Джейн Фэйзер - Невеста-заложница

Голубые глаза предостерегающе сверкнули.

— Да уж, чистыми их вряд ли назовешь, — критически глянула на малышей Порция. — Как бы мало я ни смыслила в воспитании детей, их можно было бы отмыть в ванне или каком-нибудь корыте.

— Они же будут вырываться, — уже вполне миролюбиво сообщил Руфус. — И после такого купания в кухне можно будет плавать.

Порция едва не расхохоталась. Подумать только — Руфус Декатур, гроза окрестных гор, спасовал перед парой малышей! Она уселась на нижней ступеньке, опираясь подбородком на ладони.

— А если снять с них грязную одежду, обтереть влажной губкой и одеты во все свежее — может, они станут немного чище?

— Давай заключим сделку, — после минутного размышления предложил Руфус. — Если вы с Джозефом обещаете оттереть мне эту парочку, я раздобуду тебе новую одежду. По рукам?

Порция оценивающе взглянула на мальчишек, которые потихоньку подбирались к задней двери в надежде смыться через нее при малейшей угрозе.

— По-моему, ты слишком многого хочешь, — заявила она.

— Как тебе будет угодно. Разгуливай целый день в одеяле, — беззаботно отвечал Руфус. — Если подумать, мне от этого только лучше. Буду уверен, что ты не посмеешь сунуться наружу и выкинуть очередную шутку. Предложение отменяется.

— Ты просто наглый и бессовестный сукин сын! — прошипела Порция, запоздало сообразив, что они снова оказались на грани вспышки.

— Эй, попридержите-ка язык! — вмешался Джозеф, моментально утратив свою обычную невозмутимость. — У нас не принято таким манером разговаривать с хозяином!

— Ах, но ведь гордая мисс Уорт не признает над собой никаких хозяев, — издевательски промолвил Руфус. — Это верно? — Рыжая бровь выразительно поползла вверх. — Верно? — повторил он.

— Я до сих пор не встречала человека, достойного носить такой титул, — колко отвечала она, собираясь вернуться наверх. — И вряд ли вообще встречу… в этой жизни.

Руфус одним неуловимым движением оказался рядом, подхватил ее за талию и вернул на место. С добродушной улыбкой он заглянул в пылавшее гневом лицо.

— Перестань, Порция, я же пошутил. Мне правда нужна помощь. Вы с Джозефом управитесь с мальчишками, а я подыщу тебе новую одежду. Посмотри, какое чудесное утро — разве стоит портить его новой ссорой? Лучше давай проедемся по деревне, и я покажу тебе окрестности.

Такой неожиданный поворот событий на миг лишил Порцию языка. Она ошарашенно разглядывала живые голубые глаза и мягкую, едва ли не ласковую улыбку.

— Договорились?

И Руфус прижал палец к ее веснушчатому носу.

Черт побери, до чего же она его ненавидит! Он снова вертит ею как пожелает, с небрежностью и уверенностью типа, привыкшего ко всеобщему подчинению. Ну как он мог догадаться, что от одного его прикосновения у Порции захватывает дух? Весь ее гнев, вся обида моментально испаряется, стоит ему улыбнуться вот так, как будто он знает обо всем на свете, и в частности о том, что с ней творится. Однако это правда — он видит ее насквозь и пользуется этим не стесняясь.

Излучаемая им властность, само его присутствие каким-то образом вынуждают Порцию подчиняться, пусть даже вопреки здравому смыслу.

Но вот Руфус отпустил ее плечи, и Порция отшатнулась, держа руки так, как будто собиралась от чего-то отбиваться.

— Договорились. — Она не узнавала собственный голос. А потом двинулась туда, где все еще стояли мальчики, и едва успела поймать неистово визжащего Люка. Джозеф успел ухватить Тоби, который собирался нырнуть между ножек стола.

Руфус какое-то время стоял, сам не замечая, как улыбается, размышляя над тем, что же такого привлекательного он нашел в своей случайной заложнице. Упрямая девица оказалась колючей, как дикобраз, однако ему все же удавалось иногда заглянуть под эти колючки, и то, что он при этом увидел, не могло его не восхищать.

А еще это почему-то волновало Руфуса. Настолько, что он поспешил покинуть тот визжащий хаос, что воцарился сейчас на кухне.

Вернувшись примерно через полчаса, он обнаружил своих сыновей непривычно чистыми и притихшими, с мокрыми волосенками и разрумянившимися от мыла щечками. Бедолаги сидели у огня, дрожа, как свежевыкупанные щенки, и смотрели на отца широко распахнутыми, полными упрека глазами.

— Я замерз, — сообщил Тоби.

— Мы оба замерзли! — подхватил его братишка.

— Это все оттого, что их кожа не привычна к чистоте и свежему воздуху, — возразила Порция. — Их пришлось драить чуть ли не скребницей.

— Ну, я тоже выполнил свою часть сделки. Посмотри, как тебе это понравится? — Странный блеск в глазах у Руфуса, протянувшего узел с одеждой, заставил Порцию мгновенно насторожиться.

— Пожалуй, я пойду, хозяин. — Джозеф направился к двери, сопровождаемый Люком и Тоби. Порция нерешительно взяла сверток, как будто из него мог выскочить кусачий хорь.

— Что ты принес?

— Возьми наверх и взгляни сама, — усмехнулся Руфус. — По-моему, это будет сюрпризом.

— Хорошим или плохим сюрпризом? .

— Почем я знаю? Но это все, что мне удалось раздобыть. У нас в лагере не так уж много лишней одежды.

Порция потащила узел наверх в полной уверенности, что сюрприз будет плохим. Наверное, Руфус принес ей какое-нибудь старое домотканое платье. Впрочем, пленникам не приходится быть особо разборчивыми — хорошо, если платье окажется хотя бы достаточно чистым.

Она положила сверток на кровать и заглянула внутрь. И со все большим удивлением стала вынимать одну вещь за другой. Пара лосин, шерстяные чулки с подвязками, рубаха из небеленого полотна, теплое исподнее, жилетка из темного сукна и толстый зимний плащ. За всем этим последовал поясной ремень и пара кожаных рукавиц взамен ее рваных перчаток. Руфус не позабыл ни одной мелочи.

Удивление перешло в восторг. Ведь ей всю жизнь хотелось попробовать, насколько удобнее было бы носить мужскую одежду. И вот наконец предоставилась такая возможность!

Вода, которую принес ей Джозеф, давно остыла, однако Порция торопливо вымылась, вздрагивая от холода и нетерпения. А потом чуть ли не с наслаждением принялась одеваться, приноравливаясь к незнакомым вещам. Села на кровать, натянула свои собственные сапожки и медленно встала, проводя руками по необычно прямым контурам своего тела. Ее тут же охватило восхитительное чувство свободы — новая одежда оказалась намного удобнее и теплее дурацких юбок! Шерстяные нижние штаны отлично удерживали тепло. Порция тут же решила, что это неоспоримое доказательство того, что в прежней жизни она была мужчиной, и пожалела лишь об отсутствии здесь зеркала — интересно взглянуть, на кого она теперь похожа.