Колин Фолкнер - Под чужим именем

Элизабет уже собралась вернуться в кабинет, но увидела Сэмсона, который спешил вверх по холму через лес. Отчего он предпочел не идти по дороге? Она решила дождаться его.

— Сэмсон? Что случилось? — Она внимательно изучала его лицо.

— Хозяйка, я сделал нечто ужасное. — Сэм-сон смотрел куда-то в сторону. — Я убил человека. — В глазах Сэмсона, когда он наконец взглянул на нее, сверкали слезы.

Элизабет старалась сохранить спокойствие. Сэмсон не способен на хладнокровное убийство. Что же произошло?

— Это была случайность? Несчастный случай?

— Нет, хозяйка, я сделал это умышленно; я стукнул его поленом по голове.

Элизабет в ужасе прикрыла рот рукой. Она не должна показать, как сильно потрясена. Сэмсон пришел к ней за помощью, и он явно очень напуган.

— Скажи мне, кто это был?

— Это был тот самый охотник за беглыми рабами. Он снова пришел за моей Нгози. Его, кажется, звали Джарви. Я недавно вернулся с реки и застал его в своем доме. Он сказал, что заберет их обеих — живыми или мертвыми, потому что ему так и эдак заплатят деньги. — По щекам Сэмсона текли слезы. Было тяжело видеть этого сильного человека в таком состоянии.

— И ты убил его?

— Он выхватил нож и угрожал мне. — Сэмсон показал ей глубокий порез на руке. — Потом приставил нож к моей девочке и обещал порезать ее на куски на корм рыбам. — Он утер мокрое лицо ладонью. — Этот человек сказал, на такую наживку хорошо клюют карпы. Тогда я убил его. Одним ударом.

— Ты кому-нибудь говорил об этом, Сэмсон? — Тот отрицательно покачал головой.

— Простите, мисс Лизбет. Я готов понести наказание, только не отдавайте им моих Нгози и Доркас.

Элизабет провела ладонью по его руке, пытаясь успокоить.

— Пойди и разыщи мистера О'Брайена. Потом идите вдвоем к твоему коттеджу и ждите меня там. И не медлите, понятно?

Самсон кивнул, слезы еще не просохли на его лице.

— Простите, мисс Лизбет, я не хотел доставлять вам неприятности. Вы так много сделали для нас.

Сэмсон повернулся и снова скрылся в лесу. Элизабет чуть было не расплакалась. Но к чему лить слезы? Это не поможет ни Сэмсону, ни тем более погибшему человеку. Она позвала собак и стала спускаться по лестнице, мучаясь сомнениями, удастся ли ей уладить это дело.

Элизабет вошла в маленький коттедж одновременно с О'Брайеном и Самсоном. Нгози с малышкой забилась в самый дальний угол. Посреди комнаты на полу лежал Джарви. Он лежал на боку, глаза его были застывшими и невидящими, на затылке зияла рана. Орудие убийства, увесистое полено, валялось неподалеку.

— Да, друг Сэмсон, ты уложил его насмерть, — сказал О'Брайен, взглянув на тело. Нгози тихонько всхлипывала в своем углу.

— Да, я убил его, мистер О'Брайен. Я проверял, дыхания нету, он мертвый, — ответил Сэмсон, который остановился у входа.

— Ну что? — спросил О'Брайен Элизабет, скрестив руки на груди. — Что будем делать, Лиз?

— Боюсь, надо вызвать шерифа. — Элизабет обратилась к Сэмсону: — Он увезет тебя с собой, но я поеду вместе с вами и объясню, что произошло. Это была самозащита, Сэмсон, тебя не могут за это наказать.

— Ну, знаешь ли, Лиз… — заворчал О'Брайен.

— Ты не согласен? — Элизабет посмотрела на него. — Сэмсон убил Джарви. Об этом придется сообщить, все равно Джарви начнут разыскивать.

— Ты думаешь, Самсона отпустят?

— Нельзя осудить человека, если он защищался, — развела руками Элизабет. Почему-то в последнее время О'Брайен принимал все ее слова в штыки.

— Это касается богатых белых. Но Сэмсон небогат, и он — чернокожий. Ему не светит честный процесс. Мистер Джарви был полноправным подданным английской короны, он возвращал пропавшую и украденную собственность. — О'Брайен показал рукой сначала на труп, потом на Нгози с ребенком. — Скорее всего Сэмсона просто повесят без суда.

— Что же ты предлагаешь? — Элизабет перевела глаза с тела на полу на лицо О'Брайена. Тот пожал плечами.

— Джарви появился на рассвете, его никто не видел. Его лошадь спугнули, она убежала вниз по реке.

— Ну? — Элизабет понимала, куда он клонит, но не имела духа высказать это сама.

— Ну, если мистер Джарви, допустим, захотел искупаться в реке… Могло случиться всякое, его могло ударить головой о камни. В этой реке часто тонут люди.

— Ты сумеешь сделать это? — спросила Элизабет Самсона. — Ни я, ни мистер О'Брайен не сможем тебе помочь, потому что это будет соучастием в убийстве.

— Мисс Лизбет, я сделаю все, что вы скажете. — Сэмсон сосредоточенно смотрел на нее. — Я пойду к шерифу. Или избавлюсь от трупа, как вам угодно.

— Тебе решать, Лиззи, — сказал О'Брайен, пристально наблюдая за ней с противоположного конца комнаты. Она помедлила и отвернулась.

— Мне? Я ничего не знаю и не видела, просто вышла на прогулку с собаками. — Элизабет направилась к двери. — Не желаешь прогуляться со мной, муженек?

О'Брайен с улыбкой присоединился к ней. Он улыбался ей, и сердце Элизабет затрепетало. Бывали минуты, когда они прекрасно понимали друг друга, несмотря на все различия в воспитании и взглядах.

— Я горжусь тобой, Лиззи, — сказал О'Брайен, когда они рука об руку вышли из коттеджа и собаки с радостным лаем запрыгали вокруг них. — Я знаю, как это нелегко для тебя. Ты идеализируешь окружающий мир, но, к сожалению, жизнь порой куда страшнее твоих представлений.

Элизабет шла, опираясь на его руку. Ей было трудно ходить, но все равно с ним ей было хорошо.

— Моя совесть чиста. Это была самозащита. Сэмсон защищал свою семью. Я бы сделала то же самое ради тебя.

— Какая ты у меня храбрая, Лиззи, — засмеялся О'Брайен и поцеловал ее в висок. — И какая милая…

Сидя за бюро в их с О'Брайеном спальне, Элизабет составляла список гостей, которых собиралась позвать на вечер. Не то чтобы она сама хотела повеселиться, но дело требовало определенных жертв: ее клиенты ждали, что она пригласит их к себе на званый вечер. Элизабет не собиралась часто устраивать подобные развлечения, но раз уж она затеяла прием, то все должно быть на высшем уровне. Уже были выписаны музыканты и составлено меню, дело было за тем, кого пригласить.

Поначалу Элизабет не любила эту комнату. Переехать сюда ее заставил О'Брайен. Он не пожелал ночевать в той же спальне, которую делили Элизабет с Полом. В первую ночь Элизабет не послушалась и отправилась спать в свою комнату, надеясь, что он сдастся и присоединится к ней. Но О'Брайен ворвался к ней и унес ее, нагую, к себе в постель. Он разрешал Элизабет спать в старой спальне, только когда ему приходилось уезжать по делам.

Вся комната была закидана его вещами, но Элизабет не угнетал этот беспорядок, хотя раньше она содержала свою спальню в идеальной чистоте. Разбросанная повсюду одежда О'Брайена почему-то вселяла в Элизабет уверенность, что он и впрямь готов вместе с нею приложить все усилия, чтобы их брак действительно состоялся и был счастливым. Элизабет взглянула на часы на каминной полке. Скоро должна прийти Клер. У Джессопа были гости, и он разрешил Клер навестить Элизабет и поужинать с нею. Клер очень волновалась по этому поводу и спрашивала, будет ли О'Брайен. Элизабет пришлось пообещать, что он пораньше уйдет с завода и присоединится к ним за ужином.