Элайна Фокс - Танцы и не только

– Ты можешь признаться мне во всем! – уговаривала она. – Я не стану сердиться! Я все пойму, честное слово, пойму! Мне просто нужно в этом разобраться, Феррис. Потому что если у тебя нет кого-то еще, то, кто знает, вдруг нам когда-нибудь удастся… завести детей?

– Нет, – выдавил он сквозь стиснутые зубы. – Есть кто-то еще.

– Есть? – переспросила она, обмирая от новой надежды. – Но кто же она? И почему ты не женился на ней?

Феррис старательно прокашлялся и попытался отвернуться, но Катра заставила его смотреть на себя.

– Ты можешь сказать мне, Феррис. Я не стану сердиться. Положись на меня! Кто она?

– Он, – пролепетал Феррис.

– Он? – Катра искренне полагала, что ослышалась.

Феррис кивнул.

– Не понимаю.

– Так я и знал! – с отчаянным жестом воскликнул он. – Вот почему я вообще не хотел заводить этот разговор!

Но до Катры мало-помалу что-то стало доходить.

– Но, Феррис, ты же не можешь… – Она качнула головой, все еще не веря, что ее догадка верна. Да, до нее доходили кое-какие ужасно неприличные слухи о ее кузене, Бейкере, но она отмахнулась от них как от очередной сплетни про человека, о котором и без того болтают всякую ерунду. Да и вообще – как такое может быть?

Она подняла голову. Оказывается, Феррис давно следил за ней. Впервые в жизни взор его синих глаз показался ей таким напряженным и серьезным.

– Вот именно, – веско промолвил он. – Я могу. Я имел в виду именно то, о чем ты подумала.

– Ну, откуда тебе знать… – Катра покраснела от стыда.

– Оттуда. Это именно то, о чем ты думаешь. И я один из этих мужчин.

Катра остолбенела. Феррис? Один из тех мужчин, которые, как она слышала… такие?! Нет, этого не может быть. Но с другой стороны – зачем ему врать? Милый, добрый Феррис… ее лучший друг….Ее внезапно охватило такое сострадание, такая тревога и жалость, что стало тесно в груди. Да, с некоторых пор ее жизни вряд ли позавидуешь – но что же должен был испытывать он?

– Почему ты до сих пор молчал? – еле слышно прошептала она.

Он обошел ее и двинулся к двери.

– Постой, куда ты? – Она кинулась следом, заломив руки от горя, но остановилась на полпути. Что она ему скажет? Господи, какая жуть! Что теперь с ними будет?

– Я не обижусь, если ты меня возненавидишь, – кинул он с порога. – Поверь, подчас я сам себе ненавистен! – С этими словами он вышел и громко хлопнул дверью.

– Феррис, не надо! – Она ринулась следом, распахнула дверь и выглянула в коридор. – Феррис! – Ее голос звучал приглушенно, ведь все в доме уже спали. Но он шел не оборачиваясь, и волей-неволей Катре пришлось кинуться вдогонку. Она выбежала в коридор.

– Нет, Катра, – отчеканил он, задержавшись возле лестницы и выставив перед собой руку. – Нам больше не о чем говорить.

– Но я не собираюсь тебя ненавидеть! Пожалуйста, останься, поговори со мной! Я должна разобраться и понять! – молила она.

– Не стоит. Да и нечего тут понимать, – сурово возразил Феррис. Но Катра видела, что его лицо снова стало мокрым от слез. – И так все понятно. – Он кубарем скатился с лестницы и метнулся к парадной двери, как будто мальчишка, убегающий от строгой няни. Только мелькнули фалды фрака да скрипнули по мраморному полу лаковые туфли.

Через час Катра услышала, как к дому подъехала карета. Она так и сидела на ступеньках, не в силах двинуться с места. Она хотела во что бы то ни стало дождаться Ферриса, чтобы довести разговор до конца. В доме царили темнота и тишина. Катра с тоской представила его обитателей, погруженных в глубокий безмятежный сон.

Она старалась не думать о Райане – спит он или бодрствует.

Она твердо решила отнестись к Феррису как можно мягче. Он был ее другом и почти всегда был с ней честен. И ужасно терзался от сознания своей вины в том, в чем признался ей сегодня ночью. Кто, как не Катра, мог бы его понять и простить? Ведь она мучилась не меньшей виной! Тайный стыд и раскаяние медленно, но верно разъедали душу, и Катра вовсе не хотела, чтобы Феррис страдал от такой же пытки. Значит, надо дождаться его и сказать, что ничего страшного не случилось.

Катра насторожилась в ожидании его шагов на крыльце. Хлопнула дверца кареты, хрустнул тонкий ледок, сковавший лужи, – и ее сердце тревожно екнуло.

Ах, как ей хотелось раскрыться перед ним до конца! Рассказать ему и о Райане, и о предательстве отца – обо всем! Но выдержит ли Феррис такой груз? Ему сейчас и так тяжело. И Катре придется ждать, пока он оправится и окрепнет, а тем временем самой нести тяжесть своей вины.

Вот если бы то, в чем он признался, смыло с нее хоть часть греха! Но ведь она изменила Феррису независимо от того, кем он оказался, и должна нести наказание сама.

Наконец дверь распахнулась, и она вскочила со ступеньки, но на пороге вместо мальчишеской фигуры Ферриса возник массивный силуэт Райана.

Он зажег свечу в канделябре над дверью и замер, заметив ее на лестнице. Катра стояла неподвижно, следя за тем, как шок на его лице сменился настороженностью.

– Миссис Честер! – раздался в темноте его раскатистый вкрадчивый голос.

Как всегда, этого было достаточно, чтобы по ее телу прокатилась волна жаркой истомы.

– Что вы здесь делаете в такой час? – Он обвел глазами переднюю, как будто ожидал увидеть здесь кого-то еще.

Ее глаза защипало от слез. Он показался ей таким сильным… Таким надежным и уверенным в себе. Ах, если бы не думать ни о чем – просто кинуться к нему на грудь, и выплакаться, и поделиться своим горем!

– Катра, – не в силах сдержать тревогу, он шагнул вперед, – с тобой что-то случилось?

Она всхлипнула, из последних сил борясь с истерикой. И молча покачала головой.

– В чем же дело? – Теперь Райан был так близко, что можно было различить сочувствие в его глазах.

– Ничего страшного. – Она перевела дыхание и добавила: – Прости, я не хотела тебя пугать.

Он встал на нижнюю ступеньку и взял ее под локоть. Катра невольно вздрогнула.

– Идем, – сказал Райан. – Поговорим в библиотеке.

Дверь в библиотеку оказалась закрыта неплотно, и сквозь щелку было видно, что в камине все еще тлеет огонь. Катра оглянулась, но в комнате никого не было. Только тогда она закрыла дверь в коридор.

– Когда я задерживаюсь в городе, они нарочно оставляют для меня разожженный камин, – пояснил Райан, направляясь к бару с напитками. Он успел заметить, как тревожно осматривалась Катра. – Я люблю заглянуть сюда перед сном. – С хмурой улыбкой он налил себе бренди и добавил: – Особенно в последнее время. Не желаешь? – И он кивнул на графин с хересом.

Катра отрицательно тряхнула головой.

– Присядем? – Райан заботливо проводил ее к креслу возле камина и устроился напротив. – Ты уверена, что все в порядке?