Ширли Басби - Вечные влюбленные

Она выпрямилась на постели и в ужасе воззрилась на него.

— О Господи! — выпалила она. — Я снова забыла.

— Что ты снова забыла? — лениво спросил Ник, слишком пресыщенный, чтобы проявлять интерес к ее словам.

— Дневник! — воскликнула Тесc. — Я забыла сказать тебе о дневнике, который нашла за одним из камней камина в моей спальне в доме привратника. Дневник твоего деда!

Тесc рассказала о своей находке мужу, нетерпеливо прерывавшему ее повествование. Когда Тесc закончила, у него исчезли все признаки прежнего удовлетворения. В сущности, он даже обиделся на нее.

— Почему же ты раньше не сказала? — спросил он, еле сдерживаясь. Сев рядом с ней, он взволнованно провел рукой по волосам. — Я понимаю, что ты не сказала об этом внизу, — уже не с таким укором в голосе добавил он, — это было с твоей стороны мудро. Но черт побери! Ты должна была об этом сказать несколько дней назад! — Он бросил на нее сумрачный взгляд и прорычал:

— Ты понимаешь, насколько важной может оказаться эта маленькая книжка? Если, конечно, это и в самом деле дневник моего деда. Черт возьми. Тесc! Ты должна была раньше сказать мне об этом!

— Ну… Боюсь, что меня занимали тогда другие дела, — едко ответила она. — Меня чуть не убили, потом ко мне вернулась память.., я вышла замуж, мы занимались с тобой любовью и все такое прочее…

Его настроение мгновенно изменилось — раздражение исчезло.

Он рассмеялся и, обхватив ее, снова повалил на подушки. Рассыпавшиеся огненные кудри Тесc в очаровательном беспорядке обрамляли ее лицо. Она нерешительно посмотрела на него, он улыбнулся ей в ответ и, откинув прядь ее волос, медленно провел рукой по щеке Тесc.

— Гм-м, ну да. Кажется, я понимаю, такие дела могут отвлечь человека.

— Да, я надеялась, что ты поймешь, если задумаешься об этом хотя бы на минуту, — едва дыша, ответила Тесc. Кожа ее начала покрываться мурашками в ответ на прикосновение ласковой ладони, которая спустилась по спине и начала ласкать ягодицы. С восторгом она почувствовала, что он снова возбуждается, крепко прижимаясь к ее бедрам. И все это от одного только разговора!

— А поскольку, — пробормотал Николаc, едва коснувшись ее губами, — сейчас слишком поздно что-нибудь предпринимать насчет дневника… Я думаю, нам надо заняться чем-то другим до утра… — Он поймал губами ее рот, и Тесc оставила на эту ночь все мысли о дневнике. Без сомнения, о нем забыл и ее в высшей степени мужественный и ненасытный муж.

Однако едва забрезжил рассвет. Ник нежно разбудил Тесc. Она мигала глазами спросонья, удивленная, что он уже одет.

— Расскажи мне еще раз про дневник, дорогая, — мягко попросил он. — Скажи точно, где именно находится этот камень.

— Я пойду с тобой, — пылко заявила Тесc, отбрасывая с глаз волосы и собираясь встать с постели — Сейчас, минутку, только разыщу что надеть.

— Нет. Я не хочу, чтобы ты заходила в дом, пока не пойму, что он безопасен. Я побываю там и вернусь, никто и не заметит, что я уходил.

Тесc поджала губы. Игнорируя его, она набросила шелковое покрывало, лежавшее поперек перины, и прошла в гардеробную. Ник следовал за ней с помрачневшим лицом. Она вылила немного воды из фарфорового кувшина и умылась. Потом почистила зубы и после этого принялась причесывать волосы, а Ник стоял и наблюдал за нею со все растущим нетерпением.

— Ты не пойдешь со мной! — угрюмо буркнул он, когда она начала надевать бледно-желтое полосатое муслиновое платье с широкой юбкой.

— Нет, пойду, — уверенно ответила ему жена. — Я не скажу тебе, где камень. Однако, — ласково добавила она, затягивая волосы на затылке лентой, — если ты хочешь провести несколько бесплодных часов, пытаясь снять с камина полку, — то пожалуйста, это меня устраивает.

— Тебя никто никогда не бил в детстве? — угрожающе спросил он.

Тесc весело улыбнулась и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала его в подбородок.

— Конечно, нет. Они думали, что это может погубить мою нежную душу. — Не обращая внимания на его мрачную мину, она набросила на плечи тонкую шерстяную накидку и сказала:

— А теперь идем!

Тесc заспешила вниз по лестнице, а за нею следом пошел муж, бормоча себе под нос что-то насчет розог, которые, к сожалению, не коснулись определенной точки пониже спины. Когда они добрались до огромного, выложенного черно-белыми мраморными плитами вестибюля, Тесc вдруг резко остановилась. Бросив на Николаcа скромный взгляд, она сладким голоском предложила:

— Может, ты возьмешь на себя труд указать дорогу в конюшню? Я ведь не знаю, где она находится.

Ник подавил смех, будучи не в силах долго дуться на нее. Сверкая черными глазами, он пробормотал:

— Что ж, я рад, что от меня тоже может быть какая-то польза.

Тесc вспыхнула, внезапно вспомнив о несомненной пользе Ника — его чувственности и страсти. Он с любопытством наблюдал, как румянец заливает ее щеки. И правильно определив причины его, кротко заметил:

— Я имею в виду другую пользу.

Тесc посмотрела в сторону, не в силах выдерживать дразняще-внимательный взгляд его проницательных, все понимающих глаз. Прочистив горло, она прошептала:

— Ну что, пойдем дальше?

Ник еле слышно засмеялся и превозмог желание поддразнивать ее. Он взял ее за руку и сказал:

— Ну конечно. Как мадам будет угодно.

Конюшни представляли собой длинное, с остроконечной крышей строение, которое находилось на некотором расстоянии от главного здания. Судя по его размерам, можно было сказать, что у графа много лошадей. Так оно и оказалось, когда Тесc вошла в строение и мельком увидела просторные стойла, образовывавшие длинный ряд.

Приятный запах сладкого сена, лошадей и кожи опьянил ее.

Их приветствовало тихое ржание; разномастные шелковистые морды — гнедые, черные, — показались над дверями денников. Тесc была очарована.

— О, какие они милые, да? — потихоньку пропела она, подходя к дверцам, чтобы погладить опущенную голову чудной гнедой кобылы.

— Думаю, да, — ответил Николаc, озираясь в поисках конюхов. Совсем недавно рассвело, но он не удивился, увидев заспанного мальчика-конюха, который быстро шел к ним.

— Милорд! — воскликнул озадаченный паренек. — Мы вас не ждали. Позвать главного конюха?

Ник покачал головой и объяснил, что ему нужно. На лице мальчика было неприкрытое любопытство. Он бросился оседлывать пару лошадей.

Тесc же, на которую никто не обращал внимания, с удовольствием ходила вдоль длинных пролетов, останавливаясь, чтобы погладить и пробормотать ласковые слова той или другой лошади. Она дошла почти до половины ряда и вдруг резко остановилась. Потрясенно, не веря своим глазам она уставилась на маленькую лошадь, стоявшую в отдельном стойле. Животное показалось ей очень знакомым. Она подошла поближе и долгим внимательным взглядом оглядела животное. Это была лошадь чистых кровей: у нее была маленькая белая звездочка посередине лба и белая задняя нога. Сердце подскочило в груди у Тесc. Маленький гнедой мерин заволновался: принялся нюхать ее руку и тихонько ржать. Ее подозрения подтвердились — это был Огненный шар, лошадь, на которой она скакала в ту ночь, когда на нее напали контрабандисты!