Элайна Фокс - Танцы и не только

– Феррис, ты же знаешь, что со мной можно говорить о чем угодно! Мы с тобой дружим так долго, что мне не страшно доверить любую тайну!

А вдруг у него есть любовница? Вдруг он тоже любит другую? В ее груди затеплилась надежда. По крайней мере это снимет с нее хотя бы часть вины!

– Знаю, – улыбнулся Феррис дрожащими губами. – Мы дружим с тобой с незапамятных времен. Вот почему я надеялся, что все получится. Но, Кэт, я не знал… нет, скорее, просто не думал об этом. Ну, о том, что ты… что ты захочешь, чтобы наш брак завершился… в общем, как полагается.

– То есть как не думал? – охнула Катра. Феррис шумно выдохнул и скрестил руки на груди.

– Я понятия не имею, как то, что случилось прошлой ночью… могло случиться вообще! Понимаешь, я ведь никогда… никогда еще этим не занимался!

– Я тоже, – несмело улыбнулась Катра. На этот раз не Феррису, а ей пришлось прятать глаза.

– Нет, ты снова не понимаешь! Я не делал этого, потому что не хотел! По крайней мере… по крайней мере с женщиной! – Последние слова он произнес свистящим шепотом, и только после долгого молчания Катра осмелилась посмотреть на него прямо.

– Как это понимать?

Феррис, и без того красный как рак, покраснел еще сильнее. Катра смотрела на него, постепенно осознавая смысл услышанного только что признания. Не в силах терпеть эту пытку, он схватил ее за плечи и прижал к себе, как будто равным образом старался утешить и найти утешение для себя.

– Ты такая чистая, невинная, – сдавленно пробормотал он. – Поверь, я ненавистен себе за то, что разрушаю эту чистоту!

Вот так штука! Ведь Катра успела возненавидеть себя за то же самое!

– Пойми, я не могу! Я просто не в состоянии… – Феррис по-прежнему не выпускал ее из объятий, но теперь Кат-ре казалось, что он делает это нарочно. Уткнувшись носом ему в грудь, не очень-то разглядишь, что творится с его лицом. – Я не могу заниматься с тобой любовью. Большинство мужчин, как ты знаешь, они… могут. А у некоторых… бывают проблемы.

Он замолчал, и пауза так затянулась, что Катра сочла своим долгом что-то сказать.

– Ну так и что, все равно придется с чего-то начинать. Мы же оба с тобой новички, Феррис! И справимся с этим, если станем помогать друг другу. Думаешь, я не боюсь? – И это было правдой. Она боялась, да еще как!

Феррис перевел дух и выпалил:

– Нет, я имел в виду не это! Я хотел сказать…

Катра почувствовала, как напряглось его тело. Он содрогнулся, как будто был охвачен брезгливостью.

– Господи, какая же я дрянь! – вырвалось у него.

– Но почему, Феррис? Почему ты даже не хочешь попытаться? Ты что, вообще… никогда не хотел заняться со мной любовью?!

– Мне казалось, что до этого не дойдет, – со вздохом признался он. – Потому что мы честно заключили сделку: брак в обмен на независимость. Ты ведь не забыла об этом, правда, Кэт? Вот я и подумал, что, раз у нас такой уговор, ты не захочешь… не будешь ждать от меня…

– А о детях ты не подумал? – Она все-таки сумела отодвинуться, чтобы заглянуть ему в лицо. Но и сейчас в ее голосе звучало больше мольбы, нежели гнева. – Я не жду от тебя любви, Феррис. Я отлично знаю… мы оба знаем о наших чувствах. Но разве тебе не приходило в голову, что я захочу детей? А ты сам? Ты не хочешь?

– Честно говоря… – он снова разглядывал свои руки, – я как-то об этом забыл. – Феррис пожал плечами с таким несчастным видом, как будто вот-вот заплачет. – Мне это вообще не приходило в голову.

Катра глотала и глотала, не в силах преодолеть тугой комок, застрявший в горле.

– Кэт, прости меня! Прости, ради Бога! Я бы хотел справиться с этим… но не могу, честное слово!

– Но, Феррис… – Она что было сил стиснула его руки. Он вырвался и грохнул кулаком по гардеробу. От неожиданности Катра подскочила на месте.

– Нет! – отчаянно выкрикнул он. – Нет, я не хочу даже пробовать!

Катра в ужасе отшатнулась, но Феррис поймал ее за плечи.

– Пожалуйста, прости меня! – надломленным голосом заговорил он. – Откуда тебе было знать… Прости, если сможешь! Наверное, я в чем-то… в чем-то предал тебя. Но я не хотел этого, честное слово, не хотел!

Его лицо горестно скривилось, и Катра с удивлением увидела, что Феррис плачет. Сама она уже давно обливалась слезами.

– Ох, Феррис, мне не за что тебя прощать! Это же просто… просто… – Не в силах говорить дальше, она спрятала лицо в ладонях. Вся ее жизнь превратилась в какую-то постыдную, бесчестную сделку. И внезапно она подумала, что в погоне за благополучием продала даже собственную душу. Ради чего?

– Кэт, перестань! – хрипло взмолился Феррис, снова привлекая ее к себе. – Я готов умереть от позора! Прости меня! Ты даже не представляешь, как я себе противен! Я стал позором и для тебя, и для всей семьи! Я это знаю, и рано или поздно об этом узнают все! Мне так жаль, Кэт! Мне ужасно жаль…

Его голос прервался, и Катра почувствовала, как он вздрагивает от рыданий. Горячие слезы промочили ей платье в том месте, где он прятал лицо у нее на плече.

– Не надо так говорить о себе, Феррис, – приговаривала она, машинально гладя его по спине. – Ты не виноват.

Ей следовало радоваться тому, что Феррис ее не хочет. Ей не придется делить с ним постель. Ей не придется терпеть его ласки, его внимание, его страсть. Ей не придется ласкать его в ответ и безропотно отдаваться ему ночь за ночью, представляя на его месте Райана.

Но вместо этого внутренний голос с отчаянием кричал, что отныне ей суждено навек остаться бесплодной и никому не нужной. Никто не прикоснется к ней и пальцем. Соседи без конца будут перемывать ей косточки и гадать, отчего у них нет детей. А в конце концов их поместье достанется Бейкеру Мэнсфилду.

– Может быть, – с робкой надеждой прошептал Феррис ей в макушку, – может быть, нам удастся найти какого-нибудь сироту? Или… или…

– Ох, Феррис… – только и смогла ответить ему Катра, обреченно качая головой.

В какой-то степени она хотела бы признаться в том, что было прошлой ночью между ней и Райаном, но измученный рассудок попросту не находил нужных слов. В конце концов она пришла к решению, что ситуация и. без того достаточно невероятная и не стоит усугублять ее немедленным признанием в совершенном грехе. Для начала нужно хоть немного прийти в себя. По крайней мере Катра уже не сомневалась в том, что найдет в себе силы рассказать Фер-рису обо всем. Держать его в неведении больше не было смысла.

– А ты не можешь… – смущенно начала она, с трудом подбирая каждое слово. – Ты не можешь объяснить мне подробнее, Феррис, почему? Ты вообще никого не хочешь? Или не хочешь меня, потому что есть кто-то еще?

Он молча уткнулся ей в плечо.

– Ты можешь признаться мне во всем! – уговаривала она. – Я не стану сердиться! Я все пойму, честное слово, пойму! Мне просто нужно в этом разобраться, Феррис. Потому что если у тебя нет кого-то еще, то, кто знает, вдруг нам когда-нибудь удастся… завести детей?