Тэсса Дэр - Зачем ловеласу жениться

— Что бы вы могли? — спросила красавица.

Проклятие, неужели он думал вслух?!

— Я мог бы… — Тоби внезапно умолк.

Он мог бы соблазнить ее. Мог бы лишить ее девственности и, оправдывая свою скандальную репутацию, устроить грандиозный скандал. Он мог бы отказаться жениться на ней и оставить без всяких перспектив на будущее. Иными словами, он мог бы прекрасно отомстить мерзавцу Грейсону.

— Ну, я мог бы… — Тобиас снова умолк. Заглянув в чудесные глаза девушки, он вдруг понял, что ничего подобного сделать не смог бы, просто не способен был на такое… Да, Грейсон отнял у него невесту — и репутацию. Но честь свою Тобиас Олдридж никому не отдаст. — Я мог бы проводить вас обратно в зал, — сказал он наконец. — Мог бы привести сюда хозяйку бала, если бы вы предпочли остаться здесь. Или, может быть, хотите, чтобы я принес вам лимонад? Скажите, могу я хоть чем-нибудь быть вам полезен?

— Возможно, вы действительно могли бы мне помочь.

— Готов на все, миледи, — ответил Тоби с веселой улыбкой. Он опустился перед девушкой на одно колено, изображая рыцаря, приносящего клятву верности. — Приказывайте!

— Сэр Тобиас… найдите мне мужа, — прошептала Бел, снова покраснев.

— Мужа?.. — Ему показалось, он ослышался. — Вы хотите, чтобы я… нашел вам мужа?

Бел невольно вздохнула. К ее несчастью, растерянность сэра Тобиаса сделала его еще более красивым.

— Да, мужа, — ответила она, потупившись. — Сегодня же, если можно.

— Сегодня?! — Он рассмеялся. — Ну и миссию вы на меня возложили! Вы намерены поймать в сети мужа прямо сейчас? На этом балу?

— Ну, я не рассчитываю услышать предложение руки и сердца прямо сегодня, но я бы хотела хоть как-то определиться. Иначе зачем бы я поехала на этот бал?

— Может, для того, чтобы приятно провести время?

— Чтобы приятно провести время? — переспросила Бел, глядя на собеседника с величайшим удивлением.

— А почему бы и нет? — Тобиас пожал плечами. — Подобные вечера в основном и посещают для того, чтобы приятно провести время. Люди получают удовольствие на балу, как мне думается. — Тобиас выпрямился, затем присел на скамью рядом с девушкой. Немного помолчав, заявил: — А теперь выкладывайте начистоту, скажите откровенно: неужели вы действительно не получаете от этого бала никакого удовольствия?

Бел молча заерзала на скамье. Она не могла с уверенностью сказать, что не получает совершенно никакого удовольствия.

Придвинувшись к ней почти вплотную, Тоби продолжал:

— Я же могу честно сказать, что с каждой минутой получаю от этого вечера все больше удовольствия.

Тут Бел, не выдержав, вскочила на ноги.

— Я пришла на этот бал с единственной целью, — проговорила она настойчиво, пытаясь убедить себя в том, что говорит чистейшую правду. — И эта цель — найти себе мужа. Я должна выйти замуж за лорда. Пэра королевства.

— Вы должны выйти за лорда? — переспросил Тоби. — Только не говорите мне, что это — требование вашего брата, что он пытается таким образом завести полезные связи.

— Нет-нет, брат здесь ни при чем, — поспешно возразила Бел. — Он ничего от меня не требует. Более того, Долли дает за мной неприлично богатое приданое, и это означает, что я могла бы выбрать себе любого мужа — даже без титула и состояния.

— Долли? — Тоби хохотнул.

Бел снова покраснела. Она знала, что ее брат терпеть не мог своего детского прозвища, но ей никак не удавалось избавиться от старой привычки, и она частенько называла его именно так — Долли.

— Ну… это сокращение от Адольфа, его второго имени. Но я знаю, что все зовут его Грей. Так вот, Грей хочет, чтобы я вышла замуж по любви, так же как женился он.

— Понятно… — кивнул Тоби. — Выходит, как он…

Бел украдкой взглянула на собеседника. Она действительно услышала в его голосе горечь? Или ей просто показалось?

— Но я решила выйти за лорда, — продолжала она. — Таково мое желание. Однако не за любого лорда, а за человека чести. И с принципами. — Она вновь кивнула в сторону бального зала. — Но как разглядеть истинное лицо человека в такой обстановке? Танцы, карты, сплетни и спиртное… Этот бал — сплошной грех, никакой добродетели.

Она вновь посмотрела на собеседника. Сэр Тоби молчал, и казалось, что ее слова очень его озадачили.

— Так вот, я уже говорила, что совсем недавно приехала в Англию. Но вы-то прожили среди этих людей всю свою жизнь… И вы, наверное, все про них знаете. Поскольку же именно вы увели меня на эту террасу… Мне кажется, вы могли бы посоветовать, кто из них более всего подходит мне в мужья.

Тобиас пристально смотрел на девушку. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он наконец проговорил:

— У вас очень необычный акцент. Откуда он у вас?

— Мой акцент? Видите ли, моя мать была испанкой. Она была второй женой нашего с братом отца.

— Ах так?.. Что ж, это многое объясняет…

— А что, мой акцент так сильно режет слух?

— Нет, вовсе нет. Я нахожу его обворожительным. Я мог бы слушать вас всю ночь.

— О!.. — Бел вдруг почувствовала стеснение в груди. И казалось, что ноги сделались словно ватные. — Так вы мне поможете?

Тобиас медленно поднялся со скамьи.

— А почему вы не хотите выйти замуж по любви? — спросил он. Приблизившись к девушке почти вплотную, добавил: — Ведь и ваш голос, и ваши жесты… даже то, как вы танцуете, — все говорит о страстности вашей натуры. — Он прикоснулся к ее руке. — Такая теплая… И все же вы выбираете мужа с холодной расчетливостью. Ради его титула и положения в обществе? На вас это совсем не похоже.

— Вы говорите так, будто хорошо меня знаете. Но я вовсе не… — Бел замолчала. Она не могла сказать, что страстность ей чужда. Это было бы ложью. — Если во мне и есть страсть, — продолжала она, — то это страстная любовь к Господу. И если я выйду замуж по любви, то это будет любовь к нему, к его несчастным нуждающимся детям. Брат мой дает за мной богатое приданое, но это приданое — тяжелая ноша, золото, окропленное кровью. А мать моя дала мне в наследство… вот это. — Бел в раздражении провела рукой по своим пышным формам. — Как же смогу я жить в ладу с собой, если обменяю то, что получила от них, на нечто столь недолговечное и столь эгоистическое, как романтическая любовь? Нет, я найду лучшее применение своим богатствам. Я обменяю их, как вы выразились, на титул и положение в обществе. То есть на возможность творить добро.

Бел закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Ей надо было успокоиться. Сэр Тобиас не заслуживал ее гнева. В конце концов, он был прав. Непредсказуемость и страстность матери передались ей по наследству, и что-то в этом мужчине будило в ней голос крови.