Хизер Гротхаус - Влюбленный воин

В следующее мгновение дверь спальни закрылась, и Хейд в отчаянии застонала. Немного помедлив, она выбралась из постели и, осторожно опустившись на колени, стала искать свои башмачки. Обувшись, она перевела дух и тихо прошептала:

— Больше никогда не стану пить вино. Приблизившись к двери, она чуть приоткрыла ее и выглянула в коридор. К счастью, коридор был пуст, и Хейд беспрепятственно спустилась по лестнице. Внизу же царило оживление, так что никто ее не заметил. Она направилась к выходу из зала, но тут голова у нее снова закружилась, и ей пришлось остановиться.

Внезапно она заметила, как один из мужчин приблизился к Тристану и, вытащив из-за пояса лист пергамента, торжественно, вручил его своему господину; А в следующее мгновение к ней подбежала Солейберт.

— Они вернулись, Хейд! — Лицо Берти сияло.

— И Фаро тоже? — спросила Хейд. Берти покачала головой:

— Пока нет, но должен ведь…

Тут Тристан вдруг нахмурился и, обратившись к одному из своих гонцов, спросил:

— Где Фаро? Мне хотелось бы услышать его отчет. Воин покосился на своих спутников и, пожав плечами, проговорил:

— Милорд, он не вернулся с нами.

Никто не услышал горестного вздоха Берти — никто, кроме Хейд, крепко сжавшей руку сестры.

— Но почему он не вернулся? — допытывался Тристан. — Что с ним случилось?

— Видите ли, милорд, когда мы уже покидали Лондон, к нам подъехали всадники одетые точно так же, как Фаро. Он коротко переговорил с ними, а потом присоединился к ним. И не вернулся.

— Ты хочешь сказать, что его похитили? — В голосе Тристана слышалось недоверие.

— Нет-нет, милорд. — Воин энергично помотал головой. — Мы ни за что бы этого не допустили. — Он потупился и, снова пожав плечами, пробормотал: — Милорд, мы тоже никогда не считали его предателем. Но случилось так, что он…

Тут Тристан вдруг схватил воина за плечи и, с силой встряхнув его, закричал:

— Немедленно замолчи! Я отрежу тебе язык, если ты еще раз посмеешь запятнать подозрением доброе имя Фаро! Понятно?

— Да, милорд, конечно… Я только…

— Убирайтесь отсюда! Убирайтесь все! — Тристан отпустил беднягу, и все гонцы поспешно покинули зал.

Повернувшись к лестнице, Тристан наконец-то увидел Хейд и Солейберт; сестры стояли, держа друг друга в объятиях, и Берти тихонько всхлипывала. Внезапно она отстранилась от Хейд и, подбежав к Тристану, прижалась к его груди с громкими рыданиями.

— Ну почему, милорд?.. — спрашивала она. — Почему он оставил меня?

— Успокойтесь, леди Солейберт, — бормотал Тристан. — Дайте мне время, и я все узнаю. Но поверьте, Фаро не мог вас оставить.

— Что за шум?! Что случилось?! — закричала Эллора, сбегавшая по ступенькам; следом за ней топал Баррет.

Увидев дочь в объятиях Тристана, леди Эллора улыбнулась и пробормотала:

— О, как мило…

Всхлипнув последний раз, Берти отстранилась от Тристана и побежала вверх по лестнице. Хейд тут же поспешила следом за сестрой.

— В последнее время у нее скверное настроение, верно? — Эллора повернулась к Тристану: — Скажите, милорд, а что тут делали воины?

— Вы говорите так, будто не знаете, что эти воины — мои гонцы, — проговорил Тристан с угрозой в голосе. — И еще, миледи… Имейте в виду, я терплю ваше пребывание здесь только из-за вашей дочери. Так что не пытайтесь меня обманывать.

— Но в чем вы меня обвиняете, милорд? — в смущении пробормотала Эллора. Ее взгляд остановился на пергаменте в руке Тристана. — О, милорд, вы получили послание от Найджела? Он… Он что, недоволен мной?

— Я уверен, что скоро мы узнаем, насколько он доволен вами, миледи. А до тех пор… — Тристан приблизился к Эллоре и процедил сквозь зубы: — А до тех пор вам нет доверия… Эй, Баррет!..

— Да, милорд…

— Немедленно запри леди Эллору. И держи ее взаперти, пока я не пошлю за ней…

— Но почему, милорд?! — пролепетала Эллора. — В чем я виновата?

Тут вмешалась Хейд, снова спустившаяся в зал.

— Тристан, не делай этого! — закричала она. — Эллора ничего не знает!

— Помолчи, Хейд, — проворчал Тристан, даже не взглянув на нее. — Лучше придержи язык.

— Но я не могу этого допустить. — Она встала между Тристаном и Эллорой. — Ты к ней несправедлив.

— Это не твоя забота! — в ярости закричал Тристан. — Немедленно отправляйся к себе!

— Выходит, эта шлюха уже отравила ложью ваш слух?! — Эллора с ненавистью взглянула на Хейд. — Она клевещет! Ей нельзя доверять!

— Баррет, уведи ее! — Тристан поморщился и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Баррет осторожно взял Эллору за локоть.

— Пойдемте со мной, миледи.

— Убери руку, болван! — закричала Эллора, пытаясь отстранить огромную ручищу шерифа.

— Это все я!.. — внезапно прокричала Хейд, и все уставились на нее в изумлении. — Да, это я!..

— Замолчи, Хейд, — сказал Тристан.

— Но это несправедливо! — кричала она. — Это меня направил сюда Найджел шпионить за тобой, Тристан! Меня, понимаешь?!

— Леди Хейд, о чем вы?.. — пробормотал Баррет. Не обращая внимания на шерифа, Хейд продолжала:

— И я никогда не была помолвлена с Дональдом. Наша помолвка — просто хитрость. Чтобы проникнуть в Гринли, понятно? Но поверь, Тристан, это было до того, как я тебя узнала. Я приняла лживые слова Найджела за правду, поэтому очень боялась за Берти. Я считала, что должна спасти ее, считала, что у меня нет выбора.

— Ты заключила договор с моим мужем? — прошипела Эллора. — Ты хотела расстроить брак Солейберт?

— Хейд, помолчи! Не говори больше ничего! — раздался резкий голос Тристана.

Но Хейд уже не могла остановиться. Повернувшись к Эллоре, она продолжала:

— Нет, не расстроить ее брак, а защитить ее! Я люблю Берти!

— Ты любишь только себя! — в ярости завопила Эллора. — Ты такая же шлюха, как твоя мать! И я надеюсь, что вы обе сгорите в аду!

Тут словно какая-то неведомая сила вырвала Эллору из рук Баррета и швырнула ее на каменный пол. И тотчас же зазвенел голос Минервы, стоявшей у двери:

— Не смей порочить Коринну! — Старуха подошла к лежавшей на полу Эллоре. — Может, желаешь услышать, какой выбор предоставил Хейд твой муженек?

— Нет, Минерва! Это не важно! — снова вмешалась Хейд.

— Я с тобой не согласна, моя фея, — заявила Минерва с усмешкой. — Возможно, Эллоре следует кое-что узнать о своем муже. Ведь если бы ты, моя милая, отказалась помогать Найджелу в его предательских планах, то он потребовал бы, чтобы ты легла с ним в постель.

— Ты лжешь! — прошептала Эллора.

— Нет, не лгу! — Минерва пристально смотрела на Эллору, и, казалось, ее взгляд прожигал леди насквозь.