Линн Робертс - Превратности любви

16

— О, Гас, наконец-то вы вернулись! Я так вас ждала! Я хотела обсудить с вами кое-какие детали, касающиеся приема…

Джорджи влетела в кабинет Седжа и бросилась было к его креслу, но резко остановилась, когда он, подняв глаза от газеты, смерил ее укоризненным взглядом.

— Может, вы сначала объясните мне, почему вы ходили вчера к Линдхарсту? — холодно осведомился он.

— О! — Она поднесла руку ко рту. — Значит, вы узнали об этом?

Седж отбросил газету и выпрямился в кресле.

— Об этом знает весь город, Джорджана.

— Что? Не может быть! О Господи!

— Кое-кто видел, как вы входили в дом Роберта, и рассказал об этом всем и каждому. Вы стали предметом сплетен, Джорджана, опозорились сами, а заодно опозорили и меня.

Джорджи медленно покачала головой.

— Я не подумала, что об этом могут узнать…

— Черт побери, Джорджана, вы никогда не думаете о том, какие последствия могут повлечь за собой ваши поступки! — взорвался Седж, вскакивая на ноги. — Да как вам вообще могло прийти в голову встречаться с этим развратником, тем более у него дома?

— Мне необходимо было повидаться с Робином, Гас, и объяснить ему, что я не могу выйти за него замуж, потому что сочеталась браком с вами, — по-детски наивным тоном ответила Джорджи.

Окончательно потеряв контроль над собой, Седж схватил ее за плечи и сильно встряхнул.

— Вы сделали меня посмешищем, опозорили перед всеми! — закричал он. — Но вас это, верно, не волнует.

Джорджи посмотрела на него широко раскрытыми, повлажневшими глазами.

— Но ведь я сделала это не нарочно, Гас. Если бы я знала заранее, чем это закончится, я бы не пошла к нему.

Сейчас она была похожа на десятилетнюю девочку, и Седж ощутил внезапный прилив нежности. Его гнев рассеялся, но он продолжал разговаривать с ней строго.

— Пообещайте мне, Джорджана, что вы больше никогда не станете навещать джентльменов в их резиденциях, — потребовал он. — Никогда и ни при каких обстоятельствах.

— Обещаю, Гас… Разве что… если это окажется необходимым.

— Что-о? Вы снова за свое?

Он опять встряхнул ее, на этот раз не так сильно.

— Если мне понадобится встретиться с каким-то джентльменом, я попрошу вас сопровождать меня во время этого визита, — сказала Джорджи примирительным тоном, заглядывая ему в глаза.

— Джорджи, Джорджи, — Седж отпустил ее и устало провел ладонью по лицу. — Даже не знаю, что мне с вами делать…

— У меня есть одна идея на этот счет, Гас. Джорджи привстала на цыпочки и поцеловала его в щеку. Седж недоуменно приподнял бровь, потом вдруг почувствовал, как кровь приливает к лицу… Но Джорджи была слишком наивна, чтобы вкладывать в свои слова тот смысл, который уловил в них он.

— Мы могли бы сыграть партию в шахматы, — пояснила она, одарив его лучезарной улыбкой.

— В шахматы?

— Конечно. В последний раз я одержала победу. Неужели вам не хочется отыграться?

Седж наклонил голову и заглянул ей в лицо.

— Я задаюсь вопросом, что у вас на уме на этот раз, Джорджана. Вы снова что-то замышляете?

Она покачала головой.

— Я просто стараюсь поднять вам настроение, Гас.

— Очень мило с вашей стороны, — миролюбиво заметил он.

Джорджи положила руки ему на грудь, играя его шейным платком. Он обнял ее за талию и склонился над ее губами… Внезапно на пороге возник дворецкий.

— Мисс Теннисон, миледи, — объявил он, смущенно кашлянув.

— Черт побери! — проворчал Седж, отстраняясь. Он уже в сотый раз подумал, что им было бы намного лучше в его поместье, там бы их не тревожили визитеры.

Джорджи вовсе не была удивлена, узнав от Сьюзен, что Том очень зол на нее и считает ее брак с Седжем чуть ли не предательством по отношению к нему.

— Это к лучшему, Сьюзен, — заверила она подругу. — Пусть сердится на меня, это только сблизит его с тобой. Ты поможешь ему утешиться, излечишь его разбитое сердце… Хотя я, по правде сказать, не думаю, что он действительно страдает. Том никогда не был по-настоящему влюблен в меня, гораздо больше его интересуют земли моего отца.

— Не знаю, нужны ли ему мои утешения, — тихо проговорила Сьюзен.

— Конечно нужны. Мой брак нанес серьезный удар по его честолюбию, и он чувствует себя уязвленным. Он нуждается в ком-то, кто помог бы ему обрести уверенность в себе, и этим человеком должна стать ты. Вот увидишь, он быстро проникнется к тебе теплыми чувствами, если ты будешь рядом.

Сьюзен улыбнулась.

— Я всегда буду рядом, если он этого захочет.

Ее все еще одолевали сомнения, и Джорджи сделала все возможное, чтобы рассеять их. Дав Сьюзен все необходимые наставления насчет того, как ей следует вести себя с Томом, она посоветовала подруге немедля поехать к нему. В противном случае роль утешительницы может взять на себя какая-нибудь другая девушка. Когда Сьюзен ушла, Джорджи подумала, не выйти ли ей на прогулку, но потом все-таки предпочла остаться дома и побыть с Седжем.

За обедом они оживленно беседовали. Дурное настроение Седжа как рукой сняло, он с удовольствием слушал болтовню Джорджи, все больше и больше заражаясь ее весельем. Ему нравилась ее простота, привычка восхищаться каждой мелочью, в этом было что-то трогательно-детское.

— Этот сервиз просто великолепен, Гас, — восхищалась она, разглядывая узор на тарелках. — Он напоминает мне китайскую вазу, которая стояла в моей спальне в Читтерн Сент Мэри.

Джорджи восхищалась буквально всем — едой, столовым серебром, обстановкой. С горничной, которая прислуживала им за столом, она разговаривала так, словно та была ее близкой подругой. От ее внимания не ускользнул кашель, который мучал девушку, и она посоветовала ей попробовать простое средство: смесь бренди с медом.

— Вы должны принимать полный стакан каждый час, и тогда вы быстро излечитесь, — учила она.

Седж рассмеялся, наливая себе и ей шампанского.

— Столовую ложку, а не стакан, Джорджи, — поправил он. — Если она выпьет целый стакан бренди, то сразу же захмелеет с непривычки.

Джорджи посмотрела на него с озорным блеском во взгляде.

— Зато, когда она протрезвеет, ее кашель сразу пройдет. Это называется интенсивной терапией.

— Вы тоже решили прибегнуть к интенсивной терапии, Джорджи? — с улыбкой осведомился Седж, наблюдая, как она осушает третий бокал шампанского.

— О, вы ведь знаете, Гас, что я обожаю шампанское! Я просто не в силах устоять.

Седж помнил, что Джорджи любит шампанское еще со времен их ужина в Литтл Биктоне, потому и приказал дворецкому принести из подвала две бутылки. Он все время наполнял бокал Джорджи, наблюдая, как ее веселость приумножается с каждым выпитым глотком. Он не замечал, что тоже захмелел, ведь он выпил вдвое больше, чем она.