Сьюзен Кинг - Пророчество Черной Исабель

– Понимаю, – кивнула она. – Но здесь, в нашем маленьком раю, мы с тобой всегда можем спрятаться от наших горестей.

– Да, любимая, – ответил он, притягивая ее к себе, чтобы раствориться в ней и плотью, и душой, – покой там, где ты…

Реквием

Высокий широкоплечий человек в плаще паломника пересек небольшой двор у северной стены монастырской церкви, подошел к одиноко росшему там боярышнику и, не обращая внимания на мелкий косой дождик, стянул с головы капюшон. Из открытых дверей церкви потекли умиротворяющие звуки хорала, которым монахи приветствовали новый день.

Несколько человек застыли в тени арочного входа, наблюдая за паломником. Он их прекрасно знал, это были его друзья, доверием и поддержкой которых он очень дорожил.

Но они остались у церкви: то, ради чего они все пришли, он должен был сделать один.

Под боярышником, на заросшем травой холмике стоял простой деревянный ящик. Джеймс опустился перед ним на колени, опустил голову и стал тихо читать заупокойные молитвы.

В ящике лежало то, что некогда было блистательным, отважным человеком, его кумиром и другом. Дождь тихо стучал по деревянной крышке. Джеймс протянул руку и смахнул с нее влагу.

В поисках скорбных останков своего великого вождя Квентин и Патрик объехали четыре города в Шотландии и Северной Англии. Они собрали кости в этот ящик и привезли в Данфермлайнский монастырь, где на протяжении многих столетий находили последний приют короли, святые и вожди Шотландии.

Дочитав молитвы до конца, Джеймс встал с колен, снял холстину, прикрывавшую заранее вырытую могилу, и опустил в нее останки.

Потом он взялся за лопату, закопал могилу и аккуратно заложил перекопанную землю дерном, чтобы никто, кроме посвященных, не знал о новой тайной могиле под боярышником.

Друзья наблюдали за ним издалека, читая вполголоса молитвы в память о покойном. Джеймс был благодарен им за то, что они его поняли.

Прорицательница как-то сказала, что властелин ветров должен покаяться в сердце своем. Что ж, он так и сделал: каждая прочитанная молитва, каждая лопата земли, брошенная в могилу, это дань его любви, признание вины и просьба о прощении.

И все же он остался в долгу перед Уильямом Уоллесом. Может быть, на то, чтобы отдать весь долг, уйдет целая жизнь, а может, и ее не хватит. Но Джеймс по крайней мере сделал первый шаг и теперь мог надеяться, что когда-нибудь простит себя, вновь обретя утраченный душевный покой…

Предав останки земле, он сложил руки перед собой и прошептал:

– Requiem aeternum dona eis, Domine. Requiescat in pace [3], мой дорогой друг…

Потом повернулся и пошел прочь.

Исабель ждала его. В тусклом свете пасмурного утра ее глаза сияли безоглядной любовью, которая не ставит условий и ни о чем не спрашивает, отдавая себя всю без остатка. Эта любовь даровала ему прощение, освободила от тяжкого бремени, чтобы в ответ он мог любить так же безоглядно.

Сокол, сидевший на руке Исабель, заклекотал и перелетел на ветку боярышника, чтобы спрятаться от дождя.

Молодая женщина с улыбкой двинулась к Джеймсу по мокрой траве. Казалось, она не шла, а скользила над землей, не касаясь травы, как волшебница-сильфида или как ангел, каким-то чудом залетевший на землю. Несколько мгновений Джеймс молча смотрел на нее.

А затем протянул навстречу руки.

Примечания

1

1 лига равна 4, 83 км.

2

Прозвище английского короля Эдуарда I.

3

Вечный покой даруй им, Господи. Мир праху твоему (лат.).