Констанс Холл - Мой смелый граф

— Пойду поищу чего-нибудь для вас. И еще я велю приготовить ванну и принести сюда.

— Благодарю вас, Прингл.

Когда Прингл выходил, он явно чему-то радовался и вид имел весьма самодовольный.

— А я пойду поищу Драйдена, — объявил Брок.

— Неплохая мысль. — Холли взъерошила белокурые волосы Брока. — Наверное, ему нужно с кем-нибудь поговорить.

— В котором часу мы выйдем из дома сегодня вечером? — Придется подождать, пока ваш отец ляжет спать.

Брок прошептал заговорщически:

— Я с него глаз не спущу.

— Знаю, знаю.

Брок выбежал из комнаты с довольной улыбкой, и локоны белокурых волос подпрыгивали по обеим сторонам его лица. Холли закрыла дверь и начала снимать с кровати грязные простыни. Она думала о "приглашении Джона отобедать с ним. Если бы она согласилась, то ее ожидали бы очень опасные последствия. Она просто не имеет права оставаться с ним наедине. Нужно бы подумать о том, чтобы уехать отсюда, но до Рождества это невозможно. Ей хотелось внести хоть немного радости в жизнь детей. И потом, остается еще тот человек, который пытался убить Джона. Она не сможет уехать, пока не убедится, что Джону ничто не грозит.

Джон сидел в библиотеке. В руках он держал бокал с дешевым бренди. Он сделал второй глоток. Горький напиток подействовал обжигающе. Он скривился, потом вытянул ноги и уставился на отблески огня, пляшущие на мысках его сапог.

Что теперь делать? Он так и не смог выследить человека, стрелявшего в него. И хотя он ни за что сам себе не признается, но он считает, что Холли права. Человек пытался убить именно его. Когда он шел по следу, в него опять стреляли. Если бы не быстрота его реакции, его убили бы. Но он не сказал Холли ни о чем, потому что ему нужен какой-то способ вытянуть из нее правду. Но какая же она упрямая! Почему она ему не доверяет?

Он услышал шаги, и в комнату вошла миссис Прингл. Настроение у него ничуть не улучшилось при виде ее обвиняющего, оскорбленного лица.

— Что такое, миссис Прингл? — спросил Джон. Один вид ее уже выводил его из себя.

— Мистер Прингл передал, что я должна поставить на стол прибор для мисс Кемпбелл. Я ему не поверила.

— Почему же?

Миссис Прингл схватилась за концы своей шали и натянула ее на обширную грудь, потом бросила на Джона осуждающий взгляд.

— Простите, что я так говорю, милорд, но я должна высказать свое мнение на сей счет. Она всего лишь прислуга. — Тут в голосе домоправительницы прозвучала ревность. — Она должна есть вместе с остальной прислугой на кухне. Если леди Матильда узнает… Джон с негодованием перебил ее:

— Леди Матильда не хозяйка в этом доме. Дом мой, и я буду садиться за стол с тем, с кем захочу. А когда мне понадобится узнать ваше мнение, миссис Прингл, я спрошу вас. — Джон бросил на нее красноречивый взгляд.

В комнату вошел Прингл и низко поклонился. Вид у него был расстроенный.

— Что еще? — спросил Джон, глядя на него.

— Мисс Кемпбелл, милорд. Она неважно себя чувствует и просит извинить, что не сможет выйти к обеду.

— Это действительно так? — Джон поднял брови.

— Да, милорд.

— Она хотя бы знает свое место, — заметила миссис Прингл.

Джон бросил на нее уничтожающий взгляд, и она присела в реверансе.

— Простите, милорд, — произнесла она, — но я пойду присмотрю за обедом. Мистер Прингл, когда вы закончите здесь, мне понадобится ваша помощь. Нужно накрыть на стол и отнести наверх поднос для леди Энн.

Прингл кивнул, плечи у него округлились, как будто его сильно ударили в спину.

Миссис Прингл ушла, и Джон сочувственно посмотрел на Прингла. За тридцать лет сварливая жена превратила его жизнь в сплошное мучение.

Прингл посмотрел на него с виноватым видом.

— Прошу прощения за жену, милорд. Она не знает, когда нужно придержать язык.

— Поскольку я задолжал ей жалованье за полгода, она, по-видимому, считает, что может разговаривать со мной, как ей заблагорассудится.

— Не в том дело, милорд.

— Вы не должны за нее извиняться. Вряд ли я смогу ее уволить. Может, она и ведет себя дерзко, но она честно служит. А теперь вернемся к мисс Кемпбелл. Что именно с ней произошло, кроме того, что она меня боится?

— Я не знаю, но она держалась за голову.

Джон провел пальцем по бокалу и уставился на янтарную жидкость.

— Наверное, ей нужно немного побыть одной.

— Да, милорд. Пожалуй, немного отдохнуть.

— Никакой отдых не излечит причину ее тревоги. Какого вы мнения о мисс Кемпбелл, Прингл?

— Не знаю, милорд. Похоже, она старается убежать от чего-то чудовищно плохого. Но она хороший человек. Замечательно обращается с детьми. Когда она появилась, мисс Энн стала совсем другая. Надеюсь, она останется у нас жить.

— Да, мне не хочется отпускать ее.

Прингл кивнул.

— Пожалуй, я пойду помогу миссис Прингл, милорд. Он поклонился и вышел, легко ступая по ковру длинными, как у аиста, ногами.

Джон допил свой бренди и скривился. И снова подумал о Холли. Пусть немного побудет одна, а потом он вытрясет из нее правду. Он уже достаточно ждал.

Вечером Холли лежала в постели, глядя в потолок и жалея, что она не дома. Она отдала бы все за один-единственный взгляд на беленые стены Кимбли, которые всегда ограждали ее от всяких бурь и невзгод, пока в ту ужасную ночь не появился Кент и силой не ворвался в ее дом, зная, что она одна. Потом он накинул ей на голову мешок, увез в Ричмонд и бросил на чердаке. Он всегда был жестоким и злым. В голове у нее всплыли давно забытые воспоминания о нем…

Вот она переставляет ногу с ветки на ветку и смотрит на белые блестящие ягоды омелы. Еще немного вверх — и она дотянется до них. До Рождества оставалась неделя, и омела ей нужна для украшения дома. В первый раз бабушка разрешила ей пойти за омелой одной, ведь ей уже двенадцать лет, прямо-таки взрослая женщина.

Стайка воробьев, сидевших на дереве у нее за спиной, с шумом взлетела. Что их так напугало? Руки у Холли похолодели. Она прислушивалась к трепету крылышек, заглушаемому падающим снегом. Воробьи летели сквозь снег, маленькие коричневые пятнышки в море белизны. Что их испугало?

— Ну и ну, неужто мисс Благопристойность сидит на дереве?

Холли посмотрела вниз. До земли — двадцать футов, а внизу — Кент. Его белокурые волосы ярко выделялись на фоне черной куртки.

— Что тебе нужно? — сквозь зубы спросила она. Даже вид его вызывал в ней ненависть.

— Решил помочь нарвать омелы для твоей старой чокнутой бабки. Я знаю, как она уделывает дом к Рождеству.

Холли заметила у него в глазах злобный блеск и поняла, что он вовсе не собирается ей помогать.

— Мне не нужна твоя помощь, — ответила она, чувствуя, что все внутри у нее сжалось, как бывало всегда, когда Кент собирался сотворить очередную пакость.