Сюзанна Баркли - Львиное сердце

– Леди Сьюзан в прошлом году останавливалась у госпожи Аилы, когда ехала на север, и она как две капли воды похожа на эту девушку. Она очень гордилась своей сестрой Меган, бардом Эаммона Сатерленда из Кертхилла.

– Но мужчина – с юга, Майри, – вставил Джок.

– Но он женат на мне, значит, тоже Сатерленд.

– А Сатерленды ничего не берут со своих родичей, – сказала высокая, рыжеволосая Майри.

– Очень благородно со стороны разбойников, – заметил Росс.

Джок еще больше посуровел.

– Нечего нас так называть. Вы у себя на юге тоже берете дань за проезд по дорогам и мостам. И мы делаем то же самое здесь.

Это было действительно так, но Росс не собирался уступать.

– А если нам нечем заплатить?

– Между родичами плата необязательна, – проворчал Джок.

– Спасибо. – Меган искоса бросила на Росса взгляд, который говорил: «Я же тебе сказала, что все улажу». Не обращая внимания на его подавленное рычание, она спросила: – Вчера какие-нибудь незнакомцы проезжали здесь?

Джок покачал головой.

– Почти никакой поживы.

– Сегодня утром в лесу были люди, – вмешался другой мужчина.

– Это на них лаяла моя собака, – сказал третий.

– Сколько их? Куда они направлялись? – спросил Росс.

Первый из говоривших пожал плечами.

– Не знаю. Я подумал, что это какие-то полоумные, так как было очень рано.

Дальнейшие расспросы выявили, что этот человек, живший в северной части леса, слышал топот лошадиных копыт двух отрядов, проезжавших один за другим.

– Один из них – это Оуэйн с моими людьми, – тихо заметил Росс. Но кто кого преследовал? И что из себя представлял другой отряд? – Нам надо ехать, – сказал он.

Жители деревни стали растаскивать заграждение, и тут подбежал человек с криком:

– Джок, иди скорее. – Он остановился, перевел дух и проговорил: – На горном кряже у Ларига идет страшная битва. Отряд горцев загнал в угол несколько рыцарей – то ли англичан, то ли южан, судя по их оружию. Я никогда не видел таких огромных лошадей и такого великолепного оружия.

– Это мои люди! – воскликнул Росс. Волнение хозяина передалось жеребцу, Зевс заржал и стал рваться вперед. Росс натянул поводья, и боевой конь загарцевал по кругу, пока Росс спешно принимал решение. – Пожалуйста, проведите меня к тому кряжу, – попросил он Джока, – и позаботьтесь о моей жене.

Он спустил Меган на землю, и ее окружили женщины. Меган же была этим крайне недовольна.

– Возьми меня с собой! – кричала она, а Майри удерживала ее.

– Поле битвы не место для женщины, – сказал Росс грубовато, хотя сердце его ныло от желания поцеловать и обнять ее напоследок.

Он развернулся и поспешно отъехал, чтобы не проявить слабость и не схватить ее в свои объятия. Но не бросить последний взгляд через плечо он не мог.

Образ Меган, стоящей среди ларигских женщин, он унес с собой, отправляясь в свое, возможно, последнее в жизни сражение. С высоко поднятой головой, блестящими на солнце волосами она выглядела так же воинственно и решительно, как ее предки – викинги. Только бы она не совершила какое-нибудь безрассудство, успел подумать Росс, прежде чем сосредоточиться на предстоящей битве.

У Росса ушло меньше четверти часа, чтобы добраться до горного кряжа, но ему показалось, что прошла вечность. Достигнув вершины горы, он услыхал лязг железа, остановился и спешился. Прокравшись вдоль скалы, Росс увидел то, от чего кровь застыла в жилах.

Местность была такой же дикой, как та, по которой они с Меган ехали. Перед ним находился узкий земляной выступ с наклоном в одну сторону – там виднелось глубокое ущелье. Неподалеку он увидел своих воинов – они стояли спинами к пропасти, окруженные с трех сторон большим отрядом длинноволосых мужчин в шерстяных и кожаных одеждах и кольчугах. Все мускулы у Росса напряглись от стремления ринуться вперед по дороге и напасть на тех, кто угрожал членам его клана. Но в нем глубоко укоренилась осторожность. Что же делать? Росс спрятался за скалами и стал думать. Он хорошо вооружен, и у него прекрасно выученный боевой конь, но он один. Несколько минут на его стороне будет преимущество внезапности. Вот если бы у него было хотя бы несколько воинов… шесть или восемь – тогда другое дело.

За спиной Росса заржал Зевс. Росс обернулся, выхватив из ножен меч. С дюжину крепких низкорослых и лохматых северошотландских лошадок вскарабкались по дороге и остановились возле Зевса. На них в полном вооружении и широко улыбаясь сидели мужчины из Ларига.

Он убрал меч и подошел к ним.

– Зачем вы приехали?

С передней лошади к Россу нагнулся Джок.

– Мы приехали помочь вам, милорд.

Остальные приглушенными криками выразили свое согласие с Джоком и замахали в воздухе двухметровыми копьями. Росс взглядом командира окинул это сборище. Он был восхищен их отвагой, так как на этих людях были лишь оранжевые рубахи, доходящие до бедер, короткие кожаные башмаки и треугольные шлемы, а в руках – круглые щиты. Он сравнил их с рыцарями-шотландцами с юга, которые шли в атаку закованные в железные латы, а простые воины – в кольчуги, и с валлийцами, одетыми в прочные кожаные туники.

– Ваша помощь подоспела вовремя, – сказал Росс, и к нему вернулась надежда. – Моих людей превосходят численностью.

– Мы, Сатерленды, сражаемся каждый за двоих.

Росс улыбнулся.

– Тогда вперед.

– Сейчас. – Джок повернулся и позвал последнего из вереницы воинов. Тут Росс увидел, что у того сзади в седле сидит еще кто-то. – Барда лучше оставить здесь, – сказал Джок.

– Меган! – воскликнул Росс, когда она выглянула из-за мужского плеча. – Какого черта…

– Я буду перевязывать раненых, – робко сказала она, стараясь не показать, что трусит.

Как же он на нее рассердился! И уж совсем разбушуется, если узнает, что она рискнула приехать, чтобы оберечь его своим присутствием, как тогда, когда он, отравленный, лежал в постели. В глубине души Меган чувствовала, что, если она оставит его, он может умереть.

– Это такая глупость… – начал было Росс и сорвал с головы шлем, надвигаясь на нее с перекошенным лицом и содрогаясь от гнева. – Будь у меня время, я бы… я бы…

Он же любит ее. Она увидела его любовь, несмотря на яростный блеск глаз, и это придало ей мужества не отступать. Приподнявшись на цыпочки, Меган поцеловала его прямо в крепко сжатый сердитый рот и ощутила, как он чуть-чуть помягчел.

– Иди с Богом, любовь моя, – прошептала она. – Я укроюсь в скалах и стану ждать тебя и молиться, чтобы ты вернулся ко мне невредимым.

От ее смиренного тона его гнев поубавился.

– Меган, как же ты испытываешь мое терпение. – Сжав зубы, он сел на Зевса. – Меган, я приказываю тебе спрятаться в скалах и не вылезать оттуда, пока я не вернусь за тобой. От меня не будет проку в этом сражении, если я стану думать о том, что ты в опасности.