Сири Джеймс - Дракула, любовь моя

Когда я поделилась своими мыслями с доктором Сьюардом, он заверил меня, что заявление не означает ровным счетом ничего, а мистер Ренфилд — несомненный безумец.

Джонатан вскоре возвратился. Его разведывательная деятельность пока что оказалась безуспешной. Доктор Сьюард съездил за Ван Хельсингом на вокзал. Профессор с радостью узнал о работе, которую мы с Джонатаном проделали. Он попросил меня и дальше собирать и печатать информацию по мере ее поступления, чтобы все доступные нам сведения содержались в идеальном порядке и были по возможности свежими.

После короткого раннего ужина он просмотрел то, что я напечатала прошлой ночью.

В восемь вечера мы вшестером собрались в кабинете доктора Сьюарда, рассевшись вокруг его стола наподобие комитета. Доктор Ван Хельсинг принял полномочия председателя и предложил мне стать секретарем. Подняв копию рукописи, он спросил, все ли ознакомились с фактами, содержащимися в бумагах.

Когда присутствующие ответили утвердительно, доктор Ван Хельсинг мрачно произнес:

— Друзья мои, нам предстоит выполнить священный долг, в котором таится великая опасность. Теперь мы знаем о существовании вампиров и должны уничтожить своего могущественного противника. В этой битве некоторые могут расстаться с жизнью. Но неудача не просто вопрос жизни и смерти, нет! Иные из нас — убереги Господь! — могут стать следующими жертвами носферату, уподобиться ему, превратиться в злобных ночных тварей, лишенных сердца и совести, пожирающих тела и души, чтобы оставаться ненавистными вечно. Об этом риске нельзя забывать, поскольку он более чем реален.

Мое сердце заледенело, я содрогнулась. Сколь ужасная судьба — стать нежитью!

— Я стар, но вы молоды, и вас ждет множество прекрасных дней, — продолжил доктор Ван Хельсинг. — Если кто-то хочет уйти, пусть он сделает это сейчас, и мы не станем думать о нем дурно.

Все молчали.

— Что скажете? Кто со мной до самого горького конца?

Джонатан взял меня за руку под столом. Сначала я испугалась, что его страшит отвратительная сущность предстоящей нам опасности и он обратился ко мне за безмолвной поддержкой, но на деле все было иначе. Когда пальцы мужа сомкнулись на моих — такие крепкие, теплые, надежные! — я поняла, что он решил поделиться со мной своей силой. Джонатан посмотрел мне в глаза, и я без единого слова уразумела, что он прочел в них мое согласие.

— Я отвечаю за Мину и себя, — спокойно произнес муж.

— Я в доле, профессор, — добавил мистер Моррис.

— Я с вами, — откликнулся лорд Годалминг. — Ради Люси, если не в силу других причин.

Доктор Сьюард просто кивнул. Мы взялись за руки вокруг стола, и наш торжественный договор был заключен.

— В таком случае, полагаю, мне следует побольше рассказать о враге, с которым мы встретились. — Профессор глубоко вздохнул. — О носферату или вампирах упоминается в доктринах и легендах по всему античному миру, от Древней Греции, Рима и Китая до Индии и Исландии, и это далеко не все. Но, несмотря ни на что, подобное существо ново для нас, оно остается загадкой, чем-то неведомым. Нам придется полагаться на традиции и суеверия прошлого и то, что мы видели собственными глазами. Говорят, что носферату бессмертен. Он не может уйти из жизни обычным способом, не ест, а только пьет кровь живых существ. Похоже, на своей жуткой диете нечисть может даже помолодеть! Джонатан также заметил, что она не отражается в зеркале. Утверждается, что вампир обладает силой двадцати мужчин и может, с определенными оговорками, принимать любой доступный ему облик.

— Что вы имеете в виду, профессор? — перебил лорд Годалминг. — Как именно меняется тварь?

— Насчет двух вариантов мы можем быть совершенно уверены. Она умеет превращаться в большую собаку или даже волка, поскольку это единственное существо, которое, по свидетельству очевидцев, покинуло судно в Уитби. Еще вампир способен оборачиваться летучей мышью. Ведь мадам Мина видела ее в Уитби, Квинси — у окна мисс Люси в Лондоне, а наш друг Джек заметил, как она вылетела из соседнего дома.

— Так это граф Дракула летел по небу в ту ночь? — с изумлением спросил доктор Сьюард.

— Он самый, друг мой. Я уверен. Теперь о других его способностях. Во время последней поездки в Амстердам я встретился со своим другом Арминием из Будапештского университета, который специализируется на данной теме. Он сказал, что в Трансильвании якобы живет один старый и очень могущественный вампир, который сильнее всех прочих. Мы решили, что это и есть граф Дракула, которого нам надо найти. Это незаурядное существо может в определенных пределах повелевать стихиями — бурей, ветром, туманом, громом. Возможно, этот дар помог ему направить ход судна, на котором он прибыл в нашу страну. Мы считаем, что вампир может повелевать различными низшими тварями: крысами, совами, летучими мышами, мотыльками, лисами и волками. Друг Джонатан, вы были тому свидетелем.

— Да, — отозвался мой муж. — Похоже, он обладал властью над всеми волками в Трансильвании. Еще я видел, как Дракула заговаривал лошадей.

— Это еще не все, — продолжил профессор. — Он умен и коварен, обладает могучим разумом, который развивал много столетий. Нежить может видеть в темноте. Весьма полезное умение в мире, который половину времени скрыт от света. Граф, как и любой молодой вампир, при желании способен исчезать, становиться невидимым или проскальзывать в волосяную щель. Именно так на наших глазах Люси просочилась в дверь склепа. Он может возникать среди тумана, который сам напускает, или из пылинок, сверкающих в лучах лунного света. Так записано в бумагах мисс Люси. Джонатан видел такое в исполнении таинственных сестер в замке Дракулы.

— Если чудовище действительно все это может, как, во имя всего святого, нам поймать и прикончить его? — Мистер Моррис покачал головой.

— Слушайте дальше. Да, он все это может, но не свободен. Нет, вампир еще больший пленник, чем раб на галерах или безумец в своей палате. Насколько нам известно, он должен повсюду возить за собой землю родины, чтобы отдыхать на ней и набираться сил. Согласно легендам и суевериям, носферату не может отправиться куда и когда угодно. Кстати, вампир не способен переступить порог дома, пока кто-либо из домочадцев не предложит ему войти.

— Вы хотите сказать, что кто-то должен его пригласить? — спросила я.

— В первый раз — да. После он может приходить, когда захочет.

— Как странно, — заметил лорд Годалминг.

— А разве остальное не странно? И все же это правда. Говорят, что его способности угасают с рассветом. Он может выходить днем, хотя избегает яркого солнца, но в это время он не сильнее обычного человека и должен сохранять избранный облик до заката.