Патриция Хэган - Пылающие души

На Джулии было простое хлопчатобумажное платье ярко-желтого цвета. Лентой того же оттенка она перевязала волосы на затылке. Не сводя с нее глаз, Дерек потянулся к ленте, развязал ее и любовно начал перебирать шелковистые пряди, рассыпавшиеся по плечам.

Заведя руки за спину Джулии, он принялся расстегивать платье.

– Я хочу раздеть тебя, – таким же повелительным и непререкаемым тоном он говорил с матросами. – Пока мы здесь одни, ты должна оставаться обнаженной.

– А как же ты? – спросила Джулия.

Дерек удивленно взглянул на нее, ожидая пояснений. Джулии было неловко признаваться в этом, но ей нравилось видеть обнаженное тело Дерека. Она не уставала поражаться его физической силе и удивительной мужской красоте.

Пока он снимал с нее платье, она проворными пальцами расстегнула его рубашку и коснулась густых волос на груди. Прижавшись к ней щекой, Джулия восторженно вздохнула.

Когда оба оказались раздетыми, Дерек подвел Джулию к закрытому палубному люку, застеленному мешковиной.

– Ты станешь моей вот здесь, под открытым небом. Мы подставим тела поцелуям ветра.

Он легко поднял ее, и Джулия легла на мешковину, раскрыв объятия.

Прелюдии им не понадобилось. Раздевая друг друга, они переполнились почти лихорадочным возбуждением. Дерек встал на колени между раздвинутых ног Джулии и ворвался в нее, вызвав возглас блаженства. Каждый удар по силе превосходил предыдущий.

Охваченная страстью, Джулия вцепилась в широкую спину Дерека. Даже если он почувствовал боль, то не подал виду.

Над ними раздался крик чайки – вероятно, ее шокировал вид мужчины и женщины, совокупляющихся на палубе корабля. Хлопая крыльями, чайка взмыла в небо, опустилась и исчезла.

Открыв глаза, Джулия на миг увидела чайку. Ей казалось, будто она, подобно грациозной белой птице, взлетает все выше и выше, крича от наслаждения. Дерек поминутно ускорял ритм движений и вскоре настиг ее на пути к вершине.

Долгое время они лежали обнявшись. Оба молчали, ошеломленные великолепием момента.

Наконец Дерек отпустил Джулию и предложил ей искупаться. Как выяснилось, Джулия неплохо плавала, и они принялись резвиться в чистой прохладной воде, шаля, точно дети.

Никогда прежде Джулия не ощущала такого пронзительного ликования. До сих пор Дерек оставался для нее загадкой, а теперь завеса тайны вдруг приоткрылась. Таким, как сейчас – непринужденным и веселым, – Дерек нравился ей гораздо больше.

В тот вечер Дерек неустанно поддразнивал Джулию, делал вид, что недоволен ее стряпней, и опасался умереть от отравления прежде, чем на корабль вернется кок.

– На камбузе почти пусто, – оправдывалась Джулия. – И потом, я думала, нас ждет праздник, а ты превратил меня в рабыню.

– Ты не только рабыня, но и любовница, – возразил Дерек. – Сейчас я предпочел бы второе.

Отодвинув тарелку, он обхватил Джулию за талию и уложил ее на длинный стол, намереваясь овладеть ею немедленно.

В последний вечер Джулия долго стояла на мостике корабля, задумчиво глядя в сторону берега. На вопрос Дерека, почему она грустит, девушка пробормотала:

– Кажется, матросы возвращаются завтра?

Дерек молчал, казалось, целую вечность, и она в удивлении обернулась.

– Разве нет, Дерек?

– Им было приказано вернуться на корабль на рассвете, – сухо отозвался он. Его лицо окаменело. – Затем мы отправимся в порт за новым грузом.

– Значит, вот почему ты так задумчив? Должно быть, решаешь, как быть со мной? В последнее время мы редко говорили об этом, но мне кажется, матросы недовольны…

Дерек хранил молчание. Джулия сжала его руку:

– Дерек, так больше продолжаться не может.

Он взглянул на нее, вздохнул и вновь засмотрелся на невысокие волны.

– Да, Джулия, – наконец выговорил он, – не может.

– Что же будет со мной?! – воскликнула она, вдруг рассердившись и застеснявшись своей наготы, которая за последние два дня стала для нее привычной. Схватив лежащий поблизости мешок, она дрожащими руками закуталась в него. – Ты намерен выбросить меня за борт?

– Я высажу тебя в порту на Бермудах, – последовал бесстрастный ответ, – и дам тебе денег, чтобы ты могла отправиться куда пожелаешь: в Англию или в Саванну. Тебе решать.

Джулия не понимала, почему у нее возникло такое острое желание расплакаться. В конце концов, ей посулили долгожданную свободу, но радости это известие не принесло.

– Просто оставь меня на Бермудах. – Она старательно моргала, борясь с подступающими слезами. – И не тревожься. Я сама позабочусь о себе. Мне не грозит голодная смерть – я с легкостью найду работу в каком-нибудь публичном доме. В конце концов, я многому научилась у тебя…

– У меня? – Дерек поднял бровь. – Джулия, о чем ты говоришь? Зеленые глаза Джулии метали молнии.

– Кому еще я буду нужна после того, как ты столько времени продержал меня на корабле? Любой поймет, что ты заставил меня делить с тобой ложе…

– Заставил? – перебил Дерек. – Значит, вот как ты считаешь? Может, еще обвинишь меня в насилии? Я никогда и ни к чему не принуждал тебя, и ты знаешь об этом. Пожалуй, я просто воспользовался случаем и соблазнил тебя, но я никогда не заставлял тебя делать то, чего ты не хотела.

– Это несправедливо!

– И ты была несправедлива ко мне. Не понимаю, что тебя рассердило? Ты получила долгожданную свободу. Чего же еще ты хочешь?

– То, что ты не сможешь мне дать! То, что ты уже отнял у меня! – выкрикнула Джулия, и прядь черных волос упала ей на лицо. – Соблюдение приличий!

– Приличий? – эхом повторил озадаченный Дерек.

– Вот именно – ведь ты считаешь, что женщине они ни к чему! Она отвернулась, ненавидя себя за глупость. Почему она не сдержалась? Зачем наговорила столько ненужных слов? … Все, что ей необходимо, – свобода, а Дерек твердо пообещал отпустить ее. Ей не на что сетовать – кроме как на то, что он когда-то похитил ее.

– Ты считаешь, что я должен жениться на тебе, – ледяным тоном проговорил Дерек.

– Жениться на мне? – Джулия недоверчиво уставилась ему в лицо. – С чего ты взял, что я согласна быть твоей женой?

– А разве нет? Ты заговорила о приличиях, и я понял, что в твоем представлении единственный способ спасти репутацию – стать моей женой. Да ведь я уже говорил, Джулия: моя жена – море. Если ты хочешь, чтобы я подыскал тебе жилье на Бермудах, я готов позаботиться о тебе и…

– Позволить мне и впредь быть твоей любовницей? – Джулии казалось, что ее сердце разбилось на осколки – мелкие, как песчинки, устилающие берег. Но Дерек об этом не узнает. Самодовольный и надменный, он не стоил таких признаний. – Я не стану ни твоей женой, ни любовницей. Я хочу избавиться от тебя и забыть о тех днях, когда вела себя как обезумевшая самка. Вывалявшись в грязи, я научилась ценить респектабельность…