Валери Шервуд - Песня ветра

– Не сомневаюсь, что вы привыкли к комплиментам.

Видимо, он так и не поверил ее рассказу и его мучит неудовлетворенное любопытство… Своей подозрительностью этот человек, вероятно, обязан таким женщинам, как герцогиня Лорка.

Воспоминание о герцогине укрепило ее слабеющую решимость. Она лукаво взглянула на него из-под ресниц.

– Возможно…

За трапезой англичанин украдкой наблюдал за Каролиной.

На завтрак им подали яйца и аппетитные горячие пирожки. Этот пират, выходя в море, захватил с собой вилки. Может, он взял и своего повара? В центре стояла потускневшая серебряная чаша с апельсинами, бананами и гранатами. «Несомненно, еще один дар герцогини Лорки», – гневно подумала Каролина. Судя по всему, вазу ценили так же мало, как и саму герцогиню.

«И все же ни на что нельзя полагаться, – решила Каролина, взяв спелый гранат. – Чтобы расстроить козни герцогини, мне следует найти способ привязать англичанина к себе».

– Странно, что вы, не будучи моряком, занялись пиратством, – заметила она.

– Я лишь согласился на то, что предложили. Будь у меня другое, даже менее выгодное предложение, но связанное с пребыванием на суше, я принял бы его.

– Еще бы, – рассмеялась она. – Не представляю себе, как вы проводили долгое время в плавании, питаясь корабельными сухарями. Полагаю, вы очень спешили добраться скорее до Азорских островов, дабы внести разнообразие в свой рацион.

– Верно. – Он искренне улыбнулся и лениво развалился в кресле. – Я приплыл на Азоры на полных парусах, а затем долго курсировал вокруг островов в поисках легкой добычи.

– Тут-то вам и подвернулась «Верная Мэри», – с горечью заметила Каролина.

– Это осчастливило меня. – Он поднял кружку с вином. – Пью за ваши ресницы, дорогая леди.

– Еще слишком рано пить за ресницы. – Она с вызовом взглянула на него.

На лице его не было и тени усталости. Из-за жары англичанин снял атласный камзол и завтракал в сорочке и панталонах. Кружевная сорочка, безукоризненно чистая и хорошо отутюженная, навела Каролину на мысль, что на одном из островов какая-то женщина стирает ему белье, а возможно, и делит с ним ложе.

Эту мысль она высказала вслух.

– Насчет белья, вы правы, что же касается другого – ошибаетесь. Португальцы бдительно охраняют своих женщин. Они заставляют их носить черные плащи с капюшонами, из-под которых видны лишь сверкающие глаза и лишь иногда улыбающиеся обветренные лица.

– Я бы не смогла жить на Азорах, – поморщилась Каролина, представив себя закутанной в черный плащ с капюшоном.

– О, я уверен, что под этой одеждой скрывается немало красоток. – Он дерзко улыбнулся. – Полагаете, мне следует поискать их под капюшонами?

– Пожалуй, не стоит.

– Думаю, что вы из тех женщин, которые ревностно берегут то, что им принадлежит. – Капитан пристально вглядывался в Каролину.

«Вероятно, прежде такой я и была, но, кажется, меняюсь…»

– С тех пор как я проснулась, корабль ни разу не остановился, – заметила она. – Куда мы направляемся?

– К Пику, одному из Азорских островов.

Каролина категорически не желала ложиться с ним в постель, поэтому, едва он положил салфетку, сказала, что мечтает подышать воздухом.

Выйдя на палубу в сопровождении англичанина, Каролина увидела за кормой паруса «Верной Мэри». Казалось, пассажиры целого и невредимого торгового судна спустились вниз и вот-вот поднимутся на палубу. Глядя на «Верную Мэри», Каролина испытывала странное чувство, будто пираты вовсе не грабили ее, а экипаж и пассажиров не высадили в лодки. Словно и не произошло ничего дурного. Сейчас она протрет глаза и увидит проснувшуюся Ребу и бормочущую миссис Уэдлоу на судне, полным ходом идущем на Бермуды. Она удивленно взглянула на своего спутника.

– Значит, вы не потопили «Верную Мэри»! А я думала…

– Вы думали, что я поджег и утопил судно. – Он нахмурился. – Это хороший корабль. И за него можно выручить неплохие деньги.

– Вы хотите посадить на него своих людей и продать его в Тортуге одному из скупщиков захваченных кораблей?

Англичанин бросил на нее пытливый взгляд. Эта мысль посетила его уже давно, потому он и не сжег добротное купеческое судно. Но на Тортуге, где все знали Келлза, он опасался показываться. Это создавало серьезные трудности.

Каролина угадала, что смущает англичанина. Изобразив оживление, она обратилась к юнге, проходившему мимо них:

– Ты можешь выбросить свой парик и платье. – Каролина рассмеялась, заметив, что темноволосый юноша вздрогнул и залился румянцем.

– Леди хочет сказать, что теперь у нас есть Серебряная Русалка, – пояснил ему капитан. – Ей известно, кто мы такие.

Рядом, опираясь на поручень, стоял корабельный доктор. Повернувшись, он дерзко осмотрел Каролину с головы до ног. Она почувствовала, что его взгляд словно скользнул под ее платье.

– Сходство, конечно, есть, – заметил он. – Но говорят, что Серебряная Русалка – настоящая леди. Сумеет ли эта девушка вести себя как настоящая леди?

– Придержи язык, Эйтс, – одернул его капитан, и доктору пришлось подчиниться. – Эта леди под моей защитой.

Пожав плечами, Эйтс отвернулся. Каролина чуть вздрогнула. Она совершенно одна на этом корабле и ведет опасную игру, стоит лишь оступиться – и никто уже не спасет ее.

Англичанин заметил настороженность Каролины.

– Не обращайте внимания на Эйтса, – успокоил он девушку. – Нам нужен был корабельный лекарь, а он способен оказать помощь при несчастном случае.

– Пусть держится подальше от меня, – шепнула она. – Мне не нравится его взгляд.

– Мне тоже не нравится… – Капитан схватился за поручень, а другой рукой поддержал Каролину, ибо корабль резко накренился. – Надеюсь, штурвальный знает свое дело. У него были хорошие рекомендации, но я искал такого, кто умеет держать язык за зубами, и считал все прочее второстепенным. Свое дело он знает, но в этих водах шутить не приходится, всякое бывает.

Каролина взглянула на «Верную Мэри». Судно следовало за ними в кильватере, управляемое небольшой командой.

– Почему вы не оставили капитана Доулиша командовать судном? – спросила она. – Он опытный моряк. И в этих водах чувствовал бы себя уверенно.

Англичанин поднял брови:

– Но ведь тогда он и знал бы слишком много и, чтобы избежать разоблачения, мне пришлось бы убрать его.

Каролина вздрогнула.

– Дорогая леди, я пошутил. Мне пока никого не приходилось убивать. Все это для меня лишь игра, и ставка весьма высокая.

Однако его серые глаза утратили прежнюю живость, и он уже не казался веселым искателем приключений.

– Но ведь я тоже буду знать слишком много, – заметила девушка.