Барбара Эрскин - Дитя Феникса. Часть 2

Он озадаченно покачал головой.

– Я думал, что мой соперник лорд Файф. Я мог бы сразиться с живым мужчиной, из плоти и крови. Но с призраком? – Он снова перекрестился.

– Ты можешь сразиться и с призраком, – ласково сказала она, – если твоя любовь достаточно сильна.

– Неужели? – Он серьезно смотрел ей в лицо. – Для призраков нет никаких замков и задвижек! Я не могу увезти тебя куда-нибудь подальше и спрятать там от призрака! Мы приехали сюда, чтобы нас не выследили люди. Ты обещала, что никто нас здесь не найдет. Но он нашел! Твой призрак стоял над нами и наблюдал, как мы целуем и ласкаем друг друга, как когда-то происходило у вас с ним. А я был слишком объят желанием и ничего не замечал! Разве можно с этим бороться? – В его голосе слышалась боль.

Элейн закусила губу.

– Не знаю, но ты должен бороться с ним, и ты должен побороть его.

– Он появляется и тогда, когда ты с лордом Файфом?

– Нет.

– Почему нет?

– Потому что я не люблю Малкольма и он не ревнует к Малкольму. – Она поднялась на ноги. – Как ты не понимаешь? Это потому, что я так сильно люблю тебя, поэтому он и посетил нас. Он ревнует меня к тебе. – По ее щекам текли слезы. – Дональд, я не знаю, как бороться с ним. Не знаю, как заставить его уйти и не преследовать нас. Я любила его. Я любила его все время, пока не встретила тебя, но теперь…

– Что теперь?

– Теперь я хочу живого, настоящего мужчину, возлюбленного из плоти и крови. Мне нужен мужчина, который так крепко держал бы меня в своих объятиях, что у меня замирал бы дух!

Дональд улыбнулся и, протянув к ней руки, привлек к себе. Ее тело было холодным как лед.

– Значит, мы должны бороться вместе. Скажи ему, чтобы он убрался и поискал себе женщину-призрак, и пусть она, а не ты, согревает его сердце. – Он улыбнулся; Элейн заметила мелкие морщинки в уголках его глаз.

Поднявшись на цыпочки, она поцеловала его в губы.

– Ты привез мне стихи? – спросила она; дрожь еще продолжала ее бить.

Дональд кивнул. Отпустив ее, он подошел к своей одежде и нашел подсумку, которую носил у пояса.

– Тут есть еще кое-что, подарок для тебя. – Он вынул маленькую коробочку, в которой лежало кольцо. Открыв ее, он достал кольцо и преподнес его Элейн.

– Закрой глаза и дай сюда твою руку. – Кольцо пришлось впору на безымянный палец. Протянув руку к огню, Элейн в восторге рассматривала его, стараясь прочитать надпись.

– Что тут написано?

– «Любовь навеки». – Их глаза встретились, и он заметил в ее взгляде печаль. – Возможно, надпись не совсем подходит, учитывая обстоятельства, – тихо промолвил он.

Элейн отрицательно покачала головой.

– Прекрасно подходит, – заключила она.

Первое, что сделала Элейн, вернувшись в Фолкленд, – она кинулась проверить, на месте ли подвеска, которую она спрятала в ларце для украшений. Открыв крышку, Элейн поискала ее среди своих драгоценностей, но не нашла.

В это время в комнату неслышными шагами вошла Ронвен. Она стояла, наблюдая, как ее воспитанница перебирает свои украшения, разложенные на кровати.

– Что ты ищешь, милая? – Она заметила, что Элейн даже не сняла плащ.

– Феникс, где феникс? – Элейн разбросала по покрывалу содержимое ларца. – Его здесь нет!

«Неужели Александр побывал на месте их свидания с Дональдом? Неужели его сила простирается так далеко?» – думала Ронвен.

– Зачем он так срочно тебе понадобился, что ты даже не удосужилась снять с себя плащ? – Старая няня неодобрительно посмотрела на грязь, покрывавшую плащ. Он не порвался, значит, подвеска была на месте.

– Мне нужен феникс. – Руки Элейн дрожали.

– Да найду я тебе его, – сказала Ронвен, стараясь успокоить ее. – Давай я сниму с тебя верхнюю одежду и прикажу подать подогретого вина, а ты пока вымой руки. Гляди, девушка уже принесла горячей воды. – Расстегнув пряжку на плече Элейн, Ронвен сняла с нее плащ и быстро поднялась и верхнюю комнату башни. Там она маленькими ножницами немного подпорола подкладку и уже через минуту вернулась к Элейн с подвеской, завернутой в синий шелковый лоскут.

– Вот твой феникс, милая, ты положила его в сундук, в другой комнате. Мне показалось, что я там его видела.

Элейн схватила подвеску дрожащими руками.

– Пожалуйста, оставь меня, Ронвен, я хочу побыть одна.

Феникс лежал в ее руке, ласково поблескивая при свете горевшего камина. Александр снова был с ней; она чувствовала его. Он уже не сердился, склонившись над ней нежной, любящей тенью. И все же он был неживым.

– О, милый мой, – прошептала она. – Как ты не понимаешь? Я больше не хочу тебя. Умоляю, отпусти меня.

Ронвен плотно прижала ухо к наружной стороне тяжелой дубовой двери, но ничего не могла расслышать. Она догадывалась, что во время свидания Элейн и Дональда что-то произошло. И это было как-то связано с фениксом. Но что там случилось?

Февраль 1263

Дональд и Элейн смогли встретиться только спустя четыре месяца. На этот раз их свидание должно было состояться в замке Макдаффа, на южной границе герцогства Файфского.

Малкольм теперь редко наведывался в те места. Замок был назван в честь предков графа, – так же, как и ее маленький сын. Это было неказистое, примитивное сооружение, построенное еще во времена правления основателей клана Файфов.

На эту встречу Элейн взяла с собой Ронвен и еще двух дам с двумя кавалерами в качестве сопровождающих. Все они были отобраны Ронвен из числа самых надежных людей, которые могли бы держать язык за зубами, а точнее, делать вид, что не заметили, как из темноты возник красивый всадник и, спешившись, проскользнул по винтовой лестнице наверх, где его уже ждала миледи. В этот раз феникса при Элейн не было. Он лежал, завернутый в шелк, на дне ларца в Фолкленде. Ронвен сама проверила, где он спрятан, и оставила его им. Достаточно того, что с Элейн будет она сама, чтобы охранять ее в случае чего. Талисман навряд ли пригодится.

Слуги подогрели вино и яства, которые принесла и поставила за дверью Хильда, одна из новеньких служанок Элейн, но уже заслужившая ее доверие. Ложем им должны были служить охапки папоротника и вереска, устланные на полу, поверх которых были положены пледы, покрывала и меха. В очаге горели дрова, и была заготовлена целая поленница, чтобы огонь не остывал ни на минуту. Зажгли свечи. Элейн надела шелковое платье; под ним на ней была рубашка из тончайшего, почти прозрачного батиста. На пальце у нее было кольцо, подаренное Дональдом; кожу она умастила благовониями с ароматом розы.

При виде ее Дональд замер в дверях и улыбнулся:

– Известно ли тебе, что ты самая красивая женщина на свете?

Она засмеялась:

– Если в моем возрасте ты все еще находишь меня довольно привлекательной, то я рада.