Дебора Мартин - Креольские ночи

Джулия мгновенно замолкла. Но тут же подозрительно сощурилась:

– А ей ты об этом сказал?

– Разумеется, – раздраженно ответил он. – Если ты дашь мне хоть слово сказать, я расскажу тебе все подробно.

– Надо было сделать это с самого начала, вместо того чтобы причинять ей боль и страдания. Ты должен знать правду. Она – дочь Филиппа. Законная дочь. И заслуживает гораздо лучшей участи.

– Я знаю, – тихо промолвил Рене. – И повторяю: мы собираемся пожениться.

Джулия недоверчиво смотрела на Рене.

– В таком случае ты не должен был увозить ее с бала. Она вправе занять в обществе Нового Орлеана достойное место. Ты заставил это дитя пройти сквозь муки ада, дорогой братец. И я не позволю тебе запятнать репутацию Элины, заставляя ее жить здесь с тобой до свадьбы. С бала она ушла с тобой. Так где же она?

Рене собирался было возразить, как вдруг в комнату вошел Луи, толкая впереди себя дрожащего Алсида Паннетра. У Рене кровь застыла в жилах. Луи должен был быть с Элиной, сопровождать ее к дому Джулии! И какого черта здесь делает Алсид?!

– Скажите ему. – Луи подтолкнул Алсида вперед. – Говорите, иначе я за себя не ручаюсь.

Рене уже обо все догадался, хотя Алсид не успел и рта раскрыть.

– Где Элина? Кто ее увез?

– Н-никто, – запинаясь, пробормотал Алсид. – По крайней мере, пока. Она ускакала, прежде чем Франсуа успел ее остановить.

Глаза Рене потемнели от гнева, Джулия ахнула.

– Что Франсуа здесь делает? Что он замыслил? – взревел Рене.

Алсид судорожно сглотнул, переводя взгляд с Джулии на Бонанжа.

– Отвечай! – рявкнул Рене.

– Они с Этьеном вернулись в город и отправились сюда, чтобы убедить ее уехать. Но их план не удался. Сейчас Франсуа гонится за ней. Мы с Этьеном пытались его урезонить, но он и слушать не стал. Франсуа твердо намерен ее убить, поскольку девчонка знает, что это он застрелил ее брата.

– Франсуа застрелил Александра? – Джулия побледнела. – Рене, что он говорит?!

Рене повернулся к сестре:

– Я расскажу тебе позже, милая. А сейчас мне пора идти. – Он быстро прошел к столу и вынул из ящика пистолет.

– Я не хочу, чтобы Франсуа пострадал! – закричала Джулия, увидев пистолет. – Прошу тебя, Рене! Он мой единственный сын!

– Я не причиню ему вреда. Но я не могу допустить, чтобы он причинил вред Элине. Надеюсь, ты понимаешь меня?

Рене быстро направился к заднему выходу из дома. Луи отшвырнул в сторону сжавшегося в комок Алсида и последовал за хозяином.

– Я послал за Франсуа конюшего, – сказал Луи, ускоряя шаг, чтобы поспеть за Рене. – Я не поехал за ними, потому что не уверен, что смог их бы поймать – в моем-то возрасте. Но конюший – молодой парень, и у него есть оружие.

– Кто-нибудь оседлал Варвара?

– Да. Солнце уже всходит. Вам не составит особого труда ехать по следам трех лошадей.

Рене весь кипел от ярости. Три лошади! На одной из них сидит Элина! Элина, которую бросает в жар от одного только вида этих животных! Которая даже не может заставить себя дотронуться до лошади – не то что сесть на нее!

Рене молил Бога о том, чтобы спас ее. Если Франсуа удастся добраться до нее раньше, чем подоспеет Рене…

– Держись, милые глазки, – прошептал он, стремительно шагая по направлению к конюшне. – Пожалуйста, держись, любовь моя!

В голове Элины начало проясняться. Ее рука и нога были придавлены чем-то тяжелым, сама она лежала в холодной и мокрой грязи. Девушка медленно открыла глаза.

Неудивительно, что у нее так болела нога, придавленная лошадью. Раненая лошадь жалобно ржала, по телу пробегали судороги. Элина погладила несчастное животное, что-то ласково приговаривая.

– Как это благородно с твоей стороны, – раздался неподалеку язвительный голос. Элина повернула голову и увидела Франсуа. Он сидел на сухом бревне у самой воды.

– Помогите, – попросила она его. В ответ он злобно улыбнулся.

– Помочь? А с какой стати?! Лучшего исхода я и желать не мог! Я надеялся, что ты так и не придешь в себя, но, раз уж это случилось, придется расправиться с тобой по-другому. Но так, чтобы в твоей смерти не могли обвинить меня.

Он встал, и Элина похолодела от страха.

– Зачем вы так поступаете? – шепотом спросила она. – Ведь поместье отца достаточно велико, там хватит места для всех. Мне вообще не нужны его деньги. И никогда не были нужны. А теперь, когда мы с Рене собираемся пожениться…

Франсуа рассмеялся:

– В этом-то и дело, милая сестрица. Мой дядюшка души в тебе не чает. Он сделает все, о чем бы ты его ни попросила. Он никогда не простит мне того, что я убил твоего брата. Но если твое мертвое тело, придавленное лошадью, найдут на болотах, дядя Рене не сможет ни в чем меня обвинить. Все наследство будет принадлежать мне.

– Это не сработает, Франсуа, – холодно произнесла Элина, стараясь говорить как можно спокойнее. – Ваши друзья наверняка обо всем рассказали Рене, он знает, куда мы поехали, и, конечно же, отправился за нами следом.

Франсуа злорадно ухмыльнулся:

– Единственным, кто ехал за нами следом, был тощий конюший. Я отправил его на тот свет всего лишь одним выстрелом. Еще одну пулю приберег для тебя.

Франсуа посмотрел куда-то в сторону от нее, и его улыбка стала еще шире.

– Похоже, леди Фортуна еще не отвернулась от меня, – сказал он торжествующим тоном.

Элина повернула голову и увидела, что к ней медленно приближается аллигатор, грациозно скользя по воде.

Элине не доводилось видеть подобных животных, но она много слышала о них. Рене рассказывал ей об их ужасной силе и прожорливости. Глаза рептилии будто бы оценивали мягкость и округлость своей жертвы. Аллигатор медленно преодолевал разделяющее их расстояние. Элина живо представила себе, как он будет терзать ее тело.

В отчаянии она начала извиваться, надеясь выбраться из-под лошади, но это ей не удалось.

– Если не возражаешь, – вставая, сказал Франсуа, – я буду наблюдать за тобой с небольшого расстояния. Не хочу, чтобы твой пупырчатый друг позавтракал мной вместо тебя.

– Франсуа! – закричала она. – Вы можете застрелить его из пистолета! Вы должны это сделать! Ведь мой отец – это и ваш отец! В наших жилах течет одна кровь! Мы оба Ванье!

На мгновение он остановился, но Элина так и не поняла, передумал он или нет, потому что в этот момент услышала еще один голос:

– Элина! Где ты? – Рене был где-то неподалеку.

Франсуа замер.

– Я здесь! – закричала она. – Рене, сюда!

– А ну заткнись, сука! – прошипел Франсуа.

Он выхватил пистолет и нацелил его ей в голову. Но опоздал. Рядом с ним, откуда ни возьмись, оказался Рене с горящими от гнева глазами.

– Опусти пистолет! – скомандовал Бонанж. Ему хватило одного взгляда, чтобы оценить ситуацию. – Ты не посмеешь убить ее здесь, у меня на глазах!