Патриция Хэган - Цвет ночи (Любовь навеки)

– Как ты смеешь вламываться ко мне без спроса? – взвился Джордан. – Убирайся отсюда!

– А что ты сделаешь, если я не уберусь, дорогой братец? Обратишься в полицию? – Клинт опустился на стул.

Лицо Джордана перекосилось.

– Никогда не называй меня своим братом. Не хочу иметь ничего общего с предателем.

Клинт пожал плечами, пропустив мимо ушей колкость, и холодно заметил:

– Война уже закончилась.

– Это ничего не меняет. Ты отказался сражаться за своих соотечественников.

– Я считал, что Америка – единая страна. И хотел, чтобы она такой оставалась. Но я пришел не за тем, чтобы обсуждать этот вопрос.

Джордан откинулся на спинку кресла.

– Тогда переходи к делу и убирайся. Не хочу, чтобы мои клиенты видели тебе подобных в моем банке.

Клинт поднял бровь.

– Ты говоришь, в твоем банке? А что, Эдди умерла и похоронена, а я и не знал об этом? Ее переход в мир иной – единственный способ для тебя заявить права на ее имущество.

Джордан заставил себя успокоиться: он не должен позволить Клинту рассердить себя.

– Ну, есть много вещей, которых ты не знаешь и которые тебя не касаются.

– Собственно, я пришел по делу, которое меня очень даже касается, – ответил Клинт, вынимая из кармана сигару. Он сделал паузу, закурил и выпустил колечко дыма, – и то, чего я не знаю, вероятно, попадает в эту категорию.

Клуб серого табачного дыма повис перед лицом Джордана. Он сердито разогнал его рукой и рявкнул:

– Переходи к делу, Клинт. Сколько можно тебе повторять: я не хочу, чтобы ты здесь находился.

– Знаешь, – заметил Клинт, как будто в глубокой задумчивости, – хоть убей, не могу вспомнить, что я такого сделал, чтобы ты меня так возненавидел.

– Правда? Ну что ж, у меня нет времени ворошить прошлое, но я напомню тебе. Ты всегда был папиным любимчиком.

– Насколько помню, я тут ни при чем. Эдди не позволяла тебе ходить с ним, и он быстро понял, что спорить с ней бессмысленно. Обо мне она никогда не беспокоилась и не возражала против моих с ним поездок. Я бы сказал, нас растили по-разному, и это не наша вина. Так что ты ошибаешься, взваливая ответственность на меня.

– О, ради всего святого, – сказал Джордан нетерпеливо, – переходи к делу. Если ты пришел просить меня, чтобы я убедил Эдди вернуть тебе ее благосклонность, ты зря тратишь время. Меня устраивает нынешнее положение вещей, и, поверь мне, так даже лучше. А теперь иди. Я слишком занят, чтобы возиться с тобой.

Он начал перекладывать бумаги на столе, давая понять, что его сводному брату пора уходить.

Наблюдая за его реакцией, Клинт спросил:

– Ты слышал, ку-клукс-клан вчера избил одного из работников Дэнси?

Джордан поднял голову и резко спросил:

– С ней все в порядке? Они ведь не у нее это сделали, не так ли?

Клинт не мог понять, действительно ли Джордан озабочен или только притворяется.

– С ней все в порядке. Это было на ее земле, но она узнала об этом, только когда его принесли.

– Если ты не приступишь к выполнению своих обязанностей, рано или поздно пострадает и она, – упрекнул Джордан. – Когда ты, шериф, собираешься выяснить, кто в ответе за грабежи и насилие в округе?

– Я подумал, что у тебя может быть информация, полезная для меня.

– Какая же?

– Ну, например, почему ку-клукс-клан нацелился именно на Дэнси. Она говорила, ты мечтаешь на ней жениться. И мы оба знаем, что Эдди жаждет заполучить землю Дули. Похоже, у вас обоих есть основания хотеть, чтобы ее запугивали.

– Вот что я тебе скажу, черт бы тебя побрал, – Джордан подался вперед, сжал кулаки, лицо его побелело от гнева, – я не позволю обвинять меня или мою мать в причастности к презренному ку-клукс-клану.

Клинт только улыбнулся, что еще больше взбесило Джордана. Он замахал руками.

– Убирайся. Если бы я мог, я бы своими руками тебя вышвырнул.

Клинт медленно встал. Он намеренно тянул время. Потом двинулся к двери, все еще улыбаясь, и пообещал:

– Я буду следить за тобой, Джордан. Не делай ошибок. И передай это своей матери. Если я выясню, что вы причастны к клану, поверь, не посмотрю, что вы моя семья, пощады не ждите!

– Черт возьми, мы таким, как ты, не родня!

Клинт закрыл дверь раньше, чем запущенная Джорданом через всю комнату чернильница разбилась за его спиной. Он вежливо кивнул перепуганной женщине за конторкой и вышел из банка.

Он добился, чего хотел, – вывел Джордана из себя. Если тот является руководителем клана, в таком состоянии он станет неосторожным. Если же виновата Эдди, Джордан ей все расскажет.

Шериф направился в свой участок проверить, нет ли каких-нибудь важных сообщений, но там ничего не оказалось. Горожане избегали его. Он знал: ни от кого из них помощи ждать не приходится.

Беспокойно меря шагами маленькую комнатку, Клинт не мог думать ни о чем, кроме Дэнси. Они так нехорошо расстались! Он с детства знал, что в гневе она способна наделать глупостей. Может, стоит поехать и успокоить ее?

При звуке открывающейся двери Клинт вскочил, обернулся, положив руку на пистолет.

– Не вздумай стрелять в меня, шериф Мак-Кейб. Ты себе этого никогда не простишь.

У Клинта потеплело на душе при виде Лайлы Коули, очаровательной в своем ярко-оранжевом атласном платье с глубоким вырезом. Играя кружевным зонтиком, она проворковала:

– Ты не хочешь пригласить меня войти?

Очень обрадованный встречей, он ввел ее в комнату и закрыл дверь.

– Лайла, я думал, ты и носа в этот город больше не покажешь.

– И не показала бы. После истории с привидениями, – она деланно засмеялась, – но я приехала навестить больную кузину и, прежде чем уехать, решила проверить, в городе ли ты. И подумала, раз уж ты начальник полиции, я в безопасности.

Она подмигнула. Ее жизнерадостный тон, однако, был неестественным: Лайла с трудом удерживалась, чтобы не броситься ему на шею.

Полицейский участок был обставлен убого – всего один стол и два стула.

Клинт жестом предложил женщине сесть.

– Я рад, что ты зашла. Слышал, у тебя все нормально? С тех пор как ты поддерживаешь связь со своей подругой из заведения Суини, она рассказывает мне о тебе, о твоих делах.

– Рамона? Да, она иногда бывает в Нэшвилле.

Вдруг Лайла нахмурилась.

– Вообще-то именно из-за нее я здесь, Клинт. Она рассказала мне кое-что, и я подумала: тебе стоит это знать.

– Продолжай, – заволновался он.

– Ты знаешь Слейда Хокинса, управляющего твоей матери?

Клинт настороженно кивнул.

– Рамона рассказала мне странную вещь. Видишь ли, она иногда спит с Баком Суини, когда расходятся посетители. И ее раздражает, когда Слейд глубокой ночью подает сигналы, чтобы Бак к нему вышел.