нет. — Она зажмурилась, уже получая удовольствие от прикосновения его рук и в ожидании еще большего наслаждения.

Они лежали рядом. Тишина и покой окутывали их.

— Почему ты так прогневался на меня за мою ложь? Ричард нахмурился:

— Мужчине не нравится, когда любимая женщина водит его за нос.

— А тебя водили за нос твои возлюбленные? — набралась храбрости и спросила Элен.

— Бывало, — неохотно признался он. — Но не скажу, что часто. Вообще любовные игры не по мне, Элен. В них я, можно сказать, новичок. Я не был ни в кого влюблен раньше, да и избегал этого чувства. Мне казалось, что, влюбившись, я буду выглядеть глупо. И с тобой мы, наверное, не поладили потому, что я с самого начала взял неверный тон. Я говорю об этом сейчас в надежде, что ты извинишь меня за прошлые ошибки.

Элен по достоинству оценила его великодушие. Она угрожала его жизни, обманывала, унижала, а он любит ее, верит ей и исповедуется в том, что другой мужчина предпочел бы утаить.

— Прости и меня, Ричард, за мою ложь. Я хочу быть тебе хорошей женой, но все еще слишком многое разделяет нас.

Он продолжал возбуждать ее ласками.

— Я понимаю, любимая, понимаю…

Ричард опрокинул ее на спину, прильнул дразнящим ртом к ее рту, медленно просунул язык меж ее зубов и затеял игру, от которой волны удовольствия захлестывали все ее тело. Руки его нежили ее груди, то слегка сжимали, то отпускали, гладили и щекотали. Он восхищался их совершенной округлостью, и его чувство передалось ей, и она возгордилась своей красотой. Он пробудил в ней желание с легкостью, удивившей ее.

Элен сомкнула руки у него на затылке, потянулась вверх в предчувствии наслаждения, которое ожидало ее.

Ощутив ее пыл, Ричард прибег к иным ласкам. Губы его провели огненную дорожку по ее коже — между холмиками грудей до низа упругого живота и пустились в обратный путь. Он угадывал и находил именно те места, где ее тело жаждало прикосновения.

Пальцы его очертили границу треугольника шелковистых волос между ее бедер, затем туда же устремились его губы. Элен казалось, что вот-вот она лишится остатков разума и чувства реальности, останется лишь желание, кипящее, разрывающее на части каждую клеточку ее существа. Она выгнулась дугой, призывая его к себе и, наверное, устыдилась бы своего порыва, если б осознавала его. Она учащенно дышала и как заклинание произносила его имя и еще какие-то слова, которые невозможно было разобрать.

Лишь только Ричард вознамерился раздвинуть ей ноги, как они сами раскинулись широко в стороны, открывая ему путь к источнику наслаждения.

— Я не сделаю тебе больно, Элен. Теперь тебе будет хорошо, — твердил он, а она, забыв о причиненной им только что боли, стремилась, чтобы он скорее заполнил пустоту внутри ее.

И когда он вошел в нее, Элен вскрикнула, приветствуя его приход. Слияние их тел сулило ей избавление от томящей пустоты и освобождение от призраков прошлого.

26

До ее сознания с трудом дошло, что в дверь стучат. Она заморгала ресницами, но сон сковывал их. Зевнув, Элен повернулась на бок и плотнее прижалась к теплому телу Ричарда. Крепко спящий муж не шевельнулся, и Элен устроилась поудобней под этой защищающей ее от тревог и опасностей могучей рукой. Она собиралась вновь погрузиться в сон, но бодрый голос где-то рядом возвестил:

— Солнце уже высоко. Неужто ты проваляешься в постели весь день? На тебя это не похоже, Ричард.

Элен ощутила пустоту рядом с собой. Супруг ее поспешно покинул свое место. Сквозь слипшиеся ресницы она смутно различила, как на нее надвигается чье-то улыбающееся лицо. Еще мгновение, и она поняла, что ее бесцеремонно разглядывает сам король Англии Эдуард.

Судорожно она потянула на себя простыню и прикрыла обнаженную грудь. Ричард потер заспанные глаза и загородил собой Элен, давая ей возможность оправиться от смущения.

— Ради всего святого, Эдуард, зачем меня так пугать? Я уж было вообразил, что заснул прямо на поле в разгар битвы и выронил меч.

Эдуард многозначительно указал на постель.

— Ты недалек от правды. Судя по виду этой постели, битва была жестокой и продолжительной. И оружие твое изрядно потрудилось и не подвело тебя. Я так понял, что нет нужды посылать Барнелла в Рим с просьбой об аннулировании брака.

Элен чувствовала, что краснеет. К шуточкам на подобные темы она привыкла. Ее соплеменники даже превосходили англичан в изобретательности и умении позубоскалить по поводу любовных утех. Не предстать перед королем закутанной лишь в тонкую простыню и слушать, как король и ее муж обсуждают события прошедшей ночи, было для нее тяжким испытанием.

А Ричард ухмылялся довольный в это утро собой, своей молодой женой, своим королем и вообще всем на свете.

— Нет, незачем беспокоить барнелла и отрывать папу римского от церковных дел. У нас все в порядке, Ваше Величество. — Он ободряюще взглянул на Элен. — Сказать по правде, а с удовольствием провел бы в спальне весь день напролет. Не думаю, что найдется в королевстве хоть один мужчина, кто меня за это осудит.

— Я тоже из их числа, Ричард. И все же я решил раэбудить тебя. Мой багаж уложен и даже Элеонор уже готова. Оденься и проводи мена.

Ричард торопливо стал натягивать одежду. Элен не знала, как поступать ей. Одеваться в присутствен короля было неудобно, но она очень хотела повидать Элеонор, проститься и высказать ей благодарность за участие в ее судьбе.

— Ваше Величество» — пролепетала Элен, тщетно пытаясь придать своему тону подобающую уважительность. — Неужели вы отбываете прямо сейчас?

Король окинул ее добродушно-лукавым взглядом.

— Вы угадали, милая леди.

— Я бы… хотела увидеться с королевой и поблагодарить ее. Она была так добра ко мне.

— Не то что я… не так ли?

Элен прикусила губу. Она не знала, что ей ответить. Но в его словах она не ощутила злой иронии. Король лишь шутил и явно пребывал в хорошем настроении в это утро.

— Я передам ей вашу благодарность. — произнес король весьма галантно, — а со своей стороны попрошу, мадам, не держать на мена зла, если я сделал вам что-то плохое.

То плохое, что сделал король, осталось в прошлом. Ей не хотелось, хотя бы сегодня, после ночи любви и нежности, вспоминать об ужасах английского нашествия.

Эдуард соединил их с Ричардом, и каков бы ни крылся за этим поступком умысел, но король оделил их обоих радостью…