Лей Гринвуд - Роза

Роза не знала, можно ли умереть от счастья? Если можно, то она умерла пять минут назад, нет, пять минут у нее еще осталось! Джордж не стал бы говорить такое, если бы это не было правдой. Трудно было сдаться и, сбросив с себя защитную броню, снова стать ранимой и слабой, но еще труднее было бы отказаться, сдерживаясь, от того, о чем так сильно мечтала и чего так желала все последние месяцы!

— Я такая же сумасшедшая! Я люблю смотреть на тебя, когда ты становишься выше, приподнимаясь, чтобы оглядеть свою землю, особенно нравится мне, когда ты пьешь кофе. У тебя тогда такое лицо, словно ты предпочел бы пить из грязной лужи!

Джордж щекотал Розу до тех пор, пока у нее из глаз не полились слезы. Затем он ее обнял и осторожно поцеловал.

— Если кто-нибудь нас услышит, подумает, что мы глупые!

— Нет, просто влюбленные.

— Другие взрослые люди ведут себя так же? Чувствуют, что им снова по четырнадцать?

— Я не знаю, как ведут себя другие, но то, что чувствую я, мне нравится! Надеюсь, что это продлится всю жизнь.

— Ты все еще не против того, чтобы не иметь детей?

Джордж задал этот вопрос сейчас. О том, что было единственным, что печалило ее! Роза бы предпочла наслаждаться его признаниями, не думая о том, как дорого они стоили! Но убегать от ответа не было смысла.

— Я против. Я была одинокой, оставшись одним ребенком в семье. Живя с Робинсонами, я почти забыла о своем одиночестве, но все равно мне всегда хотелось иметь собственных братьев и сестер! Взрослея, мне уже хотелось иметь своих детей. А сейчас я не знаю, хочу ли я их больше для себя или для тебя!

— Для меня? Почему?

— Я пытаюсь объяснить тебе, какой ты прекрасный человек. И не только я считаю тебя таким: все твои братья и мужчины, работающие на тебя, с этим согласны! Не могу представить себе ничего более волнующего, чем видеть, как растут твои сыновья, как они стараются быть похожими на тебя, а твои дочери будут надеяться, что найдут себе мужей хотя бы наполовину таких хороших, как ты!

Джорджа передернуло: «Мне хватает воспитания Зака и Тайлера».

— Ты не должен бояться, я не стану заставлять тебя изменить свое решение. Но я попытаюсь убедить тебя, что из тебя получится отличный отец!

— Зачем?

— Потому что ты заслуживаешь того, чтобы ты сам мог думать хорошо о себе! Не знаю, что сделал твой отец и почему ты думаешь, что можешь повторить его ошибки, но ты заслуживаешь того, чтобы смотреть на самого себя с гордостью!

Джордж поразился, у него застрял комок в горле. И что еще хуже, на глазах — это странная вода. В какой-то момент ему показалось даже, что он не сдержится. Конечно, с тех пор как он встретил Розу, он изменился, но это уж слишком!

Он посильнее прижал ее к себе.

— Не понимаю, почему мне надо было так долго понимать, что я тебя люблю. Меня бросает в дрожь каждый раз, когда я думаю, что мог потерять тебя. Для такой замечательной женщины я слишком бестолковый!

Роза повернулась и поцеловала его в нос.

— Хорошо, что ты понял это: это самое главное!

Джордж наклонил голову, и его губы коснулись ее груди.

— Ты уверена в том, что ты счастлива?

— Я безумно счастлива, — ответила Роза, поворачиваясь так, чтобы ему было удобнее ее ласкать. — А ты?

— Абсолютно.

Как волны, покорные шторму, влюбленные покоряются своему желанию. И Джордж с Розой скоро забыли обо всем, поглощенные друг другом.

Глава 19

После того, что произошло, никто не видел больше, чтобы Хен улыбался. Он настоял на том, чтобы похоронить Алекса Пендлтона рядом с их матерью. Он сказал, что у Алекса никогда не было матери, которую он помнил бы. Теперь у него будет мать, а у миссис Рэндолф появится кто-то, о ком она будет заботиться.

Хен отказывался рассказывать о том, что он сделал той ночью. Он только сказал, что нашел корову на их земле.

Но не прошло и недели, как все узнали. Как-то, возвращаясь домой, братья увидели у себя во дворе отряд из шести солдат и армейского офицера. С ними был старик Макклендон и еще двое из его клана.

— Разговаривать буду я, — предупредил братьев Джордж.

— Почему? — спросил Монти.

— Потому что я никогда не знаю, что ты можешь сказать!

— Ты не единственный с мозгами среди нас. Я могу…

— Заткнись! — прорычал Хен. Неожиданная резкость брата заставила Монти замолчать. По крайней мере, на минуту.

— Вы Джордж Рэндолф? — спросил лейтенант.

— Да, — спешившись, ответил Джордж. Он увидел, как из дома вышла Роза, и с ней Зак. Мальчик бросился к Джорджу.

— Они говорят, что ты кого-то убил, — проговорил Зак, для уверенности цепляясь за Джорджа. — Я им сказал, что ты никого не убивал, но они мне не поверили, и Розе тоже не хочут верить!

Джордж присел и обнял малыша.

— Не хотят, — поправил он его. Выпрямившись, он взял руку Зака в свою и повернулся к лейтенанту.

— Что это значит: «кого-то убил»?

— Я лейтенант Крэб, — сказал тот. — Мистер Макклендон утверждает, что один из вас убил двоих его родственников. Другие подтверждают это.

— Чтобы имеете ввиду, говоря «один из вас»? — спросил Джордж.

— Ты, или один из твоих братьев, или же кто-то из людей, работающих на тебя! — закричал старик.

— С таким же успехом ты можешь добавить в свой список и весь штат, — спокойно ответил Джордж. — У меня шесть братьев, вместе с этим маленьким шалуном. И пятнадцать людей работают на меня сейчас.

— Он приехал арестовать тебя за убийство! — закричал на него один из младших Макклендонов.

— Вы не можете арестовать меня за то, что кто-то убил ваших родственников! — заметил Джордж.

— В Техасе идет Реконструкция, — ответил лейтенант. — И действие некоторых законов приостановлено.

— Каких? — спросил Джордж, пронизывая лейтенанта взглядом. — Тех, которые защищают честных людей от нападения среди ночи? Или тех, которые защищают женщин и детей от убийц, нападающих по ночам на их дома? Или тех, которые должны ограждать честных граждан от налогов, суммы которых произвольно устанавливаются служащими ваших контор?

— О чем вы говорите? — не понял лейтенант.

— Я говорю о том, что несколько дней назад этот старик и его семейство напали ночью на наш лагерь и убили одного из моих помощников. Я и не предполагаю, что кто-то сделал это. Я обвиняю его! — Джордж указал на старика Макклендона. — И каждый присутствующий подтвердит это. Правда, парни?

Все в знак согласия кивнули.

Лейтенант повернулся к старику, но его глаза не выражали ничего.

— А я клянусь в том, что сразу после этого он напал на наш дом, — произнесла Роза, делая шаг вперед. — Я ранила его в левое плечо: заставьте его снять рубашку, если не верите мне!