Валери Шервуд - Песня ветра

Искатель приключений вообразил обнаженную русалку в волнах, представил себе округлые бедра и стройные ноги, и сердце его дрогнуло.

– Я прикажу кораблю отойти за мыс. Баркас доставит нас на берег, там соорудят шатер, мы же возьмем с собой провизию и, если угодно, проведем там всю ночь.

– Великолепно! – обрадовалась она. – Я должна сказать вам кое-что, не предназначающееся для чужих ушей.

Англичанин слышал много подобных признаний из женских уст, и «коечто, не предназначающееся для чужих ушей», обычно означало любовные излияния, мольбы о вечной верности. На сей раз он с удовольствием выслушал бы нечто подобное.

– Надеюсь, это не помешает предстоящей встрече с герцогиней? – осведомилась Каролина.

– Встреча состоится не раньше чем через неделю. – Англичанин усмехнулся. – Она должна была дождаться, пока из Испании доставят выкуп. К тому же… герцогиня всегда опаздывает.

Что ж, за неделю она успеет завоевать его сердце, да так, что он вовсе забудет герцогиню. Все распоряжения капитана были выполнены. Его и Каролину посадили на баркас и отвезли к унылому черному песчаному пляжу, окаймленному скалами. Чуть выше, на склонах грозно нависшей над ними горы, все же угадывались признаки жизни. Кое-где зеленели блестящие листья гранатовых деревьев. Возможно, со временем этот остров станет таким же прекрасным, как и другие Азорские острова…

Воткнув в землю столбы и натянув на них парусину, матросы быстро соорудили шатер – укрытие от палящих лучей солнца, раскалявших песок под ногами.

Разостлав скатерть, юнга выложил фрукты, кружки, бутылки вина и завернутые в салфетки хлеб и сыр. Все это время он исподтишка бросал восхищенные взгляды на Каролину. Его жадный интерес к девушке дал повод для насмешек всей команды.

Наконец баркас отчалил. Прикрывая глаза ладонями, Каролина и англичанин проводили его взглядами.

Побродив по берегу и увидев, что баркас и корабль скрылись за мысом, они быстро разделись и бросились в воду.

В пенных волнах прилива они резвились как дети, ощущая полную беззаботность. На этом первозданном острове они чувствовали себя Адамом и Евой. Прошлое, со всеми его тяготами и заботами, куда-то ушло, о том, что сулит им будущее, они сейчас не думали.

Каролина плавала легко и грациозно. Англичанин, тоже хороший пловец, иногда вырывался вперед и с улыбкой смотрел на свою русалку. Ее волосы напоминали сейчас водоросли, а глаза сверкали на солнце.

Наконец, утомленные, они вернулись на берег и опустились на песок. Оба лежали на спине, ожидая, пока заходящее солнце высушит их. Каролина закрыла глаза, и теперь англичанин свободно наблюдал за ней, все более восхищаясь ее красотой.

Пленительные линии ее молодого тела, легкие женственные движения рук, приглаживающих волосы, пробуждали в нем неистовое желание.

Внезапно ощутив на себе его взгляд, Каролина тоже начала украдкой из-под ресниц наблюдать за ним. Поняв, что он вот-вот утратит власть над собой, девушка, смеясь, вскочила: она вовсе не желала потворствовать его желанию.

– Не поужинать ли нам? – весело предложила Каролина. – Ведь скоро уже стемнеет, а между тем мы забыли взять свечи.

Он не выказал недовольства, хотя предпочел бы предаваться любви с этой восхитительной беззаботной красавицей и до, и после ужина.

– Но сначала надо одеться. – Она исчезла за полотняной стенкой и бросила ему панталоны. Пока англичанин натягивал их, Каролина надела свою легкую сорочку и вернулась к нему.

Заметив его восторженный взгляд, она строго посмотрела на англичанина, словно повторяя: «Сначала надо поужинать».

Окутанные сумерками, они сидели скрестив ноги на песке. Каролина нарезала хлеб и золотистый сыр, а он наполнил кружки вином. Они сильно проголодались, и еда показалась им необыкновенно вкусной. Затем оба, опершись на локти, принялись за фрукты.

Небо уже покрылось звездами.

– Что вы сделаете со своей долей сокровищ? – вскользь спросила она. – После того как продадите ожерелье?

Он лукаво взглянул на нее:

– Прежде всего я выкуплю Холл.

– Холл?

Плененный чарами красавицы, англичанин, видимо, решил произвести на нее впечатление:

– От отца я унаследовал полдюжины больших имений, среди них и Бейсинг-Холл возле Бейсингстоуна. Вскоре я проиграл их все, кроме Холла. Женился на богатой девушке, но промотал и ее деньги.

– А как она относится к вашему замыслу? – полюбопытствовала Каролина, удивленная тем, что он женат.

– Будь она жива, вряд ли одобрила бы его, – вздохнул он. – Но увы, моя жена умерла… А вот я собираюсь спасти Холл.

– Странно, что вы не женились на другой богатой наследнице.

Он пожал плечами:

– А я и собирался, но мне показалось, что моя избранница не очень-то ладит со своими родителями. Между тем, как вы понимаете, человек в моем положении должен быть абсолютно уверен, что получит хорошее приданое. Ошибка оказалась бы роковой.

При свете тонкого лунного серпа Каролина устало взглянула на него:

– И тут подвернулась герцогиня Лорка со своим соблазнительным предложением. И вы приняли его.

– Да, хотя и не сразу. Я не моряк, и мне не по душе заниматься пиратством.

– Я сразу это поняла…

«К тому же вы явно не годитесь для этого занятия, – могла бы прибавить она. – Ибо позволили себе высадиться на пустынном берегу и отослали за мыс и баркас, и корабль. Келлз никогда бы так не поступил».

– Это нетрудно понять. – Он подвинулся к ней, и его глаза блеснули.

– Келлз. – Она неохотно вымолвила это единственное названное им имя. Он хотел опустить ее на черный песок рядом с собой, но Каролина оттолкнула его. – Я не хочу называть вас Келлзом, когда мы одни. Каково ваше настоящее имя?

– Вы не знаете его. – Англичанин поднялся, серебристый свет месяца освещал его. – Позвольте представиться. – Он поклонился. – Я Робин Тирелл, маркиз Солтенхэм.

Каролина онемела от изумления. Так вот кто он! Маркиз Ребы!

Этот беспутный обаятельный человек, только что поклонившийся ей, – тот, кто обвенчался с Ребой на Флит-стрит и покинул ее в переулке Висящей шпаги. Покинул Ребу, как, кстати, и Келлз ее самое, ради очаровательной герцогини Лорки.

Он встревожился:

– Надеюсь, мой титул не испугал вас, миледи? Только тут Каролина опомнилась.

– Ваш титул не испугал меня. Однако… я слышала ваше имя еще в Лондоне.

Он рассмеялся.

– Вероятно, вам рассказывали о моем беспутстве?

– Возможно. – Каролина решила собраться с мыслями. Какая разница, кто он, важно одно – Робин все еще любовник герцогини Лорки. Та отняла его у Ребы точно так же, как похитила у нее Келлза. Реба, убеждала себя, Каролина, обрадовалась бы поражению герцогини. В сущности, она мстит и за Ребу.