Дебора Мартин - Креольские ночи

– Договаривай, – сказала она. Все ее сомнения рассеялись. Его глаза заблестели от страсти.

– Или я отвезу тебя в Кур-де-Сипре, сделаю своей пленницей, и буду держать до тех пор, пока ты не примешь моего предложения.

– Это звучит… м-м… ужасающе, – произнесла она, и он запечатлел на ее губах поцелуй.

– Ты непременно хочешь остаться на ужин? – спросил он, оторвавшись, наконец, от ее губ.

Охваченная желанием, Элина молчала.

– Я скажу Джулии, что тебе нездоровится, и я отвезу тебя домой, – не дождавшись ответа, заявил Рене.

– И в чей же дом вы отвезете меня, месье? – спросила Элина.

– В наш.

Несколько минут спустя они с Элиной уже сидели в экипаже.

Девушка испытывала неловкость. Никогда еще она не ехала к мужчине домой с весьма недвусмысленными намерениями.

Чтобы скрыть свое смущение, она спросила Рене:

– Что будет с Франсуа?

Рене вздохнул:

– Не знаю. Полагаю, его будут судить за убийство твоего брата. Но не уверен, дорогая, что смогу сообщить властям о его вероломном поступке. Бедная Джулия просто не переживет этого.

– Она не знает, что он натворил, – сказала Элина. – Такая ужасная новость может убить ее. Но сама мысль, что его преступление останется безнаказанным, мне невыносима. И все же…

– Да, дорогая?

– Он ведь мой брат.

– Не думай об этом сейчас, милые глазки. Мы потом все решим. Давай лучше обсудим предстоящую свадьбу.

Элине не верилось, что она выйдет замуж за Рене.

– Как скоро мы сможем пожениться?

– Дай подумать, – в раздумье проговорила она. – Нужно разослать приглашения, сшить свадебные наряды, организовать банкет…

Он застонал:

– Я вижу, ты хочешь наказать меня за все мои прегрешения!

– Самое меньшее, понадобится шесть месяцев, – сказала Элина.

– А мы сбежим! – воскликнул он, и Элина рассмеялась. – Я не шучу! Если понадобится, тайно отвезу тебя к парижскому священнику. Но ждать шесть месяцев не намерен.

В скором времени они добрались до Кур-де-Сипре. Рене выскочил из экипажа и подхватил ее на руки.

– На этот раз, любовь моя, я хочу, чтобы ты сразу поняла, где твое место. Как только ты перешагнешь порог нашего дома, ты – моя.

– Я уже и так твоя, – прошептала она. Поднявшись по лестнице с Элиной на руках, Рене открыл дверь.

Из столовой вышел Луи и в изумлении уставился на них.

– Поздоровайся с будущей хозяйкой, – сказал Рене. Элина в смущении спрятала лицо на плече у Рене.

– А теперь попрощайся, – продолжил Рене, взбираясь вверх по ступенькам, ведущим на второй этаж.

Глава 24

Если схватишь слишком много, то попросту не сможешь удержать.

Обнявшись, Рене и Элина лежали на кровати усталые, но счастливые.

– Я не могу остаться, – прошептала Элина. – Мне нужно вернуться к Джулии.

– Джулия приедет домой только утром.

– Но утро уже наступило, – ответила Элина.

Он закрыл ей рот поцелуем.

Стук в дверь заставил обоих подскочить от неожиданности.

– Месье! – раздался из-за двери голос Луи. – Пришла мадам Ванье.

Рене выругался, а Элина быстро соскользнула с кровати.

– Передай Джулии, что я скоро спущусь, – сказал Рене и повернулся к Элине, лихорадочно собиравшей по комнате свои вещи, – Куда ты собралась?

– Пожалуйста, Рене! Я не хочу, чтобы она подумала…

– Я понял. И что же ты собираешься делать?

– Вернуться к Джулии; пока она здесь. – И Элина начала одеваться. – Отвлеки ее, а я выйду в заднюю дверь. Однажды мне уже доводилось ходить туда пешком. Если она пробудет здесь достаточно долго, я доберусь до дома первая.

Рене в изумлении приподнял брови.

– Сомневаюсь, что смогу отвлечь ее своей болтовней, если она так беспокоится о тебе.

– Скажи ей, что мы решили пожениться, и она заговорит о свадебном торжестве. На это уйдет много времени, уверяю тебя.

Он усмехнулся:

– Пожалуй, ты права. Но тебе не следует ходить пешком. Возьми Монику.

Элина удивленно уставилась на него:

– Ехать верхом?! Ночью? Одной? Ты сошел с ума!

Рене нахмурился:

– Тогда попроси Луи проводить тебя. Когда я спущусь вниз, то придумаю какой-нибудь предлог, чтобы снова прислать его сюда. Он будет несказанно счастлив проводить тебя, я уверен.

– Но я могу и сама…

– Если ты не возьмешь с собой Луи, – спокойно сказал он, – я на руках отнесу тебя вниз прямо сейчас. Интересно, что скажет на это Джулия?

Элина бросила в него подушкой, но на лице ее сияла улыбка.

– Как пожелаете. Я возьму Луи с собой. Но ты должен задержать Джулию хотя бы на час.

Она уже собиралась открыть дверь, когда Рене слез с кровати.

– Подожди, любовь моя, – сказал он, подходя к Элине. Он обнял ее, приник губами к ее губам. – Это чтобы не забыла меня, – прошептал он.

– Никогда, – ответила она тоже шепотом и, улыбнувшись, выскользнула за дверь.

Когда она спускалась по лестнице, то слышала голос Луи в гостиной. Слуга старался успокоить разбушевавшуюся Джулию. Элина быстро преодолела оставшиеся ступеньки и направилась в заднюю часть дома. Лишь выскользнув за дверь, она перевела дыхание.

Не успела она пройти и нескольких шагов, чтобы спрятаться в тени деревьев и подождать Луи, как с ужасом увидела Франсуа.

– Как любезно было с твоей стороны прийти сюда! Ты сделала мне большое одолжение! – с кривой ухмылкой проговорил он. – Вернувшись в Новый Орлеан, я отправился к дядюшке Рене, чтобы найти тебя, но узнал, что ты веселишься на балу у Ривьера! Это меня не очень порадовало! Да и когда вы с Рене ушли оттуда, чтобы вернуться домой, я тоже был не в восторге. И все же я следовал за вами в надежде, что мне представится шанс застать тебя одну. И фортуна мне улыбнулась.

Сердце Элины сковал ледяной ужас.

– Что вам надо? – спросила она, пятясь к дому.

– Просто перекинуться с тобой парой слов. – Он махнул рукой, и из темноты вышел человек, с которым она разговаривала тогда в саду. – Думаю, ты не забыла Этьена? – продолжил Франсуа.

Этьен встал позади Элины, преградив ей все пути к отступлению.

– А теперь, дорогая Элина, – начал Франсуа, – я предлагаю тебе деньги, чтобы ты уехала. Возьми их и убирайся как можно дальше от Кур-де-Сипре. – С этими словами он вложил ей в руку увесистый мешочек. – Это золото, – объяснил он.

Она положила мешочек на землю.

– Можете оставить эти деньги себе. Я не собираюсь уезжать.

– Тогда мне придется применить силу, – произнес он. Прежде чем она успела закричать, Этьен зажал ей рот рукой. Затем она почувствовала, что в бок ей упирается что-то острое, и застонала. Она не сомневалась, что это нож.