Патриция Хэган - Цвет ночи (Любовь навеки)

– Ты должна иметь ясное представление о том, как здесь обстоят дела. Война-то кончилась, но бывшие рабы все еще уважают белых. Так и должно быть, если они понимают, в чем их выгода.

Дэнси такое отношение показалось оскорбительным.

– Тогда ты, наверное, не видишь ничего плохого в клане? Ведь их цель – запугать негров и заставить их повиноваться. Ты знаешь, что прошлой ночью они сожгли дом родителей Молли и Билли и только благодаря Богу стариков не было дома?

Джордан старался сохранять безучастный вид. Ему не нравилось, что беседа приняла такое направление, особенно что речь зашла о событиях прошлой ночи. Джордана терзала мысль о том, что Дэнси там была и все видела.

– Да, я слышал. Мне очень неприятно. Я не знаю всех подробностей – Молли сообщила вчера, что больше не будет у меня работать, и с тех пор я ее не видел. Надо сказать, она не могла выбрать более неподходящего момента, – добавил он. – Маме стало хуже, и…

– Что случилось? – Дэнси резала пирог, но тут обеспокоенно обернулась. – Доктор Каспер, кажется, говорил, что с ней будет все в порядке.

– Это не почки.

– А что же?

– Голова. – Он закрыл лицо руками, как будто не в силах продолжать, затем очень гладко изложил придуманную историю:

– В последнее время я подозревал нечто подобное, даже говорил об этом с доктором Каспером. Он сказал, что ему очень неприятно признавать, но он тоже заметил за ней некоторые странности. Мы надеялись убедить ее поехать в санаторий добровольно, но она не хотела об этом слышать. Теперь у нас нет выбора.

Охваченная жалостью, Дэнси чуть не плакала.

Джордан видел, что она потрясена, и продолжал нагнетать настроение:

– Сегодня утром она окончательно сошла с ума, и…

– А сейчас где она?

– Дома, она…

– С кем она там? – настаивала Дэнси. – И как ты мог оставить ее в таком состоянии?

– Доктор Каспер дал ей снотворное, – солгал Джордан, – и она крепко уснула. С ней там служанка, так что все в порядке, завтра ее заберут туда, где умеют обращаться с такими больными. А насчет того, что я оставил ее одну, – Бог мой, разве ты не видишь, что я не могу вынести, когда ты на меня сердишься. Я должен был приехать и извиниться, ведь я не хотел тебя обидеть! Эти дни были для меня просто кошмаром, – оправдывался Джордан.

Дэнси отвернулась. Она не желала обсуждать его чувства. Ни сейчас, ни в другое время. Однако она хотела побольше знать о больной и начала расспрашивать. Джордан терпеливо отвечал. Но когда она предложила навестить Эдди до отъезда в санаторий, он возразил:

– Я не хочу, чтобы ты или кто-нибудь другой видел ее в этом состоянии. Она бы тоже этого не захотела.

Дэнси с грустью вынуждена была согласиться. Наконец был готов кофе. Постепенно они перешли к воспоминаниям о прошлом. Как хорошо было бы, подумала Дэнси, если бы Джордан ограничился ее дружбой.

Шло время. Дэнси вспомнила, что собиралась поехать в логово клана – вдруг у них сегодня сбор? Но потом решила, что это было бы напрасной тратой времени. Они совершили злодеяние прошлой ночью, и теперь пройдет несколько дней, прежде чем они снова съедутся.

Наконец Дэнси напомнила Джордану о его обещании уехать после кофе с пирогом.

– Если я сейчас не лягу спать, я не смогу завтра утром заниматься делами.

– Выходи за меня, – заметил он бодро, – и тебе ничего не надо будет делать. Будешь жить как королева.

– Я с ума сойду от скуки, – она решила все обернуть в шутку. – Мне нравится работать, Джордан. Особенно здесь – это ведь все мое!

– А Клинт согласен с этим?

Она напряглась.

– Габриель завозил меня в суд, так что я сам посмотрел записи. Клинт ничего не менял.

– Поменяет. Он просто был занят, – отрезала Дэнси.

– Ничего он не изменит, – запальчиво воскликнул Джордан. – Он дурачит тебя, Дэнси, ты слишком ослеплена, чтобы увидеть это. Он обманом заполучил всю эту землю. Знал, что мы с матерью хотели ее приобрести, поехал и за нашими спинами захватил ее.

– Я уже слышала эту историю, – устало напомнила Дэнси. Она отодвинула стул и встала. – Думаю, нам пора прощаться. Ну где же Габриель?

Габриель ждал сигнала. Она подошла к двери, окликнула и почти сразу услышала звук приближающегося экипажа. Уже через мгновение Габриель поднимался по лестнице. Дэнси вышла на крыльцо поблагодарить Джордана за привезенные продукты и холодно добавила:

– Отныне, пожалуйста, без приглашения не приезжай.

Джордан задохнулся гневом: она унизила его перед его собственным слугой!

– И не забудь, – настаивала Дэнси, не обращая внимания на его состояние, – если Эдди нужна будет помощь, присылай Габриеля за мной. Если она придет в себя, передай ей от меня привет. Наверное, это было ужасно, мне так ее жаль…

– Габриель, поехали, – резко прервал ее Джордан. Чем меньше у слуг будет оснований для сплетен, тем лучше.

Однако Габриель не слышал их разговора, погруженный в раздумья с тех самых пор, как утром слышал крик мисс Эдди. Он был на кухне, а не в доме, но слышал ее, как и повар, и другие слуги. Он поспешил в дом и хотел было побежать наверх, но потом подумал, что будет себе дороже. И тут как раз все постепенно стихло. Потом было слышно, как она стонет, но мастер Джордан так расстраивался, когда Габриель заговаривал об этом, что он решил больше не вмешиваться, хоть и чувствовал, что дело тут нечисто, ох нечисто!

Добравшись домой, Джордан приказал ему перенести себя в комнату и убираться из дома к чертовой матери. Габриель понял, что мастер Джордан чем-то сильно разгневан.

– Скажи Касси, чтобы тоже убиралась. Мать будет спать до утра, а ты знаешь, я не терплю, чтобы слуги находились в доме ночью.

Да, Габриель прекрасно это знал. Мастер Джордан ввел это правило, когда вернулся с войны покалеченным. Мисс Эдди хотела было, чтобы он спал у двери мастера Джордана в его гостиной, на случай, если ему что-нибудь понадобится или он упадет с кровати и не сможет подняться. Но мастер Джордан и слушать не хотел.

Габриель был уверен, что мисс Эдди действительно будет спать всю ночь. Он сам показал Касси, как заваривать чай с опием, а в этот раз мастер Джордан велел удвоить дозу. И все же Габриеля мучило чувство, что что-то не так, и он решил на этот раз нарушить правило. И постелил себе на полу возле лестницы, ведущей со двора в крыло мисс Эдди. Он услышит, если ей что-то понадобится, и уж, по крайней мере, сможет приготовить еще чаю, чтобы облегчить ее страдания.

Может, она и ворчливая старуха, но он знал ее и с хорошей стороны. Много раз он наблюдал, как она просиживала ночи у постели какого-нибудь больного раба. Иногда тайно помогала и белым, посылала его подложить кому-то под дверь сверток с едой, да так, чтобы никто не знал, кто это сделал.