Кейт Донован - Брак по завещанию

С минуту Джек любовался не только здоровым загаром девочки, но и светом радости, который излучало все ее существо. Она стала такой почти с первого дня их приезда, и свою роль тут сыграли и возня с поросятами, и веселые игры с Ники, и поиски спрятанных Эйбом сокровищ, и разговоры с Тринити.., во всяком случае, Джек даже не мог в точности припомнить, как она выглядела в Бостоне.

— Убегай от меня, но не слишком быстро, — предложил он. — Я попробую тебя поймать.

— Сестренка с радостным смехом бросилась бежать, а Джек, медленно раскрутив лассо над головой, метнул его — и промахнулся.

— Ты не можешь меня поймать! — задыхаясь от восторга, выкрикнула Джейни. — Тринити, смотри! Джек не может меня поймать!

Краем глаза Джек заметил Тринити, медленно идущую по направлению к коралю, и знакомое чувство сильного желания охватило его. Ее манера двигаться была такой естественной и привлекательной, и Джек при одном только взгляде на нее живо представлял себе длинные, стройные ноги Тринити и ее полную, высокую грудь, которую не слишком успешно пыталось скрыть легкое летнее платье.

— Это не похоже на вас, Джек Райерсон, явиться сюда белым днем и приняться за упражнения с лассо, — заговорила она с задорной улыбкой. — Вы уже кончили просмотр документов? Времени хватило?

— Вы имеете в виду завтрашнюю поездку в сиротский приют?

— Да, и к тому же срок следующей выплаты по закладной совсем близок. Мы с вами еще не обсуждали этот вопрос особо…

— Я собирался обсудить его с вами нынче вечером, если вы готовы.

— Само собой. Я готова всегда.

— Мысль почти пугающая, — усмехнулся Джек.

— Джек, накинь на меня лассо еще раз, — вмешалась в их разговор Джейни, умоляюще глядя на брата.

Джек начал раскручивать лассо у себя над головой, потом метнул его и ловко набросил петлю. Джейни вскрикнула в притворном ужасе и попыталась высвободить прижатые к телу руки.

— Отпусти меня! Тринити, спаси меня!

— Не будьте таким злодеем, Джек! — со звонким смехом воскликнула Тринити.

— Ведите себя смирно, иначе вы станете следующей, — пригрозил Джек, подтягивая к себе Джейни и осторожно освобождая ее от пут.

— Да, да, да! — радостно хлопая в ладоши, закричала Джейни. — Поймай теперь Тринити!

— Перестаньте дурить, вы оба, — сказала Тринити, бросив на Джека грозный взгляд.

Он перехватил этот взгляд и, подобрав освободившуюся веревку, подмигнул сестренке и принялся снова раскручивать лассо.

— Вы не посмеете.

Тон у Тринити был уверенный, но Джек заметил, что она посматривает в сторону широко распахнутых дверей амбара, явно намереваясь в случае чего укрыться там. Он продолжал искушать ее, вращая лассо все быстрее и быстрее, пока Тринити наконец не пустилась бежать. В ту же секунду Джек метнул петлю, и она легла точно, прижав руки Тринити к бокам, но не дав ей упасть.

— Bay! — завопила Джейни в полном восторге.

— Ты предательница, Джейн Райерсон, — с улыбкой сказала ей Тринити, потом повернулась к Джеку с видом повелительницы. — Хороший бросок, ковбой. А теперь освободите меня немедленно.

Их прервал голос Элены, донесшийся от очага под открытым небом:

— M'ijita! Donde esta? [9].

— Я здесь! — отозвалась Джейни.

— Ya estan listas las tortillas! [10].

— О! — Джейни нырнула под веревкой, натянутой между Джеком и Тринити, и бросилась бежать на призыв. — Тортильи готовы, Джек. Скорей, пока мальчик не съел их все!

Джек схватил сестренку за плечо свободной рукой:

— Почему ты все время называешь его «мальчик»?

— Но он и есть мальчик, — возразила Джейни. — Нам надо спешить, Джек. Разве ты не слышал, что сказала Элена? Las tortillas estan listas. Их лучше всего есть, пока они горячие, прямо с решетки. Масло на них тает, они такие теплые, мягкие и delicioso [11].

— Мы присоединимся к вам через минутку, — пообещал Джек и, посмотрев вслед убегающей Джейни, обратился к Тринити:

— Ее преподаватель французского языка, похоже, придет в ужас и не сообразит, как с ней быть.

— С ней все в порядке, и вы это знаете. Вы бы наконец развязали меня?

Джек легким шагом направился к ней, ослабив по пути натяжение веревки.

— Сначала я хочу поговорить с вами.

Щеки у Тринити вспыхнули.

— Отлично. Так развяжите меня.

— Я хочу поговорить с вами в укромном месте, — сказал Джек, слегка потянув веревку к себе и вынуждая тем самым Тринити следовать за ним к амбару.

— Довольно, Джек Райерсон. Что, если кто-нибудь увидит, как вы себя ведете?

— Разве вы не слышали? Estan listas las tortillas. Никто нас не заметит.

Он ввел ее в полутемный амбар, а дальше препроводил к стойлу, полному свежей соломы. Уселся сам и, похлопав ладонью по соломе, предложил:

— Садитесь и вы.

— Развяжите меня.

Джек шумно вздохнул, потом потянул за конец веревки сильным рывком, так что Тринити плюхнулась прямо к нему на колени. Заливаясь смехом, она тем не менее старалась вырваться из рук Джека, и тогда он уложил ее спиной на солому, навалился на нее и неотрывно смотрел на ее красивое, особенно красивое сейчас лицо.

Тринити тоже смотрела на него, в ее фиалковых глазах читалось смущение.

— Что вы делаете?

— Вы меня спросили, закончил ли я просмотр финансовых документов ранчо. Отвечаю: да, закончил. И если место вашего делового компаньона еще вакантно, я сочту за честь его занять.

— О, Джек! — Тринити закусила губу, потом прошептала:

— Освободите меня, чтобы я могла выразить свою радость.

— В этом нет необходимости, — пробормотал он, распуская петлю лассо и снимая ее с Тринити. — В ближайшие месяцы я намерен получить чистый доход для вас и для себя.

— Я забочусь не о деньгах. — Тринити обвила руками его шею. — Просто я очень благодарна вам за то, что вы убережете это место от рук Уолтера Крауна. — Запустив пальцы в волосы Джека, она притянула к себе его голову. — Поцелуйте меня, Джек.

Он помедлил, понимая, что им надо продолжать разговор, а не целоваться, но Тринити была так красива, и он не мог отказать ей, нет, не мог. Джек прижал свои губы к ее губам — сначала легко, потом с жаркой страстью. К его удивлению, Тринити отозвалась на его поцелуй с той же страстностью, прижимаясь к нему всем телом. Потом они ласкали друг друга, забыв обо всем на свете, забыв о времени. Неутоленное желание мучило обоих… Тринити опомнилась первой и поймала руку Джека, пробиравшуюся между бедер к вожделенному пушистому треугольнику.

— Джек!.. — выдохнула она со стоном.

— Верь мне, — прошептал он, но в ту же секунду понял, что сам себе не верит: перед ним была его женщина, такая желанная, такая близкая.., и Бог с ним, что там решит совет опекунов приюта для сирот.