Джоан Вулф - Мой принц

Эмиль негромко выругался.

Чарити крепко сжала руку мужа и проговорила:

— Август, он наверняка участвовал и в заговоре Рупника. Он убьет тебя, Август. Он сам хочет занять престол.

Принц понял, что пора действовать. Взглянув на Стивена и Эмиля, он заявил:

— Я не собираюсь ждать, чтобы узнать о намерениях Франца. Мы едем в Наймек.

Стивен сЭмилем тотчас же вскочили. Август же, повернувшись к Карку, приказал:

— Оседлайте лошадей для меня, лорда Эмиля, лорда Стивена, а также для Гарри и для принцессы. Немедленно!

— Да, ваше высочество. — Карк повернулся и выбежал из комнаты.

Чарити еще крепче сжала руку мужа. Стивен сделал шаг вперед и заявил:

— Гаст, тебе лучше не брать с собой принцессу. Наймек — высоко в горах. Нам потребуется часов пять, чтобы добраться туда. А погода ухудшается.

— Нет, она поедет с нами, — ответил принц.

— Гаст, она будет здесь в полной безопасности! — воскликнул Эмиль. — Ведь Франц женат на ее сестре!

Тут Чарити вновь заговорила:

— Он прав, Август. Я буду только мешать вам. Ты должен спасать себя.

Он пристально посмотрел в ее огромные карие глаза:

— Нет, я не оставлю тебя здесь, на милость врагов.

— Господи, снова пошел снег! — закричал Эмиль. — Поверь мне, Гаст, ей лучше остаться здесь.

— Я только буду помехой вам, — повторила Чарити. — Ты должен спасаться.

Принц обвел взглядом комнату и сказал:

— Оставьте нас.

Стивен с Эмилем еще больше нахмурились. Гарри с беспокойством поглядывал на сестру. Однако никто не посмел возразить.

Оставшись наедине с женой, Август сказал:

— Чарити, я должен задать тебе очень важный вопрос. Скажи, ты уже носишь ребенка?

Ее карие глаза вспыхнули золотом.

— Я… возможно… Я не уверена…

Страх, парализовавший его раньше, вновь пронзил, словно острый нож. Он на мгновение прикрыл глаза, потом решительно заявил:

— Я не могу оставить тебя здесь. Пойми, не могу. Франц должен знать: единственный способ сместить меня с престола — это убить. Неужели ты думаешь, он оставит тебя в живых, если узнает, что ты носишь моего ребенка, моего наследника?

У нее перехватило дыхание, когда он пристально взглянул ей в лицо.

— Чарити, ты меня понимаешь?

Она вскинула подбородок:

— Я все прекрасно понимаю, Август. Я знаю свой долг перед Юрой так же хорошо, как и ты. Я поеду с тобой.

Принц вздохнул с облегчением:

— Слава Богу. — Нежно поцеловав жену, он проговорил: — Надень бриджи и самую теплую куртку. Сейчас очень холодно.

Она молча кивнула. Затем поднялась и выбежала из комнаты.

Спустя четверть часа они выехали из Зоей и направились на север, в безопасное укрытие юрских Альп.

Через полчаса после их отъезда к вилле подъехал кавалерийский полк, и полковник Луска, к своей великой ярости, не обнаружил здесь принца.

Чарити никогда еще не было так холодно. Впрочем, поначалу было не так плохо; они скакали галопом, и напряжение от быстрого движения немного согревало. Когда же они повернули к востоку и начали подниматься в горы по узким тропкам, пришлось ехать медленнее.

Чарити почувствовала, что замерзает. И чем выше они поднимались, тем холоднее становилось.

Хуже всего было с ногами; они так замерзли, что болели. Вскоре боль стала такой острой, что по щекам Чарити покатились слезы. И все же она не жаловалась и продолжала подъем, хотя Август сказал ей, что они смогут остановиться в какой-нибудь хижине и обогреться, если ей станет очень холодно.

Август ехал рядом с женой, пока тропка не стала слишком узкой для двух лошадей, шедших бок о бок. Они уже поднялись высоко в горы и очутились поблизости от горы Эйзен, высочайшего пика юрских Альп. Теперь им уже негде было остановиться, и оставалось лишь надеяться, что вскоре они доберутся до маленькой деревушки Наймек, где во время войны располагался штаб Августа.

Лошади шли, утопая в снегу, и Чарити мысленно твердила: «Поскорее бы, поскорее бы добраться…»

Внезапно Август обернулся и закричал:

— Еще десять минут, и мы будем на месте. Чарити молча кивнула; она так замерзла, что не могла вымолвить ни слова.

Вскоре принц снова обернулся и прокричал:

— Вот мы и приехали!

Чарити вздохнула с облегчением. Осмотревшись, она увидела с десяток домиков, почти занесенных снегом, — вероятно, это и была деревушка Наймек. Тут к ней подъехал Август, Спешившись, он снял ее с лошади и, держа на руках, направился к одной из хижин.

— Эмиль приехал чуть раньше и сообщил им, что мы едем, — прошептал он ей на ухо. — Натали уже развела большой огонь. Сейчас мы согреем тебя.

Распахнув дверь, Август внес жену в хижину — здесь, в огромном, сложенном из камней очаге действительно полыхал огонь.

Посреди комнаты стояла женщина средних лет. Увидев принца, она покачала головой и проговорила:

— Сейчас, мой милый, самое лучшее — переодеть вашу жену в сухую одежду.

— Я знаю, Натали, — ответил Август. — Пусть принесут ее седельный мешок. У тебя есть что-нибудь горячее? Например, суп…

— Конечно, — кивнула женщина, выходя из комнаты. Когда они остались одни, Август поставил Чарити перед очагом и пробормотал:

— Ты выглядишь… точно мумия.

Он принялся раздевать ее. Чарити же по-прежнему не могла произнести ни слова. Август улыбнулся и поцеловал ее холодный нос.

— Ты почувствуешь себя лучше, когда выберешься из этой одежды. — Он отбросил в сторону шарф и снял с нее шляпу — ее волосы тотчас же рассыпались по плечам.

Стащив с замерзших пальцев жены кожаные перчатки, принц спросил:

— Сможешь вытянуть руки?

Она молча кивнула и вытянула руки. Август снял с нее меховую куртку, затем подтащил к очагу и сказал:

— Садись. Сможешь сесть?

Она снова кивнула.

Стащив с Чарити сапожки, он немного помедлил. Затем стащил с нее и чулки и принялся обследовать пальцы на ногах.

— Они не побелели, они — красные. — Принц улыбнулся и начал растирать ее ступни. — Ты не обморозила ноги, все будет хорошо.

Движения его рук вызвали прилив крови к пальцам — это ощущение было одновременно восхитительным и болезненным.

— Я т-так р-рада, — проговорила Чарити, стуча зубами.

Он все еще растирал ее ноги, когда раздался стук в дверь.

— Входите! — крикнул Август.

— Я принес седельный мешок Чарити, — раздался голос Гарри. — А это ваш, Гаст.

Август подошел к двери и взял мешки. Тотчас же Гарри ушел, а Август вернулся к очагу.

— Здесь твоя запасная одежда, — сказал он. — Сейчас ты наденешь ночную сорочку, и тебе сразу станет лучше. А потом я заверну тебя в одеяло.

Чарити встала, и муж помог ей раздеться. Затем он надел на нее белую ночную сорочку, завернул ее в одеяло и снова усадил на стул перед огнем. Из своего седельного мешка он извлек вязаные шерстяные чулки и начал надевать их ей на ноги.