Джейн Киддер - Поцелуй страсти

— И правильно сделал, — сказала Виктория, с отсутствующим видом потрепав старика по плечу. — Не нужно подключать к поискам власти. Пока. Вдруг мы обойдемся собственными силами?

Джордж поник головой, и в его глазах блеснули слезы.

— Никак не могу опомниться после этого ужаса, миледи. Ведь за конюшню отвечаю я. Может, если бы в ту ночь я не спал так крепко…

— Глупости, — строго сказала Виктория. — Это не твоя вина. Ты, в конце концов, не сторож. Не можешь же ты по ночам не спать? Да и что еще, спрашивается, делать ночью?

— В таком случае, миледи, скажите, как вы собираетесь поступить? Обратитесь к властям или расскажете обо всем мужу, чтобы он помог вам разобраться в этом деле?

— Ни то ни другое, — отрезала Виктория. — Это дело касается Пемброка, и разбираться буду я сама.

Джордж, терзая заскорузлыми руками свою злосчастную шляпу, пробормотал:

— Прошу простить меня за дерзость, миледи, но сдается мне, вам не стоит браться за это в одиночку. Дело-то может оказаться опасным. Конокрады, по большей части, народ жестокий.

— Чепуха! — возразила Виктория, не желая даже думать о возможной опасности. — Мне кажется, я знаю, кто украл Кингз Рэнсома, и не думаю, что у меня возникнут проблемы, когда я потребую его назад.

Глаза Джорджа округлились от изумления.

— Вы догадываетесь, кто украл Кингз Рэнсома? Намекаете, стало быть, что это человек, которого все мы знаем?

Виктория тяжело вздохнула.

— Боюсь, что так, но, если мне удастся урезонить этого человека, Кингз Рэнсом уже к полудню снова будет стоять в конюшне… а потому нет смысла беспокоить по этому поводу мистера Уэлсли или представителей закона.

Джордж одарил хозяйку недоверчивым взглядом, но, памятуя о ее легендарном упрямстве, вступать в пререкания все-таки не решился.

— Как скажете, миледи. Могу я вам чем-нибудь помочь?

Виктория задумалась. Она уже не сомневалась, что коня похитил Хэррисон, и решила, что в момент объяснения с Гилфордом было бы совсем неплохо иметь поблизости верного человека. Кроме того, если она убедит Хэррисона в бессмысленности затеянного им предприятия и тот вернет лошадь, Джордж и доставит Кингз Рэнсома домой.

Однако же, если они вместе поедут к Хэррисону, у Джорджа не будет ни малейших сомнений в том, кто именно похитил лошадь, и он может рассказать обо всем Майлзу, а Виктории меньше всего на свете хотелось, чтобы ее муж узнал о глупейшей выходке Хэррисона. Она отлично знала вспыльчивый характер Майлза и не сомневалась, что ее супруг отнюдь не питает к Гилфорду добрых чувств. Все это непременно привело бы к серьезной стычке между Майлзом и Гилфордом, причем с самыми непредсказуемыми последствиями.

— Нет, Джордж, — негромко произнесла она, окончательно решив, что разговаривать с Гилфордом ей придется с глазу на глаз. — Как уже было сказано, я все беру на себя. Ты же возвращайся в Пемброк и держи рот на замке, пока я сама все не улажу.

Мрачный вид старого конюха ясно говорил, что такой оборот его не устраивает и молчит он лишь потому, что не смеет возражать хозяйке.

— Что ж, поступайте, как сочтете нужным, миледи, — недовольно сказал конюх. — Если уж вы уверены в собственной безопасности.

— Уверена, — торопливо заверила Виктория, тронутая таким беспокойством. — Вот увидишь, еще до темноты все уладится.

Джордж кивнул, вышел во двор и, взобравшись на дряхлого мерина, уехал.

Виктория с улыбкой на устах наблюдала за его отъездом. Впрочем, как только мерин Джорджа скрылся за поворотом, улыбка эта растаяла бесследно. Женщина решительным шагом направилась к конюшне, собираясь ясь съездить к Хэррисону домой, чтобы поговорить с ним начистоту. На этот раз она хотела в самых недвусмысленных выражениях втолковать Хэррисону, чтобы он прекратил глупить.

Настало время положить конец его дерзким нелепым выходкам.

31

— Мама, ты не знаешь случайно, где Виктория?

Мери Уэлсли подняла глаза от вышивания, которым занималась с самого утра, и покачала головой.

— Нет, дорогой, не знаю. Мы с ней собирались вышивать вместе, но я сижу здесь вот уже битый час, а она так и не объявилась.

Мери указала на груду тонкого полотна, лежавшего на столе, и добавила:

— Тем не менее я уверена, что Виктория здесь была — еще до того, как сюда пришла я. Видишь? Это выкройки рубашки, которую она хотела сшить тебе в подарок и украсить вышивкой.

Майлз нахмурился.

— Все это очень странно. Отец тоже ее не видел — с самого завтрака. Прямо ума не приложу, куда она подевалась…

— Может, что-нибудь случилось и ей пришлось срочно уехать? — предположила Мери. — Поскольку ее рукоделие все еще здесь, можно надеяться, что она скоро вернется.

С минуту Майлз разглядывал вышивку на предназначенной ему в подарок рубашке, затем повернулся на каблуках и торопливой походкой вышел из гостиной. Заприметив в холле дворецкого, он быстро спросил:

— Седрик, ты видел мою жену?

— С тех пор, как за ней явился странного вида незнакомец, я ее не видел, сэр.

Майлз с тревогой посмотрел на дворецкого.

— «Странного вида незнакомец»? Это кто еще такой?

— Сегодня утром в дом явился некий старик и сказал, что он из Пемброка и хочет переговорить с леди Викторией. По мне, на джентльмена он был мало похож — скорее уж какой-то бродяга. Не припомню, когда мне еще доводилось видеть более древнюю шляпу, нежели та, что была у него в руках.

Пока Седрик пренебрежительно расписывал внешность гостя, Майлз нетерпеливо кусал губы. Наконец он не выдержал:

— Да наплевать мне, как этот человек выглядел! Мне важно знать, кто он такой. Он назвал свое имя, Седрик?

— Да, сэр. Он сказал, что его зовут Джордж. Должен вам заметить, сэр, что, несмотря на свой весьма потрепанный костюм, он имел смелость разговаривать с вашей супругой в чрезвычайно вольной манере.

— Джордж… — пробормотал Майлз. — Должно быть, это старый конюх Пемброков… Как по-твоему, Седрик, леди Виктория его знает?

— Думаю, знает, сэр. Во всяком случае, она приветствовала его как старого знакомого. Перекинувшись с ним парой слов, она вдруг предложила мне удалиться. Очевидно, ей требовалось поговорить с этим оборванцем конфиденциально.

— Конфиденциально? — Майлз нахмурился еще сильнее. Какие это дела мог с глазу на глаз обсуждать старый конюх с его женой?

— Что же произошло потом?

Седрик с достоинством расправил плечи и оглядел огромный пустынный холл.

— Надеюсь, сэр, вы отдаете себе отчет, что после того как мне предложили удалиться, я считал себя не вправе докучать миледи и ее гостю…

— Хватит молоть чушь, Седрик! — вскричал Майлз, донельзя раздраженный таким лицемерием. — Все в доме знают, что ты вот уже сорок лет прячешься в укромных местах и подслушиваешь, о чем говорят хозяева! Ну да речь не о том. Мне надо знать, что этот самый Джордж сказал Виктории!