Патриция Хэган - Пылающие души

Когда Джулия подошла ближе, Дерек быстро взглянул на нее, а затем вновь устремил взгляд вдаль. Казалось, он ничего не боится. Суета на палубе лишь раздражала его.

– Арнхардт! – насмешливо крикнул ему капитан Гатри. – Вы ничего не хотите сказать, прежде чем вас скормят акулам?

Джулия пошатнулась, в ужасе осознав, как намерен поступить янки.

Здешние воды и впрямь кишели акулами. Сегодня днем Дерек видел их и потому отменил очередное купание. Акулы в мгновение ока расправились с Шедом Харки и его приятелями-мятежниками…

А теперь Дерека ждала та же участь.

Джулия не могла этого допустить. Она убеждала себя, что ею руководит только жалость к Дереку, и не более того. Они были всего-навсего любовниками, а не влюбленными…

Не обращая внимания на Джулию, матросы отпускали издевательские замечания в адрес Дерека и хохотали. Джулия огляделась в поисках хоть какого-нибудь оружия.

Она оступилась на скользком пятне и уловила неприятный запах. Здесь, на этом месте, Дерек чистил рыбу, пойманную на завтрак. Он не успел вымыть палубу, и теперь она испускала зловоние.

Внезапно Джулию осенила догадка. Ругая себя за то, что не подумала об этом раньше, она быстро нагнулась, пошарила руками в темноте и нащупала нож, которым Дерек разделывал рыбу. Стремительно спрятав нож в складках юбки, Джулия выпрямилась.

Холодно взглянув на Гатри, Дерек осведомился:

– Что будет с ней? – И кивнул в сторону Джулии.

– Не беспокойтесь, она отправится в Вашингтон вместе со мной, – любезно объяснил Гатри. – Вы сделали эту девушку несчастной, а сейчас она в надежных руках. – Он нетерпеливо переступил с ноги на ногу. – У вас есть еще вопросы?

– А мой корабль?

Гатри злорадно ухмыльнулся. Матросы загоготали.

– Вы когда-нибудь слышали о новом чуде – динамите? Его изобрел шведский химик Альфред Нобель. Смешав нитроглицерин с пористым впитывающим материалом, Нобель создал твердое вещество, которое взрывается под воздействием тепла или ударов. Впрочем, – капитан пренебрежительно взмахнул рукой, – откуда знать об этом вам, заурядному моряку? Динамит разнесет ваш корабль в пыль, Арнхардт. Больше «Ариану» не суждено прорывать блокаду.

Запрокинув голову, Дерек язвительно расхохотался:

– Вам нет ровным счетом никакого дела до того, будет он прорывать блокаду или нет! Напыщенный ублюдок! Вы стремитесь только отомстить мне, потому что я выставил вас на посмешище!

– Будьте любезны придержать язык – здесь дама! – вспыхнул Гатри. – Благодарите Бога, что я не приказал пристрелить вас. Я великодушен: вы получите шанс на спасение – только потому, что вы не вышвырнули меня и матросов за борт, а отдали нам шлюпки. К счастью, нас вскоре подобрал проходящий мимо корабль.

Дерек усмехнулся:

– И это вы называете шансом на спасение? Вы считаете, что человек со связанными руками, брошенный в воду,

способен выжить? Янки – безмозглые болваны!

– Столкните его в воду! – рявкнул Гатри.

Джулия не выдержала. Бросившись вперед, она отчаянно закричала:

– Подождите! Прошу вас, позвольте попрощаться с ним! Гатри с упреком покачал головой:

– Похоже, я ошибался насчет вас, мисс Маршалл. Теперь мне трудно поверить, что на этом корабле вы были беспомощной заложницей. Должно быть, вы радовались…

– Верьте чему пожелаете! Но неужели я прошу невозможного? – взмолилась она.

Лицо Гатри в свете фонарей исказила дьявольская гримаса.

– Вероятно, прощание будет впечатляющим, – злорадно произнес он. – Кстати, мы бросили в море большой кусок мяса с кровью, чтобы подманить акул. Уверен, они уже давно ждут главного блюда. – Он рассмеялся. – Так уж и быть, попрощайтесь. Вместе с целомудрием вы утратили гордость.

Пропустив оскорбление мимо ушей, Джулия пробралась сквозь толпу хмыкающих и посвистывающих матросов и встала на доску перед Дереком.

– Уходи, Джулия, – велел он, раздраженно хмурясь. – Если ты упадешь…

Джулия порывисто обняла его и вложила нож в связанные руки.

– Возьми! – прошептала она. – Скорее!

От прикосновения холодной стали глаза Дерека на миг расширились, но он не растерялся и ловко обхватил нож пальцами. Словно лаская Джулию взглядом, он пробормотал:

– Когда-нибудь, завершив борьбу с ветрами и волнами, я приеду за тобой, Джулия, и завоюю твою любовь.

Она приподнялась на цыпочки, пытаясь дотянуться до его губ. По щекам Джулии струились слезы.

– Жаль, что у меня под рукой нет скамейки, Дерек. Видишь, я никак не могу дотянуться до тебя…

– А я ничем не могу помочь, – от низкого хрипловатого голоса Дерека по телу Джулии побежали мурашки. – Но мы еще встретимся.

Она прильнула к нему, потрясенная бурей, бушующей в собственной душе. Почему ей так больно? Почему отчаяние неотступно терзает ее? Ведь она не любит Дерека. Это невозможно…

– Довольно! – нетерпеливо прикрикнул капитан Гатри. – Стащите ее на палубу! Нам надо спешить. Кто-то потащил Джулию прочь, она принялась отбиваться. Гатри вытащил из ножен саблю и подступил ближе к Дереку.

– Нет! – вырвалось у Джулии. Пытаясь вырваться из рук матросов, она кричала: – Проклятые янки! Не смейте!

С удвоенной силой она била ногами по коленям человека, державшего ее. Гатри придвинулся к Дереку, нацелив острие сабли ему в живот. Толпа на палубе зашевелилась, Джулия похолодела. Перестав вырываться, она уставилась на Дерека, который медленно шел к концу доски, не поворачиваясь спиной к янки, чтобы они не заметили зажатый в руках нож.

В последний раз он взглянул на Джулию, и свет фонарей, бьющий ему в лицо, образовал вокруг головы подобие нимба, который придал Дереку внушительный вид. Но что это? Неужели он улыбнулся? Джулия напрягла зрение и ахнула, осознав, что в эту страшную минуту на лице Дерека и впрямь играла улыбка! Она пошатнулась, скользя взглядом по его сильному мускулистому телу. Если он сумеет разрезать веревки, тогда у него появится шанс спастись. Дерек – опытный пловец, он вполне способен добраться до берега. Но пока он не перережет веревки, ему придется пробыть под водой в неудобной позе, с руками за спиной, среди акул…

Дерек встречал смерть с такой надменной и дерзкой улыбкой, что Джулия невольно прониклась уважением к этому человеку, которого ей следовало бы презирать.

Он сошел с доски. На палубе все затаили дыхание, над кораблем повисло безмолвие.

Тишину разорвал гулкий всплеск, эхо разнесло его над ночным морем. Отталкивая друг друга, матросы бросились к борту. Они возбужденно перекрикивались.

На миг оказавшись забытой, Джулия упала на колени и разрыдалась.

– Черт! Его нигде не видно, – крикнул кто-то. Ему отозвался второй голос: