Кристина Додд - Наперекор всем

Но Мэриан, разъяренно грозя пальцем, объявила:

– На меня напали грабители, дурень ты этакий, и король лично захочет услышать мою историю!

– Король?! – громогласно расхохотался стражник. – Думаете, королю есть дело до каждого случившегося на дороге грабежа? Нет уж, придется вам обойтись без него.

– Меня не просто ограбили. – Зная, что нельзя рассказывать о Лайонеле простому солдату, Мэриан попыталась объяснить: – У меня забрали нечто очень ценное.

Стражник подтолкнул ее к двери маленькой комнаты у внутренней стены караульного помещения.

Но Мэриан вцепилась в косяки обеими руками, отказываясь идти дальше.

– Говорю же тебе, король должен узнать об этом!

Неужели она ехала целый день и часть ночи, чтобы добраться до Гриффита, лишь ради столкновения с каким-то простым солдатом? Неужели понукала, сражалась, уговаривала норовистого мерина, чтобы быть остановленной, не достигнув цели?

Придя в отчаяние, она попыталась обмануть стражника:

– Я знаю короля. Он захочет видеть меня сегодня же ночью. Парень рассмеялся, на этот раз еще громче.

– Как тебя зовут? – резко спросила она.

Тот окинул ее свирепым взглядом, но все же ответил:

– Уорд.

– Уорд, я подруга королевы Элизабет. Была ее любимой придворной дамой.

– Как низко падают великие! – издевательски ухмыльнулся он, но все же опустил руки, слишком забавляясь, чтобы выкинуть ее. – А почему вы больше не ее любимая придворная дама?

– Пришлось удалиться в загородное поместье, – уклончиво ответила Мэриан.

– Нет, потому что ты шлюха! – торжествующе объявил солдат, снова вцепившись в Мэриан.

– Я – леди Мэриан Уэнтхейвен, нареченная Гриффита ап Пауэла, и он свернет тебе шею за то, что не пропустил меня.

Стражник, словно обжегшись, отдернул руку, глядя на нее суженными глазами.

– Неужели? Гриффит ап Пауэл, говорите? – Он снова осмотрел ее с ног до головы. – Господь помоги вам. Идемте, я провожу вас к командиру.

Мэриан, вне себя от волнения, побежала впереди него. Она раньше жила в Кенилуорте, в бытность придворной дамой, и поэтому хорошо знала расположение помещений и прилегающую местность. Оказавшись в караульном помещении, она преодолеет последнее препятствие между собой и Лайонелом.

У Мэриан не было времени беседовать с бесчисленными ничтожествами, считавшими, что они наделены властью, – пройдут часы, прежде чем она доберется до Гриффита, и тогда Лайонел будет потерян навсегда.

Более того, Мэриан ощущала потребность быть с Гриффитом слышать его голос, чувствовать силу обнимающих рук. Как она ждала утешения! Как хотела Гриффита! Жаждала любви.

Кажется, Арт был прав: она любила Гриффита – и эта любовь принесет ей много несчастий.

Мэриан мрачно улыбнулась, когда упоминание имени ап Пауэла заставило стражников немедленно поднять решетку и дать им пройти. Мэриан забралась на крепостную стену. С внешней стороны узкую дорожку ограничивала еще одна – высокая зубчатая – стена, но изнутри… во двор можно было лишь спрыгнуть: ни лесенки, ни спуска. Переход был опасным, и Уорд с грубой галантностью держался ближе к обрыву. Она смягчилась было, но тут услышала, как стражник обращается к командиру:

– У нас здесь женщина, которая считает себя другом короля и нареченной сэра Гриффита. Что скажете? – И поднял факел, осветив ее грязную одежду и растрепанные волосы.

Командир презрительно фыркнул, но Мэриан пригвоздила его к месту самым высокомерным взглядом, какой только могла изобразить, пока тот не начал неловко переминаться.

– Я оставила лошадь на подвесном мостике, а она слишком дорогая, чтобы мокнуть под дождем. Немедленно приведите ее и отправьте в конюшню. Да не забудьте накормить и почистить!

Уорд явно колебался, но командир сделал знак Мэриан войти, и она, разъяренно глядя на несчастного стражника, прошипела:

– Будь я на вашем месте, хорошенько подумала бы, что скажет сэр Гриффит ап Пауэл, узнай он, как вы обращаетесь с его невестой.

Угрозы оказалось достаточно, чтобы Уорд, сухо поклонившись, направился к лестнице. Глядя ему вслед, Мэриан подождала, пока он начнет спускаться, и молнией метнулась в темноту.

Командир что-то закричал. Уорд, все еще полный подозрений, вторил ему. К ним присоединились другие, и Мэриан налетела еще на одного солдата. Тот попытался ее схватить, но девушка лягнула его в колено, ударила в грудь и, когда тот покачнулся, помчалась дальше, пытаясь удержать равновесие и ускользнуть от стражников.

Она старалась добежать до угла над кузницей замка. Если удастся обогнать стражу, можно спрыгнуть на черепичную крышу внизу и съехать по столбам. Потом, если повезет, успеть перебежать внутренний двор к месту, известному как Башня Цезаря. Мэриан знала, что способна на такое, потому что они с принцессой.

Элизабет проделывали это не один раз. Правда, тогда она была еще девочкой.

Достигнув угла, Мэриан поколебалась, встала на самом краю, так что носки сапог повисли в воздухе, и посмотрела вниз. Огни факелов терялись в темноте, и Мэриан ничего не видела. Если она прыгнет… не будет знать, где приземлится. Так твердо верить в незыблемость детских воспоминаний, считать, что ничего не изменилось за десять лет, – это настоящая храбрость. Или глупость. Но у Мэриан не было времени размышлять и спорить с собой – крики слышались все ближе. Стражники вот-вот ее схватят. И Мэриан прыгнула.

– Рана очень болит?

Гриффит отдернул руку от швов на щеке.

– Немного, – признался он.

– Если бы носил шлем как полагается, с закрытым забралом, наверняка у тебя не появилось бы новых шрамов и такой вышивки на физиономии, – заметил король, пристально разглядывая Гриффита. – Но больше всего нас беспокоит твоя рука. Хорошо еще, что нагноения нет. Судя по тому, как этот ирландский сын шлюхи махал мечом, ты уже давно должен бы лежать в могиле.

– Прекрати читать мне нотации и играй. Я почти добился своего и загнал тебя в угол. Еще немного, и можно идти спать, – раздраженно проворчал Гриффит, проклиная страсть Генриха к новой модной игре в шахматы, из-за которой приходилось бодрствовать так поздно ночью и сидеть в королевской спальне в башне.

– Ты только и мечтаешь о победе, – обвинил Генрих и сделал ход конем.

– А вам придется удовлетвориться победой при Стоуке, ваше величество, потому что сегодня ночью вам ее не одержать, – бросил Гриффит и, двинув вперед слона, взял коня.

– Но ты не можешь сделать это, – запротестовал король.

– Прошу прощения, повелитель, могу.

– Дай-ка посмотреть книгу.

Генрих протянул руку, и Гриффит вложил в нее почти новый экземпляр «Правил игры в шахматы», отпечатанный на первом в Англии печатном станке и подаренный монарху самим печатником.