Андреа Кейн - Нежная и бесстрашная

— А что вы предприняли после того, как его схватили полицейские?

Морель пожала плечами:

— Я еще и раньше подумывала о том, что М. Руж пора исчезнуть. Лорд Шелдрейк в своем любопытстве подобрался слишком близко. И когда Медфорда арестовали, мое решение отправить М. Руж на покой усилилось.

— Но этого не случилось. Появился ваш любовник и помог М. Руж воскреснуть и возобновить торговлю женщинами. Только теперь качество вашего товара намного улучшилось — вы стали торговать аристократками, а средства добычи стали более изощренными.

— Верно. Чрезвычайно увлекательно, вы не находите?

— Я бы сказал, чрезвычайно безнравственно. Послышался громкий стук в дверь.

— Да! — крикнул Ройс. В комнату вошел Хибберт.

— Те важные документы, которых вы ждете, милорд, прибыли. Я подумал, что следует вам доложить.

— Ты правильно поступил, — кивнул Ройс и направился к двери, но, не доходя до нее, обернулся и бросил на Морель торжествующий взгляд. — Скоро продолжим, мадемуазель Руж.

Ройс вышел из комнаты для прислуги и направился к гостиной.

— По-моему, твоя выдумка возымела действие. Я впервые видел Морель такой обеспокоенной.

— Очень может быть, сэр, что это и не выдумка. Если в письмах окажутся необходимые нам сведения, мы получим ответы на свои вопросы. А мисс Лежуае нам понадобится только для того, чтобы их подтвердить. — Хибберт помолчал. — Правда, добровольно она это не сделает. Придется ее убедить.

— Ничего, справимся. — И Ройс распахнул двери гостиной. — Она скажет нам все, что потребуется. И сделает это из преданности своему любовнику.

Полученная информация оказалась обширной. Восемь из оставшихся двенадцати человек служили в армии. Однако трое из них не в то время и не в том месте, а именно — слишком далеко от Парижа. Оставалось пятеро, каждый из которых мог быть наемным убийцей. Стоя рядом с Ройсом, Деймен размышлял вслух, а сидящие на диванчике Анастасия с Бреанной и стоящие по бокам Уэллс с Хиббертом, навострив уши, ждали разгадки.

— Мейвуд? Он боится собственной тени, — бормотал Деймен. — Отец держал его в ежовых рукавицах вплоть до самой смерти. Он бы ни за что не стал рисковать деньгами, уж не говоря о том, чтобы убивать. Нет, это не он. Кромптон — отличный стрелок, но ужасно чудной. Он болтает не переставая, и его военные байки все уже выучили наизусть. Если бы он имел в любовницах Морель, он бы об этом всем уши прожужжал. Да и не представляю я его хладнокровным убийцей. Рейдбрук… не уверен. Он тихоня, о себе распространяться не любит. Может быть…

— Он женат, — перебил Ройс. — И счастлив. У него трое ребятишек, двое еще совсем маленькие. Так что он наименее вероятный кандидат из всех. Наш убийца — наверняка холостяк. Да и Морель вряд ли связалась бы с женатым мужчиной. Я бы вычеркнул Рейдбрука в первую очередь.

— Отлично. Остается Артур Лэндоу, но он и мухи не обидит. А Джеймс Фэрвуд вообще непонятно как сюда попал. Он всегда говорил, что служил офицером на флоте.

— Он и служил на флоте, — заметил Ройс, перечитывая донесение. — Но после того как Наполеон разгромил наш флот, он пошел в сухопутные войска. Кроме того, он тоже меткий стрелок.

Деймен в сердцах стукнул кулаком по каминной полке.

— Ну и что нам делать? Как определить, который из них?

— А мы и не будем этим заниматься. — Ройс принялся раскладывать донесения по пяти отдельным папкам с надписью на каждой. — Предоставим это Морель.

Деймен бросил на друга изумленный взгляд;

— Ройс, за последние два дня ты нам уже десять раз рассказывал, что Морель наотрез отказывается выдать своего любовника. Неужели ты и в самом деле думаешь, что стоит тебе помахать у нее перед носом этими записями, как она тотчас же выложит тебе его имя?

— Вовсе нет. — Ройс положил самые компрометирующие страницы сверху. — А вот если оставить эти папки у нее под носом, она наверняка попытается ввести нас в заблуждение.

Бреанна резко подняла голову.

— Если Морель останется в комнате наедине с этими папками, ей наверняка захочется узнать, какие сведения о ее любовнике тебе удалось собрать и насколько близко ты к нему подобрался.

— Совершенно верно. — Ройс с восхищением взглянул на Бреанну. — Ты стала самым настоящим детективом, любовь моя.

— У меня отличный учитель — ты. — Поднявшись, она подошла к Ройсу. — Но я думаю, ты совершаешь ошибку. Если ты якобы случайно забудешь папки в комнате Морель, она заподозрит подвох и ни за что не подойдет к ним. А даже если и подойдет? Ты что, будешь сидеть под ее дверью всю ночь и заглядывать в замочную скважину?

— А ты можешь предложить лучший способ?

— Да, — гордо сказала Бреанна. — Позволь мне зайти к Морель, и тогда мы получим нужные нам результаты.

— Нет, — покачал головой Ройс. — Я категорически против. Я на пушечный выстрел не подпушу тебя к этой гадине.

Бреанна положила ему ладонь на плечо.

— У нас есть только один шанс. Если она догадается, что мы блефуем, ничего не получится. Я в отличие от тебя смогу усыпить ее бдительность. Стоит тебе только войти в комнату, как она грудью становится на защиту своего любовника. Ты мужчина, умный и сильный, а я женщина, слабая и глупенькая. — Бреанна усмехнулась собственной оценке. — Морель не примет меня всерьез. И я этим воспользуюсь.

Тут вмешалась и Анастасия:

— Бреанна дело говорит. Морель привыкла бороться с мужчинами, а женщину она в расчет не берет. Она наверняка считает себя среди них самой хитрой и умной. Что ей какая-то Бреанна? Она не станет опасаться и расслабится.

— Ройс, — настойчиво проговорила Бреанна, умоляюще глядя на него своими зелеными глазами, — я узнаю его имя.

— Как?

— Я ведь неплохо рисую и к тому же, как ты заметил, стала неплохим детективом. У меня есть план.

Морель беспокойно металась по комнате. Внезапно дверь отворилась. Морель резко обернулась, ожидая увидеть лорда Ройса, и напряглась, готовая к встрече с ним. Сейчас она узнает, почему он так довольно ухмылялся, когда уходил от нее час назад. Интересно, на самом ли деле у него есть документы, изобличающие ее любимого, или это все задумано специально для нее? Этот Хибберт — великолепный актер. Один раз ему уже удалось ее обмануть. Но больше этот номер не пройдет, Морель изобразила равнодушие и приготовилась внимательно наблюдать за лордом Ройсом. Но к ее изумлению, в комнату вошла женщина, красивая, изящная женщина. По необычному цвету волос и испуганному выражению лица Морель не составило труда угадать, кто это.

— Так-так, — пробормотала француженка и, скрестив руки на груди, принялась внимательно разглядывать особу, которую ее любовник так жаждал убить, — леди Бреанну. К груди она судорожно прижимала какие-то папки и, похоже, даже не отдавала себе отчета в том, что держит в руках.