Джейн Киддер - Поцелуй страсти

Виктория подняла бокал и не опускала, пока Александр Шоу произносил весьма велеречивый и многословный тост, из которого, впрочем, в ее памяти не сохранилось ни единого слова.

«Ты теперь принадлежишь к семье Уэлсли…» — случайные слова Майлза эхом отдавались в ее мозгу, точно звон церковного колокола. Уэлсли! Ни разу за все эти недели сомнений и страхов Виктория не задумывалась о том, что это значит — выйти замуж за Майлза. Только сейчас она осознала, что несколько слов преподобного Смита в один миг сделали ее членом одного из самых богатых и известных семейств в стране. И даже если Майлз без особой охоты согласился взять ее в жены, теперь он не может не признать ее принадлежности к своему многочисленному семейному клану.

Миссис Уэлсли. Виктория Уэлсли. Как странно слышать свое имя рядом с фамилией Майлза! К ее удивлению, это новое сочетание вовсе не казалось Виктории таким уж неприятным. Непривычным — пожалуй, но вовсе не неприятным.

Свадебные здравицы следовали одна за другой. Виктория окинула хозяйским взглядом казавшийся бескрайним зал и с удивлением заметила, что неукротимая Джорджия без всякого смущения кокетничает напропалую с застенчивым Эриком. Девушка невольно улыбнулась, видя взволнованное и в то же время довольное выражение на лице Эрика, когда Джорджия кокетливо хлопнула его своим веером по руке.

— Кажется, твою сестру можно поздравить с победой, — зашептал ей на ухо Майлз. — Бедняге Эрику нипочем не удержать свои позиции от такого целеустремленного натиска.

— Думаю, теперь, когда ты выбыл из числа выгодных женихов, Джорджия решила возместить потерю и взяться за твоего брата.

— Надеюсь, ему повезет больше, — пробормотал Майлз, не в силах скрыть прозвучавшую в его голосе горечь. — Может, хоть ему достанется девушка, которой он будет по-настоящему дорог.

Заметив боль в глазах Виктории, он немедленно пожалел об этих неосторожных словах.

— Жаль, Стюарт не смог приехать, — быстро добавил он. — Он бы больше подошел для Джорджии. Эрик еще слишком молод.

— Эрик и Джорджия — одногодки, — возразила Виктория.

Майлз хмыкнул.

— По годам, возможно, они ровня, но во всем остальном Эрик уступает твоей сестрице.

Подоспел очередной тост, и снова молодожены подняли бокалы.

— Слушай, не пей так много, — осторожно предупредил Майлз, когда им наливали шампанское. — Мне кажется, тебе уже довольно.

Виктория вызывающе подмигнула жениху, поднесла бокал к губам и сделала большой глоток, хотя никакого тоста в тот момент не прозвучало.

— Да ты упрямица! — удивился Майлз. — Ну ладно, поступай, как тебе вздумается, только запомни — если завтра утром, когда мы проснемся, у тебя будет раскалываться голова, не ищи у меня сочувствия.

Случайное упоминание о том, что утром они должны проснуться в одной постели, заставило Викторию побледнеть. Она поставила бокал на стол и спросила:

— Когда начнутся танцы?

— Полагаю, после того, как разрежут торт.

Как раз в эту самую минуту двери кухни распахнулись, и шеф-повара семейств Пемброк и Уэлсли, шагая бок о бок, вкатили в зал тележку, на которой возвышался гигантский шестислойный свадебный торт, украшенный марципановыми купидонами и задрапированный разноцветными лентами.

Раздались крики восторга и аплодисменты — гости приветствовали искусников поваров, восхищаясь размерами и затейливостью свадебного торта. Майлз вскочил и за руку потащил Викторию к торту-гиганту, где и вручил ей со всей торжественностью серебряный нож. Вместе они вырезали из торта первый кусок, разделили его пополам и накормили друг дружку. Гости со смехом наблюдали за этим процессом, после чего в столовой снова раздались аплодисменты — выяснилось, что Майлз выпачкал Виктории нос сахарной пудрой.

Слуги начали обносить гостей тортом, а молодые пошли вдоль столов, останавливаясь, чтобы получить поздравления и пожелания счастья от многочисленных друзей. Неожиданно к ним подошел Седрик с двумя бокалами шампанского в руках.

— Миссис Уэлсли не желает больше шампанского. — Майлз отказался от предложенного ему бокала, но Виктория не последовала его примеру.

— Еще как желает! — Она одарила Майлза таким взглядом, что тот счел за благо не перечить сейчас супруге.

Майлз пожал плечами и жестом приказал Седрику подать Виктории бокал, но, когда дворецкий ушел, он не смог сдержать своего негодования:

— Черт побери, Виктория, будет очень жаль, если ты переусердствуешь с шампанским!

— Я вовсе не собираюсь напиваться, если ты об этом. Кроме того, мне бы хотелось, чтобы ты видел во мне взрослого человека, отвечающего за свои поступки.

— О, я нисколько не сомневаюсь в том, что ты уже взрослая, — парировал Майлз. — Вопрос в другом — насколько ты ответственна как жена.

При столь прозрачном намеке на предстоящую ночь Виктория вспыхнула и торопливо отвернулась. Заметив за ближайшим столиком Мери Энн Парке, она поспешила к подруге.

— Все в порядке? — Мери Энн явно сочувствовала Виктории.

— Конечно. Почему ты спрашиваешь?

— Ну, после того небольшого промаха, который ты допустила во время венчания…

— Ах, ты об этом! Я просто отвлеклась.

Мери Энн недоверчиво хмыкнула, задаваясь вопросом: что может отвлечь невесту в момент венчания? Не найдя ответа, она кивнула на бокал шампанского в руках у Виктории:

— Неплохая, между прочим, мысль.

— Что?

— Чуточку выпить перед «этим». Это поможет тебе расслабиться, и многое упростит… потом.

— Ты просто читаешь мои мысли, — хихикнула Виктория. Она тут же допила шампанское и оглядела зал в поисках Седрика.

— Ну куда же он запропастился? — проворчала она раздраженно, не видя дворецкого в зале. — Пусть только появится, я тут же заберу у него всю бутылку!

Начались танцы. Поскольку из-за смерти сэра Джона от традиционного вальса невесты с отцом пришлось отказаться, первым, кто пригласил Викторию на вальс, оказался, конечно же, Майлз. Когда музыканты подняли смычки, он подошел к жене и повел ее в центр зала.

— Не перестаю восхищаться тем, как замечательно ты танцуешь, — шепнула Виктория, когда они закружились в вальсе.

— Могу сказать о тебе то же самое, — пробормотал Майлз, — хотя сегодня ты явно не в лучшей форме.

— Неужели?

Он укоризненно покачал головой, сохраняя при этом на лице свою самую обаятельную улыбку.

— Да уж! Я насчитал шесть бокалов шампанского, выпитых тобой за вечер, и оно, между прочим, уже начинает действовать. Что ты задумала? Решила подкрепить силы перед тем, что ждет нас сегодня ночью, — или просто напиться вдрызг, чтобы вообще ничего не чувствовать?