Нора Хесс - Очарование нежности

Проезжая мимо коттеджа Джасперса и видя в окнах его свет, он поддался искушению и подъехал к нему. Остановив своего жеребца, Трэй неподвижно застыл в седле, вглядываясь в освещенное оконце. «Может, Лэйси пробе­жит мимо и я смогу увидеть ее?» – думал он.

И он увидел, как его жена подошла к столу и задула лампу. Парень тут же натянул поводья и пришпорил своего Принца – желания оста­ваться здесь и ждать, когда погаснет свет и в большой комнате, у него не было.

Как выяснилось, Мэтт отправился в город. С виноватой улыбкой Хосе сообщил это Трэю. Вскочив в седло, молодой человек некоторое время продолжал сидеть, не двигаясь с места, Трэй не сомневался, что все его приятели из Маренго сейчас в салуне и, появись он там, на него тут же обрушится беззвучный шквал со­чувственных взглядов.

Прикинув все за и против, Трэй все же повернул своего жеребца к городу. Должен же он выяснить, в конце концов, действительно ли его Лэйси пустила к себе мужчину!

К его великому удивлению, никаких выра­жений сочувствия не последовало. Все, как обычно, шумно и радостно приветствовали его:

– Эй, Трэй, подходи к нам – выпьем по маленькой! Давай сюда, сейчас растопим лед в твоих замерзших конечностях!

Увидев на дальнем конце стойки Мэтта, Трэй сразу же направился к нему. Пит плеснул ему виски, а он, понизив голос, обратился к своему старому другу:

– Что там за незнакомец живет у Лэйси?…

– А ты что, только узнал об этом? – изу­мился Карлтон, отметив в глазах друга плохо скрываемую злость. – Уже прошла почти неде­ля, как он поселился там. Это – Джейсон Крэйн. Остановился у крыльца Лэйси кофе попросить. Она, естественно, не стала ему отпирать. Он развернулся, чтобы уйти, да неудач­но – упал, да так, что ногу себе сломал. Перелом серьезный. Наш док починил его, но пока ему нельзя шевелиться.

Взгляд Трэя потеплел, однако он озабочен­но спросил:

– Сейчас, наверное, все тут только об этом и говорят?

– Да брось ты! Никто ни гу-гу. Вот если бы она оставила его лежать и подыхать на морозе со сломанной ногой, тогда бы ее ду­шеньке досталось, можешь не сомневаться. А так – все в порядке, ты голову себе этим не забивай. Не будь идиотом.

– Да, понимаешь, просто не хочется, что­бы люди о ней сплетничали.

– Да нет никаких сплетен, Трэй, – отмах­нулся Карлтон. – Энни Стамп живо мозги вправит каждому, кто осмелится говорить пло­хое о твоей жене.

– А ты что можешь сказать об этом при­езжем? Что он за фрукт?

Мэтт подумал:

– Знаешь, он из тех, кто бабам нравится. И не только бабам. Как-то располагает к себе, понимаешь. Ему, наверное, уже за сорок: та­кой же высокий, как ты, только постройнее. В волосах уже седина вовсю. Очень симпатич­ный. А насчет того, кто он и откуда – рот держит на замке. Я пару раз пытался задавать ему, так сказать, наводящие вопросы, но без­результатно – он их словно не слышит.

– Как ты думаешь, когда он на ноги вста­нет?

– Ты меня об этом спрашиваешь? Доктор Карсон сказал, что позволит встать ему на костыли не раньше, чем недели через две. Конечно, это не исключает того, что его можно посадить на коня и пустить на все четыре сто­роны. Короче говоря, он еще поживет у Лэйси какое-то время. А почему бы тебе не съездить туда и самому не познакомиться с ним?

– Ха! – фыркнул Трэй. – Да она мне и дверь не отопрет, будто ты не знаешь.

Мэтт озабоченно кивнул: – Да, Лэйси последнее время очень на тебя сердита. Даже говорить о тебе не хочет.

– Я ее за это не виню. Как бы мне хоте­лось убедить ее, что я тогда не мог не поехать к Сэлли Джо. Я же действительно думал, что ее дела совсем ни к черту, – он издевательски ухмыльнулся. – Тем более в дураках оказался. Лишь три дня спустя я понял, что меня надувают. Сэлли была здоровехонька. Она сочинила байку о якобы сломанных ребрах, чтобы меня к себе заманить.

– Знаю, и сейчас она простить себе этого не может. Мне кажется, она просто не представляла себе, что у вас с Лэйси.

–А мне от того, что она себе этого про­стить не может, лучше не становится.

– Да, – согласился Мэтт. – Потом спро­сил: – А почему бы тебе не отправиться к ней как-нибудь днем? Выбери время, когда она обычно ходит в сарай, и заставь ее выслушать себя. Не отпускай, пока не выскажешься. Не подействует в первый раз – что из того? Еще раз приедешь. Надоедай ей, изводи, если хо­чешь. В конце концов, Лэйси поверит тебе. И, разумеется, ни ногой в салун! К чертям со­бачьим всех твоих закадычных дружков! Ей ведь вмиг сообщат, что ты по-другому стал себя вести.

– Ты думаешь?

– Уверен.

Как только на сцене появилась Сэлли Джо и собралась петь, Трэй, оставив деньги на стойке, мгновенно исчез. Его никак не грела пер­спектива толков, которые могут возникнуть в результате их встречи. Вскочив на своего Прин­ца, он направился в сторону магазина Дулитла.

Там Трэй недавно заказал для жены пода­рок к Рождеству. Эрвин, владелец магазина, в свое время заверил его, что все будет исполне­но как полагается. Хотелось бы надеяться – Рождество уже через день!

Эрвин и Нэлли приветствовали ковбоя как родственника, шумно и с улыбкой на лице.

– Догадываюсь, зачем ты пришел к нам, – сказала Нэлли.

– А у вас уже есть то, что я просил?

– Есть, конечно. Мы это еще до послед­него снегопада получили, – ответил Эрвин, —

Штуковина эта на самом деле выглядит еще красивее, чем в каталоге.

И он выложил на прилавок длинную плос­кую коробочку.

– Знаешь, как у твоей Лэйси глаза заго­рятся, когда она ее увидит.

Открыв футлярчик, Трэй увидел великолеп­ную нитку жемчуга на черном бархате. Он даже невольно дотронулся до ее матовой, гладкой поверхности. «Как подойдет оно к нежной шее Лэйси», – подумал он.

– Думаешь, ей понравится? – беспокойно спросил молодой человек Нэлли.

– Конечно, понравится. А какой женщине не понравилось бы? Хотя она вполне может упрекнуть тебя за то, что ты выложил такую кучу денег.

А вот в этом Трэй сомневался. Он знал, что будет на седьмом небе от счастья, если она согласится принять эту вещь.

Лэйси разбудило кукареканье петуха. По­вернувшись на спину, она сладко потянулась, вытянула руки из-под одеяла и тут же боязливо снова спрятала их. Ну и холод! Некоторое время Лэйси еще продолжала лежать, настраивая себя на то, чтобы выскочить из ласкового тепла постели и помчаться в гостиную разводить огонь в камине – она еще с вечера, как обычно, запаслась дровами.

Джейсон безмятежно похрапывал, пока хо­зяйка раздувала пламя из полузатухших угольков и затем клала на них мелкие щепочки. Когда огонь в камине как следует разгорелся, она встала спиной к нему. Ее взгляд упал на не­убранную, казавшуюся голой елку. Упавший на елку солнечный зайчик, казалось, обратился к ней: «Ну, что же ты? Укрась меня к праздни­ку!»