Джейн Киддер - Поцелуй страсти

— Что же произошло потом?

Седрик с достоинством расправил плечи и оглядел огромный пустынный холл.

— Надеюсь, сэр, вы отдаете себе отчет, что после того как мне предложили удалиться, я считал себя не вправе докучать миледи и ее гостю…

— Хватит молоть чушь, Седрик! — вскричал Майлз, донельзя раздраженный таким лицемерием. — Все в доме знают, что ты вот уже сорок лет прячешься в укромных местах и подслушиваешь, о чем говорят хозяева! Ну да речь не о том. Мне надо знать, что этот самый Джордж сказал Виктории!

Седрик напустил на себя вид оскорбленной невинности, но все же заговорил:

— Видите ли, сэр, помимо собственной воли, краем уха мне удалось кое-что услышать, но сразу предупреждаю, слышал я немного…

— Ясное дело, ты почти ничего не слышал, но продолжай, прошу тебя, — нетерпеливо бросил Майлз. — Уверен, что самое главное ты не упустил…

— Гм… я слышал, например, как этот самый Джордж сообщил миледи о похищении Кингз Рэнсома.

— Что такое?!

— Да, сэр, так оно и было: он сказал, что кто-то украл Кингз Рэнсома.

Лицо Майлза стало белее того полотна, из которого Виктория шила ему рубашку.

— Ты уверен?

Седрик утвердительно кивнул.

— Абсолютно, сэр. Правда, я не сказал бы, что эта новость чрезмерно опечалила миссис Уэлсли. Она сказала Джорджу, что догадывается, кто это сделал, и вернет лошадь в ближайшее же время.

Глаза Майлза потемнели от гнева.

— Значит, ты, Седрик, все это слышал и даже не попытался поставить меня в известность?

Дворецкий постарался с честью выйти из создавшегося положения. Состроив покаянную мину, он промямлил:

— Все случилось так быстро, сэр… Не прошло и четверти часа, как этот пресловутый Джордж и миссис Уэлсли уехали.

— Ладно, забудем на время о твоих прегрешениях, Седрик. Скажи лучше, когда они уехали?

— Час назад — или около того.

— Понятно… — мрачно кивнул Майлз. — Беги, Седрик, на конюшню и вели Сэмюэлю оседлать для меня Саммер Сторм.

— Бежать, сэр? Мне? — Брови Седрика изумленно взметнулись вверх.

— Тебе, черт возьми, кому же еще?

Седрик хотел было в ответ возмутиться таким невероятным распоряжением, но, глянув на мрачное лицо Уэлсли-младшего, передумал. Распахнув парадную дверь, он старческой рысью затрусил к конюшне — причем с невиданной для своего возраста и положения прытью.

Майлз, прыгая через две ступеньки, взлетел по лестнице на второй этаж и, словно буря, ворвался в библиотеку. Обнаружив там склонившегося над номером «Лондон тайме» отца, молодой человек воскликнул:

— Отвлекись от чтения, отец! Мне нужна твоя помощь.

Джеймс Уэлсли отложил газету и поднял глаза на Майлза.

— Ну, что там у тебя еще стряслось? — осведомился он, невольно забеспокоившись при виде сына.

Майлз постарался взять себя в руки, чтобы более менее внятно сообщить отцу о случившемся. Сделав глубокий вдох, он начал:

— Судя по всему, Хэррисон Гилфорд украл Кингз Рэнсома, а Виктория поехала к нему домой, чтобы уговорить Хэррисона вернуть лошадь.

Джеймс подскочил из кресла как ужаленный.

— Ты шутишь, черт возьми!

— Скажи, отец, разве я сейчас похож на шутника?

— Пожалуй, не похож, извини, — пробормотал Джеймс. — Но что, однако, ты собираешься делать? Ехать к Гилфорду?

— Именно. Я отправил Седрика на конюшню с приказом оседлать коня. Очень надеюсь, что с Викторией ничего не случилось. Пока…

— Пока тебе надо успокоиться, — сказал Джеймс. — Кстати, какая помощь тебе требуется от меня? Хочешь, чтобы я обратился к властям?

— Хочу. Скажи, чтобы представители закона тоже ехали к Гилфорду — и как можно скорее.

— В таком случае я уже в пути, — произнес Джеймс, устремляясь к лестнице и даже обгоняя Майлза.

Когда мужчины выбежали из дома, Джеймс Уэлсли сбавил обороты, подождал сына, который отставал от него на пару шагов, и, положив ему на плечо руку, сказал:

— Только не делай глупостей, Майлз. Просто забери оттуда Викторию — вот и все. В том, разумеется, случае, если она и вправду у Гилфорда. В остальном положись на представителей закона.

— Она там, у Гилфлорда, я уверен! — воскликнул Майлз. — Это в ее духе — решать все проблемы самостоятельно. Кстати, отец, хочу сказать тебе вот что. Если этот ублюдок Гилфорд хоть пальцем дотронется до Виктории — я убью его голыми руками, и плевать мне на всех в мире представителей закона!

— Майлз! — воскликнул Джеймс, хватая за рукав разъяренного сына. — Ты сейчас говоришь как самый настоящий болван! Заруби себе на носу — Хэррисон Гилфорд не причинит Виктории никакого вреда, а стало быть, тебе никого не придется убивать. Увези из дома Гилфорда Викторию, а потом приеду я и улажу дело с кражей лошади.

— Хорошо, считай, что ты меня уговорил, — кивнул Майлз. — А теперь отпусти меня. Мне давно уже пора ехать.

Джеймс выпустил рукав сына и, когда тот что было силы припустил к конюшне, крикнул ему вслед:

— Не поддавайся порывам, мой мальчик! Работай головой…

«Хорошо уже одно то, — сказал себе Джеймс, торопливо шагая к конюшням, — что Майлз — самый рассудительный из всех моих сыновей. Если бы что-либо подобное случилось с Джефри, с его-то тяжелым нравом и увесистыми кулаками, Гилфорд вряд ли бы дожил до приезда представителей власти».

Майлз во весь опор скакал через поля, словно за ним гнались сам дьявол и его присные.

— Черт бы побрал эту женщину! — бормотал он себе под нос. — Вот привезу домой — и клянусь, прикую цепью к ее же собственной кровати!

Слева от него тянулись земельные угодья Пембро-ков, а еще через несколько минут предстал и сам старый дом. Миг поколебавшись, Майлз повернул на подъездную аллею и что есть мочи погнал к конюшням. Поравнявшись с каменным приземистым строением, он придержал лошадь и крикнул:

— Эй, Джордж, чтоб тебя! А ну выходи!

Старого конюха не пришлось звать дважды. Он вышел из ворот и, увидев Майлза, просиял.

— Слава создателю! Наконец-то вы здесь, сэр!

— Где моя жена? — вместо приветствия гаркнул Майлз.

— Не знаю точно.

— Что значит — «не знаю точно»? Это ведь ты прискакал с дурной вестью сегодня в манор Уэлсли?

— Да, сэр, весть о похищении Кингз Рэнсома привез я.

— И?..

— И леди сказала, что знает, кто украл жеребца. Она сказала также, что сама разберется с этим делом. Я предложил ей поехать вместе, но она отказалась. Когда же я заметил, что было бы неплохо известить вас, она велела мне не болтать попусту — Пемброк, мол, по ее словам, ее забота. Потом она велела мне ехать домой, что я и сделал. Надеюсь, я поступил как должно?

Бешеный взгляд Майлза ясно говорил, что Джордж, наоборот, поступил вовсе не так, как следовало. Впрочем, у молодого человека не было времени выговаривать старику, поэтому он сразу же спросил: