Донна Флетчер - Нежность и страсть

Зия почувствовала укол совести. Не будь она такой упрямой и послушайся в свое время Артэра, всего этого можно было бы избежать. И Артэр, вероятно, поведал семье правду, рассказал, как он хотел жениться, а она отказалась. Зия почувствовала себя еще более виноватой.

Артэр подошел к ней, обнял за талию и нежно прижал к себе. Он склонился, поцеловал ее в щеку и прошептал:

– У нас будет наша церемония, как ты хотела, даю слово.

Ее переполняла любовь к нему, но она не улыбнулась. Увидев, как съежилась Гонора, Зия поспешила к ней:

– Что случилось?

Каван опустился на корточки возле жены и взял ее за руку.

– Что такое, Гонора?

– Больно, – ответила она, кладя руки на выступающий живот.

– Ребенок был до этого спокоен? – спросила Зия, надеясь, что младенец пока не собирается появляться на свет.

Это было бы слишком рано. Еще неделя, и у него будет больше шансов выжить.

– Нет, но я чувствовала себя как-то не так с самого утра.

– Почему же ты мне ничего не сказала? – возмутился Каван.

– Сейчас не стоит это выяснять, – заметила Зия.

Он понял намек.

– Да, это не главное. Важны только ты и ребенок. Тебе нужно полежать.

Зия улыбнулась:

– Каван прав. Отдых – вот что самое лучшее для тебя в данный момент. Пусть тебя отведут в постель.

Каван осторожно взял жену на руки и понес ее в спальню, все остальные хотели пойти за ними. Зия повернулась к Артэру:

– Пожалуйста, отвлеки Кавана, пока я без помех обследую его жену. Ваша мать мне поможет и сообщит Кавану, когда ему вернуться.

– Конечно, конечно, – согласилась Эдди. – Он будет волноваться за нее, она – за него, и…

– Понятно, – прервал ее Лахлан. – Мы с Артэром займем его, пока ты его не позовешь.

– С Гонорой и ребенком все будет в порядке? – спросил Артэр.

Зия постаралась успокоить их:

– Если ребенок подождет хоть одну неделю, у него будет больше шансов выжить, а Гонора справится с родами, если будет больше отдыхать.

– Неделя предстоит длинная, – задумчиво произнес Лахлан.

Гонора, на удивление, вела себя хорошо и слушалась Зию. Она оставалась в постели, и все по очереди развлекали ее, хотя она предпочла бы шить одежду для ребенка.

Зия каждое утро и каждый вечер беседовала с Каваном о его жене, сообщала, как хорошо она себя ведет, и не позволяла волноваться. За три дня до того, как истекала полная неделя, Зия надеялась, что все пройдет хорошо.

Священник явится через два дня. От епископа никаких вестей, и бабушка близко, она чувствует. Когда послали за Мейв, чтобы она приехала выхаживать Джеймса, Зия стала надеяться и на приезд бабушки.

Зие отчаянно не хватало ее, и особенно их разговоров о целительстве. Такие беседы помогали ей учиться и решать трудные вопросы. Артэр, конечно, может слушать ее рассказы о разных болезнях, но вряд ли у него хватит знаний, чтобы что-то предложить, хотя недавно, нужно признать, он ее удивил. Он предложил лечение, которое помогло, хотя и приписал успех ей. Он вспомнил, что она применяла такое лечение для какой-то другой болезни в одной из деревень. Вот он и подумал: может, оно окажется полезным и в этом случае?

Все складывается не так уж плохо.

Так почему же ее гнетет дурное предчувствие?

– Ты задумалась, – заметил Артэр, сидя на кровати рядом с ней. – И выглядишь слишком усталой.

Зия со вздохом положила голову на его плечо.

– Да, но теперь уже поздно, и все отдыхают. Значит, я тоже могу прилечь.

Он обнял ее за талию и прислонился щекой к ее макушке.

– Все это скоро закончится, и дом у нас будет полная чаша.

– Я только что подумала о том же.

– Мы мыслим одинаково, это же здорово! – восхитился он.

Она подняла голову.

– Ты стал таким оптимистом.

Артэр осторожно опустил ее на кровать и наклонился над ней.

– Знаешь… я бы к черту в пекло отправился, только чтобы ты была в безопасности. Я никому не позволю обидеть тебя, а тем более – забрать у меня.

Зия никогда еще не видела такого воинственного выражения на его лице. Красивые черты исказились, сейчас он больше походил на дикаря. Это был воин, живущий в нем, тот, кто будет бороться до победного конца и будет драться за нее, не щадя жизни.

Она нежно улыбнулась и от всего сердца сказала:

– Я не собираюсь покидать тебя.

– А я и не позволю, – заверил он, страстно целуя ее.

Ему ничего больше не нужно делать, ее тело ответило за нее.

– Ты так давно уже не был во мне.

Он улыбнулся:

– Прошло всего два дня.

– Слишком долго, – возразила она, провела пальцами по его затылку и прижалась к его рту губами.

Она пробовала его на вкус, как голодная, и он отвечал тем же. Их последнее совокупление было медленным и нежным, но на этот раз они оба были настроены решительно. Или, возможно, они опасались, что в любой момент кто-нибудь может постучать в дверь и их счастье на этом закончится.

Через секунду они, обнаженные, уже занимались любовью, переплетя ноги и руки, их губы сомкнулись в жарком поцелуе. Зия поднялась над ним и заставила поспешить войти в нее, но он дал ей всего несколько минут, а потом схватил за талию и рывком положил под себя – привык командовать и верховодить.

– Мне нравится чувствовать тебя, – прошептал он, целуя ее.

Зия смогла лишь застонать в ответ, отвечая на его ласки, когда он сильно задвигался внутри ее. Они – единое целое, и всегда будут. Эта мысль еще сильнее соединила их, она испытала такое острое наслаждение, что не сдержала крика.

Они вместе достигли вершины и, обнявшись, погрузились в глубокий сон, оба без сил.

Их разбудил отчаянный вопль. Они мгновенно вскочили, быстро оделись и помчались в спальню Кавана и Гоноры. По пути они встретились с Эдди, а Лахлан был уже в коридоре у спальни с испуганным выражением лица.

Каван распахнул перед ними дверь, на лице – страх.

– Ты должна ей помочь. – Он схватил Зию и потащил ее в комнату, к кровати.

Плачущая Гонора протянула руки к Зие:

– Ребенок. Что-то не так.

Зия взяла ее за руку и попыталась успокоить, но в комнате ощущалось напряжение, а для Гоноры это вредно.

– Все выйдите, останется только Эдди, – приказала Зия, нежно кладя ладонь на живот Гоноры. – Нам нужно родить ребенка.

– Я не уйду, – сказал Каван.

Артэр подошел к нему и положил руку на плечо. – Нет, ты уйдешь. Позволь Зие делать то, что она считает нужным.

– Он прав, – согласился Лахлан. – Так что не заставляй нас с Артэром силой выводить тебя.

– Хотела бы я на это посмотреть.

Все обернулись и увидели улыбающуюся Гонору. Она кивнула мужу:

– Иди, я обещаю: если ты мне понадобишься, я пошлю за тобой.

Каван наклонился и поцеловал ее.

– Я тебя люблю и буду ждать, когда ты меня позовешь.