Узник страсти - Хейер Джорджетт

– Нет, конечно же, все будет не так! – снова вмешался Джон. – Она будет делать только то, что пожелает, сейчас и всегда! – Он обошел кровать и взял Нелл за руку. Ощущая, как напряжены ее пальцы, ласково улыбнулся девушке. – Ты скажешь мне, чего хочешь, моя дорогая. Поверь, я и не мечтаю о счастье большем, чем возможность жениться на тебе здесь и сейчас. Мне и в самом деле этот план кажется просто превосходным! Принять тебя из рук твоего дедушки – это именно то, чего мне хотелось бы. Но я не стану тащить к алтарю упирающуюся невесту. Поэтому если твое сердце возражает, любовь моя, тебе стоит только сказать!

– Джон, Джон, нет, не сердце! – сдавленным голосом пробормотала она, сжимая его руку.

– Нет? Значит, какие-то другие соображения, которые ты мне, разумеется, объяснишь. Но не можем же мы все это обсуждать на людях! Давай выйдем в гардеробную, как думаешь? Сэр Питер, мы должны попросить вашего позволения ненадолго покинуть вас.

Продолжая говорить, Джон предложил Нелл свою руку и повел ее к двери, которую открыл и придержал перед ними Уинкфилд. Как только он ее затворил, сквайр с довольным видом произнес:

– Он превосходный наездник! Сейчас он ее объездит!

– Сэр Питер, мне очень неприятно вас огорчать, но я не могу провести церемонию, если только не буду абсолютно уверен, что обе стороны желают этого! – провозгласил викарий, тревога которого стремительно нарастала.

– О, сэр, не говорите так! – вырвалось у Роуз. Она выхватила платок и почти вызывающе высморкалась. – Он настоящий джентльмен и такой добрый! – всхлипнула женщина.

– Да, должен признаться, я и сам приятно удивлен, – кивнул мистер Торн. – Я не совсем понимаю, с чего это вдруг он занял место Брина. Если честно, я вообще этого не понимаю! В таком эксцентричном поведении есть что-то настораживающее. Но я вынужден предположить, что он руководствуется добрыми намерениями и у него есть веские основания предаваться тому, что больше всего напоминает розыгрыш. Потому что в его лице и манерах нет ничего безумного или непостоянного. Однако повторяю, если мисс Сторневей не желает этого венчания, я вынужден отказаться от проведения церемонии!

– Да все она желает! – заверил его сквайр. – Обычные женские штучки! Она по уши влюблена в этого парня! Уинкфилд, где мой ликер?

В гардеробной Нелл, заключенная в объятия капитана, взволнованно твердила:

– Джон, я не могу, я не могу!

– Тебя никто не заставляет! – утешал ее он. – Но скажи мне, почему ты не можешь.

– Причин так много, ты должен понять сам… О, я не могу на это пойти!

– Все слишком неожиданно? Конечно, у тебя не было времени подготовиться! Какой же я эгоист! Дело в том, что я сам так мечтал о подобном тайном венчании, что совсем забыл: тебе, наверное, хочется чего-то совершенно иного! Насколько я понимаю, этого хотят все девушки. Боже сохрани, чтобы я лишил тебя чего-то, о чем ты мечтаешь, мое сокровище!

Слова капитана заставили Нелл оторвать голову от его плеча.

– Нет, нет! О, неужели ты считаешь меня такой ограниченной? Как ты мог? – возмущенно воскликнула она. – Как будто мне нужны все эти свадебные платья и пустые комплименты! О, Джон, какой же ты бессовестный!

Он рассмеялся.

– Но что еще я должен был подумать, не считая того, что ты вообще хочешь разорвать помолвку?

Она попыталась оттолкнуть Джона, вцепившись в отвороты его сюртука.

– Ты знаешь, что это не так! Неужели не понимаешь, как неправильно было бы для меня выйти за тебя замуж вот таким образом?

– Нет, – просто ответил он.

– Как я могу быть уверена, что ты не согласился на это, выполняя последнюю волю умирающего?

Его ответ на такой вопрос заставил ее задохнуться и заподозрить, что теперь у нее сломано не меньше трех ребер.

– У тебя есть другие бессмысленные вопросы, которые ты хотела бы мне задать, любовь моя? – дрогнувшим голосом спросил Джон.

– Я б-боюсь их задавать! – призналась она, не зная, плакать ей или смеяться!

– Отлично, потому что, думаю, мы не должны заставлять викария ожидать нас, да и твоего дедушку тоже. И если все твои опасения связаны со мной, то у нас нет ни малейших оснований для столь невежливого поведения. Ты сможешь надеть вот этот мой перстень?

