Карен Хокинс - Опоздавшая невеста

Каждый вдох давался с трудом, воздух казался раскаленным. Словно злобные волшебники, языки пламени плясали на сухом дереве, прищелкивая и потрескивая. Белый густой дым вздымался вверх, его было видно даже в темноте сарая. Люсьен пригнул Арабеллу к полу, развязал шарф у себя на шее и намотал его ей на шею.

– Закрой им себе рот.

– Нет, – хрипло крикнула она. – Оставь его себе!

– Черт побери, Белла! Не будь дурой! Я могу...

С ревом, похожим на человеческий, вспыхнула соломенная крыша, на них посыпались искры. Арабелла закричала от ужаса. Люсьен был рад, что на ней бриджи, а не платье, в котором много ярдов ткани. Мысль о том, как пламя извивается вокруг ног Арабеллы, усилила его страх. Он притянул ее к себе и закрыл своим телом.

Она отталкивала его и силилась что-то сказать, но дым душил и не давал вымолвить ни слова. Люсьен проклинал свою судьбу, отсутствие времени, все и всех, кто решил удержать Арабеллу подальше от него. Но он все преодолеет. Так же, как раньше преодолевал все препятствия.

Глаза немилосердно жгло, горло горело. Он протянул руку и начал шарить по грязному полу, пытаясь найти что-нибудь, чем можно было бы пробить стену.

– Люсьен. – Хриплый голос Арабеллы пробился сквозь яростный треск огня. – Лопата.

– Что?

Она едва сумела выдавить из себя:

– Возьми лопату.

Ну конечно. Он наклонился, и его пальцы нащупали что-то холодное и твердое. Люсьен схватил лопату и вскочил на ноги. Он поднял ее над головой наподобие топора и стал изо всех сил колотить ею по стене.

Раздался звук ломающегося дерева, между тем как Люсьен снова и снова ударял лопатой по стене. Наконец в дереве появилось небольшое отверстие, в него хлынул дым. Люсьен отбросил лопату в сторону и принялся пинать ногой и раскачивать доску, пока пробоина не стала шире. Но все же она была недостаточно широка.

Люсьен, задыхаясь, сделал два шага назад. Потом, наклонив голову и стиснув зубы, он всем телом навалился на расшатанные доски. Боль пронзила плечо, стена затрещала, и в ней образовался пролом. Люсьен упал на благословенно холодную землю и некоторое время жадно хватал ртом морозный воздух, потом вскочил на ноги и бросился обратно в огонь.

Его остановили сильные руки. Перед глазами расплывшимся пятном показалось красное лицо Харлбрука.

– Спокойно, Уэксфорд! Вы наглотались дыма.

– Белла! – прохрипел Люсьен, вытирая слезящиеся глаза. – Я должен...

– Франкот уже пошел за ней.

Люсьен обернулся и увидел, как адвокат тащит Арабеллу через пролом. Франкот помог ей добраться туда, где сидел Люсьен, и осторожно посадил на разложенный плащ Харлбрука.

Она согнулась и ловила ртом воздух. Не обращая внимания на зрителей, Люсьен притянул ее к себе. Она вцепилась в его плечи, лицо ее было испачкано сажей, из красных, воспаленных глаз катились слезы.

Никогда он не видел более прекрасного зрелища. Он смахнул немного сажи с ее лица и наблюдал, как снег, тихо падая, очищает ее кожу, расчерченную черными полосами.

Харлбрук покачался на пятках, брови его были насуплены.

– Вам повезло, что Франкот услышал, как мисс Хадли звала на помощь.

Адвокат вздрогнул, лицо его побледнело.

– Я... я услышал ее крик, и я... О Боже! Это было ужасно. – Он упал на колени рядом с ней. – Я боялся... так боялся опоздать.

Харлбрук положил мясистую руку на плечо адвоката:

– Ну-ну. С ней все в порядке, вы же видите. Мистер Франкот кивнул, но в глазах у него стояли слезы. Когда чистый воздух промыл легкие Люсьена, он приподнялся на локте и взглянул на Арабеллу:

– Ты не ранена?

Она слабо улыбнулась, и между двумя тяжелыми вдохами ей удалось сказать:

– Только... моя гордость. Люсьен усмехнулся:

– Я, кажется, слышал, как она треснула. – Он встал, потом наклонился и помог встать ей, вздрогнув, когда неожиданная боль пронзила руку.

В глазах Арабеллы появилось беспокойство.

– Плечо?

– Я, кажется, простоял уйму времени на отвалившемся от нее куске рядом с тобой, дорогая.

Неожиданно с ее губ сорвался булькающий смех.

Послышался звук остановившейся упряжки, и Люсьен оглянулся. Уилсон выпрыгнул из повозки, его недоумевающий взгляд останавливался то на сарае, то на Люсьене и Арабелле.

– Боже мой, что произошло, мисс?

– Загорелся сарай, – сказала Арабелла. – Мы должны благодарить мистера Франкота за то, что он вовремя вмешался.

– Нет-нет. Не стоит. Право, не стоит.

Арабелла сделала шаг вперед и обеими руками схватила его руку:

– Мы обязаны вам жизнью. Он с силой высвободился.

– Нет, я ничего не сделал, правда ничего. Я... я не должен был... мне надо идти. – Он резко поклонился, повернулся на пятках и побежал к своей лошади.

Лорд Харлбрук с удивлением посмотрел ему вслед:

– Странно. Когда я приехал, я подумал... – Он замолчал, потом пожал плечами, надел шляпу и взял свой плащ. Его маленькие глазки беспокойно зыркали на Арабеллу. – Я приехал сказать, что констебль Роббинс опрашивает всех хозяев постоялых дворов. К вечеру у нас будет достаточно доказательств для ареста.

Люсьен восхитился выдержкой Арабеллы: у нее не дрогнул ни один мускул. Ей даже удалось улыбнуться такой же холодной улыбкой, как и снег вокруг них.

– Спасибо за сообщение, лорд Харлбрук, хотя не знаю, почему вы думаете, что это меня заинтересует.

Он неодобрительно посмотрел на нее, коротко поклонился и направился к своей лошади.

Арабелла смотрела, как все больше мрачнеет лицо Люсьена. Запах древесного дыма забил ей горло. Все было так близко. Слишком близко.

– Я думаю, вам обоим лучше подойти сюда и посмотреть вот на это, – сказал Уилсон, стоя у сарая.

Люсьен отпустил Арабеллу, и она вздрогнула. Мгновение спустя она была завернута в его плащ, теплая шерсть согревала ее от шеи до пят. Люсьен улыбнулся, провел рукой по ее щеке и стянул потуже воротник.

Она качнулась к нему и уткнулась лицом ему в плечо. Она нашла его только для того, чтобы снова потерять.

Сквозь снег донесся голос Уилсона:

– Интересно, что вы об этом думаете.

Люсьен приподнял ее подбородок, заглядывая ей в глаза. Белые зубы сверкнули на черном от сажи лице.

– Спокойно, милая, – шепнул он. – Идем. Нас зовет Уилсон.

Она улыбнулась дрожащей улыбкой и за руку с ним пошла туда, где у догорающего сарая стоял Уилсон. Сарай обрушился, и только часть каждой стены оставалась стоять, пламя все еще трещало в дымящейся куче.

Люсьен посмотрел туда, куда показывал Уилсон.

– Проклятие!

– Что такое? – спросила Арабелла.

– Дверь была закрыта и загорожена снаружи. Кто-то придвинул к ней телегу.

– Может быть, она прикатилась сюда случайно. Зеленые глаза Люсьена сверкнули.