Кристина Додд - Непокорная невеста

— Может быть, но она прониклась бы таким отвращением ко всему мужскому полу, что даже я не смог бы ее излечить.

Раймонд стукнул лорда Питера по плечу; лорд Питер хлопнул Раймонда по спине и сказал:

— Хорошо, что вы наконец приехали. Все время льет дождь, мы подыхаем от скуки, переиграли уже во все игры, а дождь не кончается и не кончается. — Тут он присмотрелся и спросил: — Кто это там слезает с такого прекрасного коня? Уж не мой ли друг Кейр?

Кейр с серьезным видом ответил:

— Да, это Кейр, да и конь хоть куда.

Лорд Питер быстро подошел к коню и стал осматривать его со всех сторон, а Кейр объяснил:

— Его подарили мне леди Джулиана и Раймонд, но потом коня украли, и я вернул его совсем недавно.

— По-моему, после всех этих приключений конь ничуточки не устал, — заметил лорд Питер.

— Да, он мог бы скакать и дальше. — Кейр потер поясницу. — Да я больше в седле не усижу. Извините, милорд, но я должен устроить своего коня, а заодно проверить, как работает новый кузнец.

Он посмотрел на дочерей Джулианы, стоявших у входа в кузницу.

— Соскучился по девчонкам? — хлопнул его по плечу лорд Питер. — Отлично тебя понимаю. Я всего неделю в разлуке со своими внучками, а уже весь истосковался. Представляю, что они там творят без меня, озорницы.

Кейр с некоторым недоумением спросил:

— А что, если расстаешься с ребенком, начинаешь по нему скучать, да?

Лорд Питер ухмыльнулся:

— Да, обычно так оно и бывает. Однако, когда дети рядом, хочется только одного — побыстрее от них убраться.

Кейр приподнял брови:

— Это довольно нелогично, но мои ощущения сходны с твоими.

— А Уильям и леди Саура не приехали? — с разочарованием спросил Раймонд.

— Саура снова на сносях, и Уильям запретил ей покидать замок. — Лорд Питер подмигнул Раймонду. — Она вертит им как хочет, но, если речь заходит о ее безопасности, тут Уильям непреклонен.

— Надеюсь, что хоть на этот раз мальчик родится.

Лорд Питер пожал плечами:

— Я говорил Сауре, что лучше один мальчик, чем пять девочек, которых она нарожала, но разве она меня послушает?

— Мод тоже осталась дома?

— Конечно, она ни за что не покинет невестку в такое время. — Лорд Питер обратился к Джулиане:

— Кстати, Раймонд забыл меня представить. Я — лорд Питер Берк.

Джулиана не могла сдержать улыбки:

— Я догадалась.

— Что, Раймонд вам обо мне рассказывал? — встревожился лорд Питер. — Не верьте ни единому слову. На самом деле я тихий и славный.

— Ну что вы, — запротестовала Джулиана, — Раймонд говорил о вас лишь самые лестные слова.

Раймонд иронически хмыкнул, и Джулиана поняла, что лорд Питер над ней подшучивал.

— Мне известно, — продолжила она, — что вы — учитель Раймонда. Добро пожаловать в замок Лофтс. Жаль, что я не смогла встретить вас у ворот, как полагается.

Лорд Питер помрачнел:

— Да, получилось не очень-то весело…

Джулиана и Раймонд тревожно переглянулись.

— В чем дело, лорд Питер? Что случилось?

— Не знаю, как и сказать… — Лорд Питер запнулся. — В общем. Бог дал. Бог и взял. Всевышнему, как говорится, виднее…

Он глубоко вздохнул, собираясь с силами.

Раймонд схватил его за плечи:

— Что такое? Шотландцы перешли границу? Нас окончательно вышвырнули из Святой земли? Король Генрих заболел? Да говори же, черт тебя побери!

Лорд Питер сложил руки на груди, расправил плечи и с трудом выговорил:

— Нет, дело не в этом. Но, понимаешь, смерть, она никого не милует…

— Говори же! — прорычал Раймонд.

Лорд Питер взглянул ему прямо в глаза и сказал:

— Твои родители погибли.

Джулиана ахнула, схватилась за сердце, но Рай-монд не произнес ни слова.

Джулиана понимала его состояние. Раймонд никогда не любил своих родителей, и горестная весть должна была произвести на него сложное, противоречивое впечатление. Лицо его осталось каменным, и невозможно было догадаться, что он чувствует и думает в эту минуту.

— Мои родители умерли? — медленно переспросил он. — Как это произошло?

— Зимой опасно переправляться через пролив. Обломки их корабля выкинуло на берег. Об этом сообщили рыбаки…

— Значит, их корабль утонул? — Раймонд отбросил со лба прядь волос и сказал Джулиане: — Как это странно. Родители занимали важное место в моей жизни. Они мучили меня, вертели мной, злили меня, иногда доводили до неистовства. Я ненавидел их всей душой, но Джулиана помогла мне понять, что в жизни есть вещи пострашнее, чем нелюбовь родителей.

— Правда? — удивилась Джулиана.

— А как же. Еще хуже любить отца, который слаб, ненадежен и может подвести в трудную минуту. Лучше не любить родителей, чем быть ими преданным. — Он тяжело вздохнул и потер озябшие ладони. — Стало быть, мои родители покинули сей мир. Я больше не испытываю к ним ненависти. Но и горя тоже не чувствую. Мне просто жаль их.

Он осмотрел двор, взглянул на Марджери и Эллу, болтавших о чем-то с Кейром и Хью. Потом обвел взглядом окрестные поля и улыбнулся.

— Мне жаль их, потому что при всем их богатстве они были во много раз беднее меня.

Он посмотрел на Джулиану и скорбно подумал, что скоро лишится всех своих богатств.

— Не пойти ли нам внутрь? — сказал он вслух. Они вошли в рыцарский зал и увидели множество дам и кавалеров. Джулиана ничего не могла понять. Повсюду сновали слуги и служанки, а в самом центре за вышиванием сидела какая-то важная дама. В первый миг Джулиана испугалась — уж не привидение ли это, уж не восстала ли из гроба графиня Изабелла? Однако Раймонд рассеял ее сомнения.

— Элинор! — радостно воскликнул он. Дама поднялась и шагнула ему навстречу с распростертыми объятиями:

— Дорогой кузен!

Джулиана недоуменно оглянулась на лорда Питера, но тот молчал, склонившись в почтительном поклоне. Раймонд тоже, словно опомнившись, опустился на одно колено.

— Перестань, — сказала дама, коснувшись его плеча. — Со мной ты можешь обходиться без церемоний. Вставай.

Раймонд выпрямился и обнял ту, кого назвал Элинор.

— В присутствии государыни лучше проявить разумную осторожность, — сказал он. — Сначала надо проверить, по-прежнему ли я в фаворе.

— У королевы ты всегда в фаворе.

Только теперь до Джулианы дошло, что перед ней сама Элинор Аквитанская, бывшая королева Франции и нынешняя королева Англии, владелица могущественного герцогства. Потрясенная, Джулиана опустилась на колени.

Раймонд сказал:

— Позвольте, ваше величество, представить вам мою супругу, леди Джулиану Лофтс.

Так вот она какая, королева Элинор, о которой поют трубадуры! Жоффруа не соврал — в ее чертах присутствовало фамильное сходство с Раймондом и Изабеллой, только королева была куда красивей покойной графини. К тому же в ее взгляде начисто отсутствовала надменность — ведь Элинор не нужно было прибегать к ухищрениям, чтобы подчеркнуть свое положение и сан. Она была живым воплощением власти, красоты, романтики и отлично это знала.