– Джон, я убеждена, что не должна делать этого!

– Если ты считаешь, что я буду мужем-тираном, тогда, вне всяких сомнений, не должна, – живо согласился с ней Джон, примеряя кольцо на ее палец и снова его снимая. – Оно слишком велико, но придется обойтись им, пока я не смогу купить тебе обручальное. С другой стороны, если тебе не по вкусу подобное венчание, я вынужден заметить, что здравого смысла у тебя немного, раз уж ты не способна признать все преимущества этой очаровательно необычной церемонии.

– А если у меня так мало здравого смысла, то помолвку разорвешь ты? – пробормотала она, прижимаясь щекой к его плечу.

– Вполне возможно. А теперь, сама подумай, моя любовь! Если мы будем ждать, пока умрет твой дедушка, то в какое во всех смыслах неловкое положение мы себя поставим! После этого ты откажешься выходить за меня замуж до окончания траура, и что мы будем делать целый год? Где ты будешь жить? На какие средства? С таким количеством принципов ты не позволишь мне содержать тебя.

– Разумеется, нет! Надеюсь, я девушка достаточно приличная, чтобы не допустить этого. Возможно, я могла бы найти место гувернантки или что-нибудь в таком роде, – неуверенно пробормотала Нелл.

– Никто в здравом уме и трезвой памяти тебя не наймет, – заверил ее Джон. – Кроме того, у меня тоже есть гордость и невеста-гувернантка мне точно не подойдет! – Ответом на это был сдавленный смешок. – Смейся-смейся! – строго произнес он. – Однако позволь тебе сообщить, что у меня довольно косные убеждения относительно того, что мне подобает, а что нет!

– Интересно, с чего это я взяла, что у тебя вообще нет об этом ни малейших представлений?

– Откуда ты можешь знать такие вещи? Так что скажешь, моя дорогая? Пойдем?

Она подняла голову и посмотрела на него.

– Да, Джон, но что потом?

– Боишься, что я собираюсь увезти тебя в сторожку? Конечно, пока будешь нужна сэру Питеру, ты останешься здесь.

– Я должна быть с ним, понимаешь? – с горячностью в голосе произнесла Нелл.

– Да, я знаю. Даже если бы я жил во дворце, и тогда не попросил бы, чтобы ты покинула ради меня своего дедушку. Но с этого момента я получу право защищать тебя. Пойдем, скажем сэру Питеру, что мы мечтаем осчастливить его!

Сквайр лежал, закрыв глаза, под пристальным наблюдением Уинкфилда и переполненным сомнений и сожалений взглядом викария, но, услышав звук открывающейся двери, тут же встрепенулся и слегка повернул голову. Викарий тоже встал со стула и обеспокоенно посмотрел на Нелл. К своему изумлению, он увидел, что своевольная и яростная амазонка исчезла. Мисс Сторневей опиралась на руку капитана, при этом пальцы девушки полностью скрылись в крупной ладони ее спутника. Лицо Нелл светилось нежным румянцем, а на губах ее играла нежнейшая из улыбок.

– Ну что? – спросил сэр Питер.

– Мы счастливы вам повиноваться, сэр, – ответил Джон.

– Мисс Сторневей, это действительно так? – поинтересовался викарий.

– О да! – вздохнула она. – Если вы не считаете, что я поступаю дурно!

– Дурно? С какой стати? – проворчал сквайр. – Хватит попусту терять время! Я устал!

Итак, мисс Хелен Сторневей и капитан Джон Стейпл стали мужем и женой в этой освещенной свечами спальне в присутствии умирающего старика, няни и слуги. Викарий смотрел на их лица и думал о том, что никогда еще не венчал более блистательную пару, несмотря на поношенное платье леди и покрытые пятнами бриджи джентльмена. Нелл и Джон уверенно ответили на вопросы священника и выглядели такими счастливыми, что Роуз (как она потом объяснила) немного всплакнула, и даже Уинкфилд признал, что это была очень трогательная церемония.

Все закончилось, они поцеловались, и Джон снова подвел Нелл к кровати. Всем было заметно, что лицо сквайра неуловимо изменилось. Заострившиеся черты как будто разгладились, а глаза утратили свой сверхъестественный блеск. Он выглядел более умиротворенным, но когда поднял правую руку, это далось ему с большим трудом и она заметно дрожала. Нелл на минуту склонилась над дедушкой, он улыбнулся ей и невнятно пробормотал: