Андреа Кейн - Эхо в тумане

— За исключением того, что это именно она вышла замуж за Трентона Кингсли.

— Неужели ты все еще хочешь его после всего, что произошло?

— Мне не нужен ни один мужчина. — Ванесса отвернулась. — Единственное, чего я хочу, — отомстить. — Она переплела пальцы. — Когда ты в последний раз говорил с Арианой?

— Недели две назад. Сейчас она с Кингсли на острове Уайт.

Ванесса резко развернулась:

— Они вернулись неделю назад.

— Откуда ты знаешь?

— Я же сказала тебе. Я кое-что осторожно проверила. — Она улыбнулась неприятной, холодной улыбкой. — Что подводит меня к выполнению моего плана, плана, для которого мне потребуется твоя помощь… и деньги… много денег… а также очень молчаливая портниха. Мне удалось пробудить твой интерес?

Глаза Бакстера заблестели.

— Я весь обратился в слух.

— Бакстер? Бакстер, где ты?

Недовольный голос и стук хлопающих дверей эхом разнеслись по дому и не позволили Ванессе продолжить разговор.

— Это Ариана. — Бакстер, наклонившись, схватил Ванессу за локоть.

— Нельзя, чтобы она увидела меня в Уиншэме. — Ванесса, побледнев, заметалась в поисках укрытия.

— Она нигде не должна тебя видеть, она считает тебя мертвой, — прошептал Бакстер, направляясь в коридор. — Оставайся здесь. Я все улажу.

Захлопнув за собой дверь и отойдя на три шага, он воскликнул:

— Эльф? Это ты?

И постарался как можно дальше отойти от библиотеки. Он столкнулся с Арианой у подножия лестницы.

— Где ты был? — возмущенно спросила она.

— Что ты имеешь в виду? Я был в своем кабинете.

— Почему Кулидж не открыл дверь?

— Он в отпуске. Что с тобой, Ариана?

— Нам нужно поговорить, Бакстер. — Ее бирюзовые глаза сверкали таким гневом, какого Бакстер никогда в жизни не видел.

— Конечно. Пойдем со мной.

Он повел ее по коридору. Миновав библиотеку, они вошли в уютную утреннюю комнату.

— Я пытался связаться с тобой. Тереза сказала, что ты и твой… — запнулся Бакстер, — муж на Уайте.

— Да, мы там были, но вернулись неделю назад.

— Понятно.

Все еще не пришедший в себя после потрясения, вызванного появлением Ванессы, Бакстер не мог сообразить, из-за чего так рассержена Ариана. Но ему недолго пришлось теряться в догадках.

— Мы должны поговорить о Трентоне, — ровным голосом сказала Ариана, скрестив руки на груди. — И о тебе. И о Ванессе.

Бакстер вздрогнул, когда она упомянула имя Ванессы. Ариана не может ничего знать, не так ли?

— Что ты хочешь знать о нас? — выдавил он.

— Две недели назад, после того, как покинула Уиншэм, я прочла дневник Ванессы.

Облегчение, нахлынувшее на него, подействовало, как глоток бренди.

— Прочла? Как тебе удалось уговорить мужа показать его тебе?

— Не в этом дело, Бакстер. Главное в том, что мне теперь известен взгляд Ванессы на все случившееся между ней и Трентоном.

— Взгляд?

— Я также поговорила с мужем. — Бакстер не упустил подчеркнуто собственнические нотки, появившиеся в голосе Арианы при упоминании о Кингсли. — Он все мне рассказал.

— Все?

Бакстер начинал ощущать себя попугаем, но никак не мог придумать, что сказать.

— Да. И теперь я здесь, чтобы попытаться понять, как ты мог так поступить. Я знаю, что ты жадный и эгоистичный, но ради Бога, Бакстер…

— Подожди минуту! — Оцепенение Бакстера тотчас же исчезло. — Жадный? Эгоистичный? Чьи это слова, Ариана, твои или Трентона?

— Мои. Неужели ты думаешь, что я не в состоянии оценить тебя только потому, что ты мой брат?

— Ты никогда прежде не злословила по поводу моего характера!

— У меня не было причины. Твои слабости не касались меня… до настоящего времени.

— Я растил тебя с тех пор, как умерли ваши мать и отец.

— Я вырастила себя сама, Бакстер. С помощью Терезы. Ты дал мне крышу над головой, но растратил все деньги, которые оставили мне родители. Поэтому можно сказать, что я более чем достаточно заплатила за все, что ты сделал для меня. Давай обойдемся без театральных эффектов, хорошо?

Бакстер несколько раз открывал и закрывал рот, прежде чем смог заговорить:

— Он определенно настроил тебя против меня.

— Я не против тебя. Я просто хочу знать правду.

— Какую правду?

— Это правда, что ты шантажировал Трентона и заставил его заплатить тебе пятьдесят тысяч фунтов за дневник? И что Ричард Кингсли умер из-за злобной клеветы, которую ты распространял в свете?

Бакстер вздохнул и сел.

— А я-то думал, что ты открыла новую разновидность птиц на острове…

— Ответь мне, «да» или «нет».

— Все не так просто, эльф. Да, Кингсли заплатил мне… кажется, действительно пятьдесят тысяч фунтов. Но то был не шантаж, а долг, который он мне обязан был вернуть.

— За что?

— За то, что он сделал с нашей сестрой.

— Это шантаж, — резко возразила Ариана, огорченно покачав головой. — В глубине души я надеялась, что ты станешь отрицать это или по крайней мере объяснишь. Но ты не можешь, не так ли?

— Я пытаюсь, Ариана, но ты не слушаешь.

— Ты действительно веришь в свою правоту. И это самое страшное. — Ариана в унынии уронила руки. — В этом всегда была твоя суть, Бакстер. Ты делаешь, что тебе вздумается, а затем обвиняешь других. Ты всегда жертва и никогда не ответчик. — Глаза ее наполнились слезами. — Нет необходимости спрашивать о Ричарде Кингсли. Я знаю ответ. Думаю, что знала его до того, как спросила. О Бакстер, мне жаль тебя.

Она повернулась и направилась к двери.

— Ариана! — Он бросился за ней и развернул ее лицом к себе. — Ты замужем за этим человеком всего месяц. Как же ты можешь верить ему, а не мне?

— Потому что он говорит правду.

— А как насчет Ванессы?

— Что насчет Ванессы? Думаю, мы никогда не узнаем правду о ее смерти. Единственное, что я твердо знаю, — мой муж не убивал ее. И не доводил до самоубийства. — Ариана деланно засмеялась. — Самое забавное в том, что он никогда не прикасался к ней.

— Это ложь! — взревел Бакстер, и вена запульсировала на его виске. — Если бы ты видела ее боль каждый вечер, когда она возвращалась от него домой, покинув его проклятую постель…

— Я больше не желаю слушать, — сказала Ариана и, уходя, добавила: — Может, я когда-нибудь и прощу тебя, Бакстер. Но только потому, что ты мой брат. То, что ты сделал, достойно презрения.

Дверь за ней захлопнулась.

— Ариана!

Он долго приходил в себя, затем бросился за ней, но, добежав до парадной двери, увидел, как экипаж Кингсли уже покинул подъездную аллею и скрылся из вида.

За его спиной прозвучало эхо одиночного всплеска аплодисментов.

— Вот это представление! Вполне достойное сцены. На меня произвело большое впечатление. Наша малышка сестра превратилась поистине в страстное создание.