Дебора Мартин - Креольские ночи

Они принесли своим близким столько боли и страданий… Элина вспомнила, как убивалась Джулия после смерти сына. Рене поначалу чувствовал себя виноватым, что невольно стал причиной гибели Франсуа. Но со временем боль и вина начали отпускать его. Джулия была поглощена приготовлениями к свадьбе и обустройством молодых, а Рене, как и следовало, ожидать, был полностью поглощен Элиной.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Рене, подойдя к ней сзади и обхватив рукой за талию.

– Хорошо. Специальный чай Сесилии помогает, и меня почти не тошнит, – ответила она. Взявшись за руки, они направились к воротам семейного кладбища.

Рене крепко прижал Элину к себе, погладив свободной рукой ее округлившийся живот.

– Джулия не знает, что сказать будущему ребенку: она его тетя или бабушка?

Элина рассмеялась:

– Его? А может, это будет девочка?

Он с нежностью посмотрел на жену.

– Если девочка, Джулия расстроится. Ведь она надеется передать ребенку всю мою детскую одежду! И одежду Франсуа тоже.

Элина повернулась к нему и принялась разглаживать морщинки на его лбу.

– У нашего ребенка жизнь будет совсем другой, не такой, как у Франсуа. Потому что у его отца не будет от него секретов.

Рене лукаво подмигнул:

– Ты полагаешь, что половину времени я должен проводить вне города, в деловых поездках?

Она смущенно улыбнулась:

– Тогда мне придется ездить за тобой следом и в случае необходимости бить по голове бутылкой виски. Должен, же хоть кто-нибудь вбивать в тебя время от времени здравый смысл!

Он рассмеялся и прижал ее к себе.

– Думаю, мне лучше не перечить своей супруге.

– Да, – прошептала она, посерьезнев. – Будь рядом со мной и почаще говори слова, которые заставляют меня доверять тебе.

– Какие слова? – поддразнил он ее. Элина посмотрела на него с усмешкой. Рене наклонился и поцеловал ее в шею. – Я люблю тебя, милые глазки, – прошептал он ей на ухо. И, прижав к себе еще крепче, добавил: – И всегда буду любить тебя одну.

Это все, что нужно было Элине для полного счастья.