Патриция Хэган - Пылающие души

– Что же будет дальше? – в страхе спросила Джулия.

– Вы, случайно, не знаете, когда вернутся матросы? Арнхардт наотрез отказался отвечать на наши вопросы.

Джулия насторожилась.

– Вряд ли я смогу вам чем-нибудь помочь. Ведь вы – враг, янки…

– Лично вам я не враг, – возразил Гатри. – По правде сказать, мисс Маршалл, я ждал от вас благодарности – как-никак я спас вас.

– Завтра он собирался отпустить меня… – сообразив, что сказала лишнее, Джулия осеклась, а Гатри воскликнул:

– Значит, экипаж возвращается завтра. Ну что ж, корабля он не найдет.

Джулия медленно покачала головой, чувствуя нарастающий страх:

– Не понимаю вас… Гатри терпеливо растолковал:

– Матросы не найдут корабль, потому что мы уничтожим его. А теперь, – продолжал он, подталкивая Джулию к ступенькам, – ступайте одеваться. Я приглашаю вас выпить чаю. Должно быть, вы проголодались? Я прикажу кому-нибудь из матросов приготовить ужин на двоих.

В растерянности Джулия поспешно натянула платье, не удосужившись надеть нижние юбки. Что же задумали янки? Неужели они убьют Дерека?

Эта мысль была подобна удару ножа. Да, Джулия не питала к Дереку нежных чувств, но вместе они пережили немало счастливых минут – когда не спорили и не ссорились. Конечно, Дерек чересчур самодоволен и смел, его так легко возненавидеть… однако в его объятиях Джулия обо всем забывала. Она злилась на Дерека, но это еще не значило, что она желала ему смерти.

Вероятно, его еще можно спасти, в панике размышляла она. Джулия не знала, что предпринять, но, по крайней мере, она могла прокрасться к нему в каюту и поговорить, узнать, что произошло. А если капитан Гатри не отпустит ее? Что, если на карту поставлена и ее собственная жизнь? Янки нельзя доверять – никогда, ни при каких обстоятельствах!

Она распахнула дверь и обнаружила, что узкий коридор залит светом. Кто-то зажег все фонари, висящие под потолком.

Словно из-под земли перед Джулией вырос мужчина в темно-синем кителе. Он усмехался, будто прочел ее мысли.

– Мисс Маршалл, я провожу вас к капитану Гатри. Чай остывает. – Он слегка поклонился, и этот жест показался Джулии оскорбительным.

Незнакомец крепко взял ее за руку и быстро повел по коридору. Ждущий в офицерской столовой Бенджамин Гатри вежливо встал при появлении Джулии.

На столе стояла кружка с дымящимся чаем. Гатри учтиво помог Джулии сесть.

– Поговорим о том, как быть с вами, – начал он, когда оба устроились за столом.

Глядя на янтарную жидкость, колышущуюся в кружке, Джулия пробормотала, что у нее нет никаких планов.

– Я понятия не имею, где мама.

– Узнать о том, вернулась ли она в Саванну, не составит труда, – отозвался Гатри. – Думаю, вы уже слышали, что форт Пуласки пал. Саванна отрезана от моря. Полагаю, ваша мать добралась до Уилмингтона на каком-нибудь судне, принадлежащем контрабандисту, а затем продолжила путь по суше.

– Мы купили билеты на судно, отплывающее в Англию, а потом меня похитили. Я не знаю, как поступила мама, услышав, что стало со мной.

– Логично предположить, что она продолжила путешествие в надежде, что ваш жених… как его фамилия – Оутс? Да, Оутс. Вероятно, ваша мать разыскала его и попросила о помощи. – Гатри покровительственным жестом похлопал Джулию по руке. – Не волнуйтесь, дорогая. Вы слишком красивы, чтобы отчаиваться понапрасну. Допивайте чай, и я прикажу своим матросам переправить вас на наш корабль. Вскоре мы возьмем курс на север. Я должен явиться в Вашингтон и доложить, что с Арнхардтом покончено. Вы будете сопровождать меня.

Джулия с грохотом отодвинула свой стул и воскликнула:

– Но я не собираюсь туда! Я хочу домой!

– Чепуха! – Он взмахнул рукой, словно без колебаний отметая эту нелепую мысль. – Теперь вы в руках джентльмена, и если вы успокоитесь и предоставите мне принимать решения, я буду исходить из ваших интересов.

Не прикоснувшись к чаю, Джулия поднялась, и Гатри последовал ее примеру, но вдруг удивил ее, поцеловав руку, и со странным выражением лица пробормотал:

– Мне никак не удавалось забыть вашу красоту. Воспоминания о ней преследовали меня много месяцев подряд. Я так рад вашему обществу…

Джулия в ужасе отпрянула, однако Гатри поспешил заверить ее, что не замышляет ничего дурного.

– Я – порядочный человек, дорогая, но должен предупредить, что я намерен завладеть вашим сердцем…

– О чем вы говорите? – недоуменно переспросила Джулия. Гатри заморгал.

– Повторяю, я попытаюсь завладеть вашим сердцем. Неужели вам так трудно в это поверить? Я холост и, следовательно, вправе добиваться вашего расположения.

– А, по-моему, вы излишне самоуверенны, как и все янки, – сухо отозвалась Джулия.

– Что, простите?

На этот раз Джулия язвительно улыбнулась:

– Подобно своим соотечественникам, янки, вы уверены, что вам ничего не стоит пленить южанку. Это нелепость. Мое сердце никогда не будет принадлежать вам.

Гатри сдержанно поклонился:

– Я принимаю вызов.

– Никакой это не вызов, – раздраженно перебила Джулия. – Как вы не понимаете…

Она замолчала на полуслове, услышав за спиной скрип приоткрывшейся двери. Обернувшись, она увидела матроса с морщинистым лицом и возбужденно поблескивающими глазами.

– Сэр, все готово. Мы вывели Арнхардта на палубу.

– Отлично. Сейчас выйду.

Матрос отсалютовал капитану и быстро вышел. Капитан Гатри последовал было за ним, но Джулия порывисто ухватила его за руку.

– О чем он говорил? – спросила она.

– Вам и без того хватает неприятностей. Допивайте чай, а потом кто-нибудь переправит вас на наш корабль.

– Никуда я не пойду! – Схватив кружку, Джулия швырнула ее об стену с яростью, изумившей ее саму. – Я хочу знать, что творится на палубе. Разве я не вправе выяснить, какую дьявольскую, варварскую пытку вы уготовили Дереку?

– Дереку? – Гатри прищурился. – Кажется, я поспешил выразить вам сочувствие, мисс Маршалл. Похоже, вы неравнодушны к нашему пленнику. Ну что же, вам будет полезно узнать, как я расправляюсь с врагами. Прошу вас.

Он пропустил Джулию в дверь и попытался помочь ей подняться по трапу, но Джулия с негодованием отвергла его помощь. Прикосновения янки вызывали в ней отвращение. В войнах и политике она не разбиралась, но одно знала наверняка: новую войну затеяли янки, стремясь навязать Югу свою волю, и она не желала иметь с ними дела.

На палубе ярко горели фонари. Человек двадцать в темно-синей форме столпились на носу корабля. На доске, положенной поперек борта и нависающей над водой, стоял обнаженный Дерек со связанными за спиной руками.

Когда Джулия подошла ближе, Дерек быстро взглянул на нее, а затем вновь устремил взгляд вдаль. Казалось, он ничего не боится. Суета на палубе лишь раздражала его.