Сьюзен Кинг - Пророчество Черной Исабель

– Джейми… – шепнул любимый голос. Казалось, он тоже принадлежит той благодатной темноте, в которой он плыл… если бы не прикосновение мокрой тряпки. – Джейми, очнись.

– Ишабель… – прошепелявил он, с трудом разлепив разбитый рот, и резкая боль окончательно вернула его к действительности.

– Да, это я. – Она рассмеялась, потом всхлипнула и поцеловала его в губы. Боль на миг стихла, но тут же вернулась. Линдсей открыл глаза и совсем рядом увидел свою возлюбленную.

На ее черные кудри падал серебряный отсвет от окна, прекрасные глаза блестели, как два опала, в них стояли слезы.

– Слава господу, ты очнулся, – прошептала она.

– Не волнуйся, мне уже лучше, – солгал Линдсей и, зазвенев цепями, вновь привалился спиной к стене.

Исабель поднесла к его рту чашку с водой, он отпил, и ему стало немного легче.

– О Джейми, я тебя люблю… – прошептала она и снова всхлипнула.

– Я тоже люблю тебя, – отозвался Линдсей, радуясь, что может наконец сказать ей эти заветные, выстраданные слова. На душе у него стало легко-легко, как после молитвы. – Милая, родная моя Ишабель… – добавил он с нежностью, надеясь, что она опять рассмеется и больше не будет плакать.

Просветлев лицом, девушка прильнула к нему. От нее исходил запах цветов и солнца, райский аромат в зловонном аду подземелья. Линдсей потянулся, чтобы ее обнять, как вдруг встревоженный женский голос произнес:

– Исабель, поторопитесь, нам пора уходить.

Отодвинувшись, девушка кивнула кому-то через плечо, потом снова повернулась к возлюбленному и легонько, чтобы не сделать больно, коснулась его губ, подбородка и лба, пригладила взлохмаченные волосы.

– Джейми, я должна тебе рассказать, – начала она. – Твой сокол….

– Знаю, мы его потеряли, – перебил Линдсей, вспомнив, что птица улетела. Он не хотел, чтобы Исабель лишний раз переживала потерю, хотя сам о ней глубоко сожалел: на воле Гэвин мог погибнуть.

– Нет, не потеряли, – покачала она головой. – Он вернулся и сейчас у меня.

– Хорошо… – облегченно вздохнул Линдсей и, звякнув цепью, погладил возлюбленную по мокрой от слез щеке. Исабель затрепетала от счастья. – Позаботься о нем как следует. И о себе тоже.

– Доченька! – позвал из своего угла сэр Джон.

– Подожди, я еще раз поговорю с отцом и вернусь, – проговорила девушка. – Помнишь, у меня было видение, что папа в тюрьме? Все так и вышло.

Джеймс коротко кивнул. Воспоминание о проведенных с Исабель днях, ощущение, что она рядом, подействовали на него живительно, как глоток свежего воздуха. Сознание становилось все яснее, головная боль стихала.

Бросив нежный взгляд на любимого, девушка двинулась к отцу; ее подол скользнул Линдсею по руке, и Джеймс на миг сжал его пальцами, словно хотел удержать.

В следующую минуту возле него опустилась на колени другая женщина, одетая в пышное красно-коричневое платье.

– Мэгги… – радостно пробормотал он, щуря на нее здоровый глаз. – Слава богу, ты жива и здорова!

Она поцеловала его в лоб и сказала, улыбаясь сквозь слезы:

– Какое счастье, что ты очнулся, Джейми, а то, когда тебя втащили во двор, ты был как мертвый. Нам с Исабель скоро придется уйти, стражники боятся сэра Ральфа, еле-еле уговорила их нас пустить. Мы принесли вам поесть, – она показала на сверток у него под рукой.

– Самое главное, ты привела Исабель, а все остальное неважно.

Она скривила рот, глотая слезы, и продолжала:

– Исабель рассказала мне, сколько стараний ты приложил, чтобы меня освободить. Спасибо тебе, Джейми, ты верный друг. И еще она рассказала о вас с ней… – Маргарет посмотрела на Исабель, тихо беседовавшую с сэром Джоном. – Знаешь, она славная… Раз уж тебе не приглянулась я, так и быть, бери Исабель, – добавила она шутливо, хотя в ее глазах сквозила печаль.

– Да я же сам тебе не приглянулся, – в тон ей ответил он, пытаясь улыбнуться разбитым ртом, – а не то я бы на коленях просил твоей руки.

– Так я тебе и поверила, повеса ты этакий! Но, может, оно и к лучшему: характер у меня не мед, мы бы с тобой вечно ссорились. А Исабель девушка кроткая, мягкая… И вообще, тебе нужно гораздо больше, чем могла бы дать я.

– Зато ты полна огня, Мэг, – заметил он. – Второй такой отважной девушки не сыщешь в целом свете.

– Мне очень жаль, Джейми, что ты попал сюда, – вздохнула она. – Я чувствую себя виноватой.

– Ты ни в чем не виновата, милая, – покачал головой Линдсей. – Я давно должен был атаковать Уайлдшоу и силой заставить Лесли тебя отпустить. Вместо этого я придумал дурацкий план…

– Джейми, что ты говоришь? – всплеснула руками Маргарет. – В Уайлдшоу больше двух сотен солдат, а вас – раз-два и обчелся. Где уж тут атаковать! Ты правильно все рассчитал, и твой план наверняка бы удался, если бы не бесчестная уловка сэра Ральфа. И знаешь, – она заговорщически наклонилась к нему, – Исабель сказала, что никогда в жизни не покинула бы тебя, если бы ты сам не настоял. Она хочет быть с тобой.

Он на мгновение прикрыл глаза, как от боли, и покачал головой:

– Господи, когда дело касалось ее, все, буквально все шло не так, как я задумал. Пойми, я забочусь только об одном: о вашем с Исабель благополучии. – У него опять пересохли и нестерпимо заныли губы, но он продолжал: – Ты должна вернуться к родне, а Исабель надо найти покровителя, который сможет ее защитить.

– Ее место рядом с тобой, – решительно сказала Мэг.

– Нет, со мной Исабель не будет в безопасности. Я-то надеялся, что Лесли, хоть и негодяй, даст ей возможность жить в мире и покое, но я ошибся!

– Да уж, – Маргарет намочила в деревянном ведре тряпку и обтерла ему лицо. – Когда же ты, великий умник, научишься слушать свое сердце? Лучший для нее защитник – тот, кто ее любит.

– Она стремилась к спокойной жизни, – хмуро ответил Джеймс, – хотела иметь дом, надежное убежище. Разве лесной разбойник может ей все это дать?

– Прежде всего ей нужен ты.

– Я преступник, изгой…

– Ты просто законченный болван, – Мэг легонько шлепнула его тряпкой по лбу.

Звякнув кандалами, Джеймс рукой поймал тряпку и сердито буркнул:

– Вот вечно ты так, сразу лезешь в драку! Сколько можно повторять: я отказался от Исабель ради ее же блага!

– А какое ты имел право решать за нее? – взвилась Маргарет. – Пусть ты заботился о ее благе, хотел, чтобы ее бесценный дар служил людям. Но чего уж проще – дать самой Исабель распорядиться своей судьбой? Нет, ты все уже решил! И я скажу, почему ты так поступил… – Она набрала в грудь воздуха, собираясь, по обыкновению, разразиться обличительной тирадой, и Линдсей испуганно покосился на Исабель с сэром Джоном: они прервали разговор и повернулись к Маргарет.